Мы очень рады видеть вас, Гость

Автор: KES Тех. Администратор форума: ЗмейГорыныч Модераторы форума: deha29ru, Дачник, Andre, Ульфхеднар
  • Страница 3 из 4
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • »
Модератор форума: nekto21, Rada  
Я Р Л - Б О Я Р
NamejsДата: Пятница, 11.01.2013, 10:05 | Сообщение # 1
Ближник
Хранитель
Группа: Огнищане
Сообщений: 2822
Награды: 0
Репутация: 3424
Статус: Оффлайн
Аркан, жду от тебя и проды и новых фанфиков. Твори, друг!

Всем поклонникам творчества предлагается начинать читать этот фанфик, с сообщения №30этой же ветки, так как автором были сделаны исправления ошибок и опечаток и внесены дополнительные корректировки.

Банник по просьбе автора и по распоряжению Наместника.


Если никто не может повторить Ваших ошибок — значит Вы оригинал!
Cообщения Namejs
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Пятница, 21.06.2013, 08:46 | Сообщение # 81
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
185. Г Л А В А Д В А Д Ц А Т Ь П Е Р В А Я
"Мир в суетах, человек - во грехах."
"Счастье, это когда тебя понимают!"


Я вышел первый из домика, за мной сразу же - Тимофей. Ребята-то мои, конечно, не удивились нашему появлению, а вот Некрас - немного растерялся и, как-то чуток подался в сторону, словно бы желая уйти от встречи с этим старым и, одновременно, новым для него человеком. Но, видимо, тут же вспомнив свои же слова, с трудом, и это было заметно, направил своё решительное лицо на Тимофея. Взор решительного человека изменился на просяще-извинительный. Сам же декарх был спокойно ожидающим. Ребята смолкли и я, руками, указал на Некраса и Тимофея, тем самым предложив им объяснится. И Некрас начал попытку совместить свою исповедь с прощением:
- Тимофей! Прости меня! Грех большой лежит на мне, за твоё положение, в котором ты ныне пребываешь, но мне хотелось бы как можно быстрее это исправить. Я потом расскажу и больше, но сейчас хочу кратко попросить прощения.
- Я всё слышал, Некрас, что ты давеча говорил бояричу и, поняв, ... простил тебя..., тем более, что ты вернешь...утерянное мною.
Некрас недоуменно посмотрел на меня, как бы ища подтверждение. Я, молча, кивнул и тут же обратился к ребятам.
- Идите и развяжите страдальцев и пусть и они идут сюда, здесь и услышат от хозяина о... чудесном спасении. Да сами, пока, ничего им не болтайте!
Как только они ушли, оставив нас троих, я сразу же обратился к приказчику.
- Ты сейчас... закупам пояснишь кратко: что да как тут произошло без подробностей, да им и не надо всего-то знать. Тем самым, нам покажешь свою искренность...смекалку и нужность. Понял, небось, как на тебя... "нож точат"?
- Да, я понял, Волк...
- Зови меня - Степан. А ты крещён-то под каким именем? А то, получается, мы почти исповедь услышали и ещё послушаем, а чью вину приняли и не знаем. Помниться, говаривают, что "без имени ребёнок, словно чертёнок". А ты-то, давно уже не ребенок... – И я улыбнулся.
- Иоанном родители нарекли.
- Ну вот же, какое имя хорошее, а ты всё Некрас, да Некрас..., хотя, и дела твои были действительно...НЕКРАСивы...
Тимофей неожиданно засмеялся и произнёс:
- Крестил поп Иваном, да прозвали люди "болваном".
- Ты, верно, крещён, - обратился я к приказчику, - в честь Иоанна Крестителя?
- Да-а, в его честь…, отец мой вину свою, чувствуя и раскаиваясь, хотел таким образом… показать …
- Мудр твой батюшка, он и сейчас тебе, как бы, подсказывает, что твой небесный покровитель - есть образ и родоначальник кающихся, ибо первый он призвал людей на покаяние…
- Это-то я всегда понимал, а сейчас - особенно, и я вам даже благодарен за такую возможность, потому что многие годы… меня толкали в грехи, а не выводили оттуда.
186. Некрас, - Иван извиняюще и молча пожал плечами и так же - улыбнулся.
Увидев, что ребята возвращаются, я жестом показал Ивану, чтобы он снял с ног путы, что он сразу и сделал, причем, довольно сноровисто. Когда они подошли ближе, то он - встал, а я же сел на лавку, Тимофей же так и остался на ногах.
- Косьян, Борис, Афанасий! По моим грехам и нерадению напали на нас лихие люди: ляхи и наши ...не знаю...глаза завязали...всего не видел, хоронились они. Стали требовать с меня серебро...я говорю, что всё потратил, а они "нет, мы знаем, что ты недалече от заимки укрыл кое-чего". Было такое ранее и, видимо, кто-то из них подсмотрел, но не всё... Они выследили нас, ну и... Я их повёл туда, но, видимо, токмо милостью Господней, там же проезжал боярич Степан, - поклон мне сидящему, - со своими сотоварищи... Они – люди воинские, хотя и молоды годами, они сразу смекнули, что к чему, ну. И напали на татей...
Тех двоих, что меня держали - убили сразу, а других, что конно ускакали, подранили, кажись...
- Тоже двоих, - важно пробасил я. - Так? Гери, Фреки, ведь вы же стреляли?
Юра с Гришей, немного замешкались, ну, а потом, словно оправдываясь, начали частить, что они, мол, точно попали в последних скачущих. Одному - в правое плечо, а второму, похоже, так вообще, может и в сердце попали, так его перекосило .., но они не стали догонять.
Я их похвалил и предложил Некрасу-Иоанну продолжить.
- Степан спас меня от разбою, но так случилось, что должен я роду его и пришло время расплаты... Вас это касаемо лишь в том, что боярич Степан - отныне ваш Господин, в городе все сделаем по закону, как надо, сейчас ...так сказал, ибо, может я и не переживу Божьего суда надо мною... Бог строго взыскует по грехам, но и милостив безмерно! С утра-то я думал, что не переживу и полудень. Спасен был, но лишь для того, чтобы сразу же отвечать за другие грехи. Один из них на мне - то, что Тимофей стал закупом по моей вине, ныне - он свободен от своего долга и я прошу меня простить и принять виру с лихвой и, если он желает, то как и Степан испытает меня железом. Молю Судию нашего, чтобы очистил Он меня от грехов моих, малою кровию, и направил карающие руки не к смерти, а лишь, к покаянию моему и исправлению.
У вас, также, прошу прошения, если обижал вас или оказывал какое-либо небрежение.
Некрас низко поклонился закупам, по обычаю, поясным поклоном. Те, находясь в большом замешательстве, неловко ответили так же.
- Боярич Степан будет вам хорошим хозяином, ибо он - старинного воинского рода и дела у него, куда как интересней моих, торговых ..., - закончил Иван.
Тишина была нарушена моим призывом.
- Ну что, приступим, помолясь? Да исполниться Воля Господня на всех нас! Иоанн, встань у этой стены домика, прислонись, можешь взять в руки те палки, чтобы опереться руками. Если хочешь, глаза завяжем или...
- Нет! Буду смотреть судьбе в лицо... от совести глаза не отведёшь...
187. - Молодец, Некрас, красно говоришь, любо!
Первый бросал я, нож попал куда я и хотел, на ладонь выше головы. Иоанн, конечно, испугался и дёрнулся, но с места не сошёл. Это я в себе уверен, а он-то не знает, как мы умеем. Ну что же, молодец, выдержка отменная и воля пройти испытание есть, а также и вера в предначертанное. Вот как неожиданно раскрылись человеческие черты, и что интересно, те, о которых и не подозревал.
Я сделал приглашающий жест Прохору, он отрицательно помотал головой и прогудел:
- Кровник начал, кровник и закончит.
Я понимающе кивнул и тут же предложил Тимофею.
Он встал напротив и некоторое время смотрел на ожидавшего броска, Некраса. Мгновенное движение и нож уже подрагивает в стене у правой щеки стоявшего. Довольный Тимофей отходит и ещё более довольный Некрас открывает зажмуренные веки, лицо теряет бледность.
Пока бросали Коля с Андреем, я подошёл к близнецам и предложил одному попасть ниже десной руки, другому - ошую. Обернувшись, заметил, что кто-то из парней за это время проткнул свисавшую в подмышках рубаху приказчика. Последний бросал ножи Прохор. Он как-то с ухмылкой довольно долго смотрел на Некраса, а затем бросок... и он сразу же пошел вытаскивать свой нож из стены близ ошуйного уха. Некрасова рубаха под ним стала краснеть от капающей крови.
Остриё-то его ножа прошло мимо, а вот расширяющаяся его часть уже порезала ухо. Прохор, подойдя, внимательно осмотрел ухо, вытащил нож, при этом отклоняя голову Некраса, похлопал его по плечу, вытер лезвие о его рубаху, повернулся к нам, улыбаясь и сказал:
- Нема боле у меня кровника, а днями вообще будет честной муж пред нами!
Иван устало выпустил палки из рук и пройдя на нетвёрдых ногах в сторону, сел обессилено на лавку. Сильно выдохнув , тут же встал, и, глядя вверх, широко и размеренно перекрестился, произнося при этом хвалу Господу, затем снова сел, опершись локтями в свои чуть дрожащие колени ... Кровь его из порезаного уха за это время накапала не только на ворот и рукав рубахи, но отметила и порты.
Никола подошел и стал врачевать, как учили. Я же, попросил близняшек принести на всех покушать, Прохора с Андреем послал наконец-то привезти нашу телегу, ну и привести лошадей с собаками. Ночевка будет здесь, надо послушать ещё Ивана, да и баньку можно проверить-навестить. Осень на дворе, если кто забыл... Да ещё закупы эти наши новые ...надо знакомиться, но сначала - поснедать!
После трапезы решил послушать Ивана, со мною вместе был Прохор и Тимофей. Остальные занялись подготовкой к помывке в бане и ночевке, тренировками и ещё всякими другими нужными вещами. Иван начал рассказывать: "он - байстрюк одного новгородского боярина. Примерно за год до своего рождения, отец его, тогда ещё холостой, участвовал в замятне с Полоцком. Отец тогда был в первом своём походе - набеге в отцовой дружине, то есть, для меня - дедовой. Погуляли тогда славно! В одной из полонённых семей были моя мать и её родители, двух старших сынов убили, а мать...глянулась отцу, ну и взял её к себе. Известное дело - надругался, снасильничал, дело молодое, но как-то запала она ему в сердце....


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Пятница, 21.06.2013, 20:38 | Сообщение # 82
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Уважаемые читатели и возможно почитатели сего моего опуса, хотелось бы вас проинформировать, что выкладка текста фанфика прекращается. Так как я попросил удалить меня с сайта. Наверно, технически не возможно стереть мои сообщения, то под моим именем будет числиться группа удалённые .

Причина моего решения проста, не сошлись в воззрениях на морально-этические нормы и религиозные в основном с двумя товарищами советниками Гамаюн и Водник.

Последнее пожелание администрации: -- надо существенно упростить требования к "Людям Лиса", а то расхождения заявленного и действительного, очень велики... не солидно как-то.

Всем желаю добра и взаимопонимания!


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Суббота, 22.06.2013, 17:03 | Сообщение # 83
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Благодарю ВСЕХ кто меня понял и остудил мой решительный порыв , поддержал словом и советом ...

Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Суббота, 29.06.2013, 08:46 | Сообщение # 84
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
188. Потом уже говорил, и не раз, что глянулась она ему мягкостью души и сердца, обреченной покорностью, тем. что не озлобилась и не обидчивостью. А самый первый раз, был поражён её взглядом...Только, значит, он утолил свою плоть ..., одевается..., она тоже приводит себя в порядок. Он что-то спросил ... так, пустяк какой-то, а она... подняла глаза, смотрит на него с сочувствием и с грустной жалостью. Он тут весь - такой большой и сильный ...,а она ... скомканный комочек, униженный и обиженный, у его ног и его же жалеет, и сочувствует в его же скотстве, а как слезинки показались..., он и убежал ...не выдержал...внутреннего огня. Больше силой не брал, а старался угодить и заботился о ней, как мог, уже до конца её жизни. По приезду в Новгород, уговорил своего отца отдать землицы недалеко от города, с её отцом заключили необременительный ряд. Подворье поставил хорошее, по своему нраву, ибо сам частенько гостил там. Матушка уже носила под сердцем меня, прислал в помощь холопскую семью.... Через год или два, сосватали родители моему отцу невесту знатного и богатого рода…Нет, я понимаю: род должен крепнуть и умножать силу, а мы с матушкой - простецы, но матушку он любил, а вот ту… почитал. У нас стал бывать реже, там. всё же, тоже дети его народились, да и дел полно… Новгородский люд укрощать, да направлять это - сложнёхонько. Да-а..
Учился я в ближнем монастыре, грамоте и счету - научили, а вот воинскому… не учили: был слаб здоровьем. Отец, бывало, говаривал: "лучше бы девкой родился, тогда бы слабость была бы простительна". Но все равно он меня жалел и любил по-своему, на маму я похож. Очень... Но требовал от меня - учиться прилежно, "хоть умом - говорит,- возьми ". Ну, я и старался, чтоб отцу понравиться, уже когда понял, кто я есть таков… Доброхоты, конечно, супруге отца донесли давно, что мол живёт недалече зазнобушка, да ещё "подлая" сына родила.... Ну и как-то два законных сына уговорили отца познакомить меня с ними, он и согласился, может, и на пьяном слове подловили, не знаю. Встретились, значит, мы… трое братьев, лет двенадцать - мне, ну, а им - десять и девять. Увидели они меня и давай задираться да обзываться, маму мою срамными словами поносить, ну я и кинулся, а им этого только и надо. Побили меня крепко…домой на телеге везли, братьев же отец как-то наказал после. Супруга его - в крик, "выблядка жалеешь, а своих мордуешь…" Отец с нервов поехал к нам на подворье и жил там целый месяц. Самый счастливый месяц в моей жизни…Отец с мамой и я рыбачили на озере. Дедушка с бабушкой дома ждали…, на учёбу тогда не ходил, лицо-то мое, что та радуга была, всеми цветами переливалось, а я счастливый, улыбаюсь словно блаженный! Отец и не пил вовсе у нас Ну я как-то не приохотился к этому делу. Отец тогда наставлял, что меня всегда будут бить, если я рохлей буду. "Не можешь силой, бей умом, а это -сильнее всякой силы. Вот, тот же люд новгородский, как в узде держать и направлять, только - умом и хитростью! Попробуешь с ними силой, так потом и не рад будешь, что надавил и настоял… Всё надо тишком, да ладком! Они думают, что это они - управляют, ну и пусть, думают, а нам, боярам, это знать надо! Нам и князь не указ, а проситель, сильный, конечно, но… Много он тогда со мной разговаривал и наставлял. Боярином-то, ты сынок, конечно, не будешь, но, вот, купцом, не из последних, я тебе помогу стать, но, для этого ты мне должен показать, что достоин такой помощи, сможешь, коли, с малого подняться и доходы приумножить, быть тебе на радость маме и мне, в первой сотне! Но для этого ты к ней сам должен подобраться. Я тебя, только, с нужными людьми сведу, от которых можно поучиться и опыта набраться, а дальше - ты уж сам… Мама после того месяца сызнова понесла, но родами умерла… Через год, полтора отошли ко Господу и дед с бабкой…Отец послал меня в Киев к одному купцу, подворье передал другому, но, говорит, "если когда сможешь, управишься, будет желание - можешь себе обратно забрать …
Начал, конечно, с мальчишки на посылках, у одного , другого, третьего купца, по разным товарам, а потом отец свел с Силой Моховым. Ох, умён, ох, коварен он и изворотлив… Так мне расписал: что, если, я так буду трудиться, как сейчас, то в сотню - попаду лишь уже седой, если вообще туда попаду, отец-то, мол, тоже, не вечен, кто тогда поможет... . Тогда уж точно, до конца дней чужой товар по амбарам считать.
189. Тимофей, услышав такое, вздохнул тяжело и покхекал. Иван же воспользовался заминкой и отпил взвару из кружки.
- Ну вот, ... и встал я на скорый и скользкий путь, к тому времени уже женат был и с детьми. Жена Нина, чем-то маму напоминала, ну и спешил достатком её порадовать, но не случилось ..., бобылюю, вот, который год. А вот Настёна, дочка, странное дело - тоже на бабушку Надежду похожа, то есть, на мою маму. Отец увидел её на похоронах Ниночки, аж обомлел и давай меня торопить возвращаться в Новгород . Говорит: "хочу её каждый день видеть …", просил сразу забрать, ну а мне-то каково, да и ей без меня… ДедОсип, понятное дело, полюбил внучку сразу, но не все же время он будет с ней, а там у него, есть кому злобно шипеть, да вредить…Ну вот, после смерти жёнушки я греховные дела и пошёл вершить, спеша свершить назначенное. Но не так уж много сотворил, помимо ваших ещё два, нет, три похожих случая в других местах, но всё через Силу.
Он замолчал и грустно усмехнулся, мы, тоже, откликнулись горькими понимающими ухмылками.
- Кхе-кхе, начал Тимофей, а вот скажи, Иван: ты на мою Зою недавно так смотрел, что ей стало странно и тревожно… Она мне передала, я хотел спросить, а ты меня…, помнишь?
- Честное слово, Тимофей, - положа руку на сердце, пояснял Иван, - как-то свет лег на лик твоей Зои и мне показалось её сходство с моей Ниночкой и даже с матушкой. Вот я и пытался рассмотреть и понять, может, это морок или видение было, ну и от этого и взгляд такой, а ничего дурного у меня и в мыслях не было! Ты, наверно, сам сейчас понимаешь, что ни о каком скотстве я даже мыслить не могу! Это то, чистое, которое я не переступлю… А что к себе не допустил, так ты же выпевши был и не понял бы, вот и пришлось… Ты уж извини и за это!
- Да уж, наверно бы, не понял тогда, - пробасил декарх, - побил бы твоих этих и тебя…Так что, правильно ты тогда сделал и меня в грех не ввёл!
- Дядя Тимофей, - начал я, - а ведь ты с собой совладал и со мной, когда там в бане…
- Точно, Степа, ну, думаю, как сейчас дам наглому паршивцу промеж глаз! Да смотрю - кувшин болгарского только открыл, разолью же, а чем потом мировую выпивать? Начну вставать - обязательно опрокину, а пустой из под кипрского куда-то завалился, где - не вижу …, одним словом, совладал с собой. Так что не всегда любовь к вину ведёт к плохому! - И он разразился громким смехом, мы тоже поддержали.
- А я пустой кувшин, как-то сразу решил поставить подальше, в угол, верно мой добрый ангел подсказал, да и в жизни видел, как они хорошо бьют "светлые и темные головы", - весело сообщил я.
- Хорошо, хоть, дядя твой, только два кувшина забыл, - усмехнулся десятник.
- Да нет никакого "дяди", - вступил в разговор Прохор, -это я в той корчме купил для тебя.
190. - Нет, ну ты погляди, Иван, какова нынче молодая поросль пошла! Всё ж рассчитали и сети расставили лихо, меня и тебя уловили, но и ослобонили, от грехов и обид, причем обоих! Так что таких ушлых отроков оставлять без догляда - никак нельзя, да и помочь надо…
Опять все посмеялись, теперь уже искренне и открыто.
- А помнишь, Степа, - продолжил Тимофей, -наш с тобой разговор про змеев?
- Помню, как не помнить.
- Ну и как считаешь: обвел тебя Некрас или Ты его поймал? Что победило, мудрость или хитрость?
- Считаю, что у нас двоих достало мудрости понять друг друга и пойти одним путём!
- Хорошо сказал! - согласился Тимофей.
- А он у нас такой, - похвастался Прохор, - такого порой нагородит, что думаешь: а ведь угадал как-то, почуял и нашёл! Солнце ещё не зашло, а я тут сижу и смеюсь со своим врагом… Как так получилось - сам не понимаю…
- Проша, ты, что - жалеешь, что не зарезал Некраса? - спросил я.
- Некраса-то я как раз зарезал – порезал, а вот с Иваном познакомился только сейчас и рад этому!
Он встал и протянул руку Ивану, они обменялись крепкими рукопожатиями.
- Не держи зла на меня, Иван.
- А ты меня прости, Прохор, за Боримира…
Они молча и серьёзным видом, кивнули друг другу.
- Кстати, коли мы о нём вспомнили, - нарушил я тишину, то давайте послушаем, как там получилось с тем нападением…
- Ну, тут уже связано не только со мной, а больше…наша взаимная нелюбовь и непонимание с Баженом. Так что: надо начать с рассказа о нём и как мы встретились и как он здесь оказался…
- Подожди, Иван, может в баню сходим, там и поговорим. Ребята мои -наверняка уже сделали, не хочется потом рассказ прерывать, тоже надо же определить: как с ним быть и может ли он нам быть союзником или помощником.
Все поддержали эти слова..
- Иван, а у вас, что-то выпить-то есть?
- Пиво ЕЩЕ должно быть. Вроде бы как не должны мы были все-то стрескать...
- Вот и хорошо, вам с Тимофеем там можно будет и мировую выпить .
Все заулыбались, больше всех, конечно, Тимофей, он, даже, с чувством прихлопнул ладонями.
191. Когда мы с Прошей вышли во двор, то меня, тут же, окликнул Коля. Подойдя к нему, сразу же услышал вопрос:
- Так нам он точно не враг? - и кивнул в сторону Некраса.
Не успев ответить как заметил сбоку появившегося Андрюху, немного помедлил,, дав ему приблизится, чтобы не повторятся.
- Да, Некрас нам пока- что не те только не враг, но может нам стать хорошим знакомым и, даже, достаточно выгодным! А там, как знать...вдруг и сдружимся ...
Это понял, даже Прошка, тот подтвердил кивком.
- Степа, это как ты так понял, что это возможно и за столь малую беседу-то? - не унимался Николай, ты нам больше рассказывал про его коварство, чем мы здесь находимся!
Лишь Андрей поддержал вопрос кивком, Проша же просто ждал ответа.
- Иногда для понимания, начал я, нужно разное время... Есть короткое - как озарение, а бывает, что думаешь, думаешь и ничего хорошего не придумаешь ... Сейчас было мне озарение и видение, которое всё и решило. Если стоишь на земле, то далеко не увидишь. Если ж подняться на дерево, то дальше, а если это дерево ещё и на горе, то вообще... Так и из Вышнего, Горнего мира лучше видать наши дела и будущее прозревается. Ну, ещё одно: это был мой первый суд... начинать с казни как-то не очень хорошо. Да и вообще: "повинную голову не секут " и "останови занесенный меч свой", так, вроде бы, говорят...
- А ещё говорят: "спеши на добро и медли на зло!" - поддержал меня Николай.
Все молча покивали.
- Ну, мы пойдем с Прошей в баню, а то - вон Тимофей с Иваном возвращаются из леса с какой-то охапкой травы. Кстати, Некрас крещён Иоанном, так можете его и звать? Вы не обижайтесь, что мы вдвоём идём, хорошо? Все же... там те, перед кем он действительно виноват ...Да и ему, легче будет рассказывать.
- Так мы, конечно, все понимаем и ничего не думаем... такого, - уверил Андрей и неопределенно покрутил ладонями...
- Да-да, - согласился Коля уверенно.
Зайдя в баню, увидели, что Тимофей замачивает какую-то траву в деревянной лохани и плошке. Раздевшись все вышли в парную, а Иван остался в предбаннике. На мой немой кивок в сторону оставшегося, Тимофей пояснил, усмехаясь:
- А он пусть яйца свои парит в той траве, полегчает, а то здесь, ему сейчас будет плохо.
- Да уж, даже "золотые яйца" надо высиживать в травяном гнезде - поучительным тоном закончил, смеясь, Прохор .
Отсмеявшись, я громко крикнул:
- Иван!, слышь-ка, ты там как птица Феникс..., возрождаешься никак?
Громкий смех заглушил его ответ .
В промежутках между нашими заходами в парилку, Иван нам рассказывал. Тимофей иногда подливал в лохань горячей воды и советовал "сидельцу и наседке ", той травой оглаживать, да охаживать, 192. столь "ценные" яйца. Всё это сопровождалось беззлобными ухмылками и смешками и со стороны "отмокаемого" в не меньшей степени.
О купце Бажене постепенно выяснилось следующее: ... что родом он из Чернигова. Звали его Силантий Фомич из рода Леща. Был в десятке богатейших городских купцов, но как-то у него с молодым тамошним князем не заладилось. Силантий в какой-то просьбе не поспешил, потом задержал, а затем и вовсе отказал. Князь, естественно, обиду не стал в сердце носить и давай давить, да преследовать Леща. Если кого иного не заметит или внимания не обратит, то Бажена встретит с таким приглядом да проводит с прищуром.... Не сам, вестимо, не положено сие князьям-то, а через людей своих служилых. Так и пошло... Стали его даже свои сторонится, ибо рядом стоять - лишнее внимание привлечь, да расспросы претерпеть. Бывало, что и в караван с трудом-то брали, особенно тот, который на родимую сторонушку идёт. Уж каждое возвращение, лишь малой радостью было, зато оборачивалось трудностями, которых и в пути-то не было. Один раз попробовал возмутиться Силантий на княжего человека, да после и не рад был, что и попытался. Ну, а самый последний случай произошёл на въезде в город, с начальником вратной стражи. Стал тот придираться ко всему, да в товаре копаться, ну уж совсем внаглую. Тут уж не сдержался младший брат Бажена, Радимир или Климент Фомич. Он в их семействе из ратных, некогда у старшего князя, отца того молодого притеснителя еще служил.. Да потом, как старшего князя не стало, не ко двору молодому пришелся, стал брату помогать и караваны его охранять. Ну, а когда стали Силантия ..чуждаться, то собрал свою охрану, ну и сами по себе, зачастую, ходили. Всё у них, вроде бы, хорошо получалось, тароватые они, смышленые да удачливые, а вот с князем - не заладилось. А тот, который ныне старшОй над стражниками, когда-то в дружине аккурат вместях с Климом и служил и которы меж ними тянутся ажно оттуда! На этот раз Клим не сдержался и дал стражу по рукам и оттолкнул от разворошенных тюков с товаром. Завязалась свара, давай руки крутить, но Клим вырвался, вскочил на коня, да в леса подался. Бажен с трудом откупился , чтобы не кликнули в розыск брата, да упоил всех в корчме за мир и лад меж ними. Вроде бы и обошлось, но, чтобы больше не рисковать и не терпеть урок понапрасну, решил он податься в Киев. Ну, а кто ж будет встречать хлебосольно, нового торговца? Там свои склоки да интриги. Из друзей лишь купец Куприян Иванович, но и он один много ли поможет. Хозяйство свое черниговское продали, да за дешево, а киевского-то еще не приобрели, да и на новом месте всегда больше затрат требуется, Вот тут-то и появился рядом Сила, через Куприяна, конечно, но это - случай, не специально подстроено, но удачный случай для ростовщика-мироеда, и не совсем, как потом выяснилось, для Бажена. Клим же, как тогда сбежал, так и связался с лихими людьми. Трое его сотоварищей вместях с ним пошли, у них - свои истории. Больше караваны они не охраняли, а грабили, но больше княжих людей забижали … Клим, даже, стал вожаком той ватаги, десятка два лихих людишек у них было, сейчас-то меньше.... Но Бажен все ж притащил за собой "хвост бед" из Чернигова. Да и сколь того пути меж этими городами-то… Сила подождал чуток, пока Силантий больше увязнет и запутается, а потом и предложил перебраться в эти, вот, места. Так как рядом полоцкие земли, а они, полочане-то, завсегда наособку были и не только от Киева, но и от других. Так что недругам здесь не разгуляться, да и вообще, они сюда навряд ли сунутся. За переездом и всеми торговыми делами досмотрищиком был Иван, так Сила указал им обоим. Ну и, конечно на людях Некраса был приказчиком Бажена, чтобы не задевать достоинство и не унижать…, а на самом деле - верховодил наш нынешний рассказчик. Какое-то время меж ними был покой, но потом Силантий стал больше "брыкаться" и сопротивляться, особенно, когда брат его Клим прислал часть своих людей, а вскорости обещался и сам заявиться, когда завершит какие-то дела. Ну и поругались сильно…С новой охраной решил поехать с караваном не туда, куда надо было Некрасу. В это время Боримир со своими людьми проезжал через Слуцк. Некрас встретился случайно с Зайцем и Ершом, которых немного знал по Киеву и Новгороду


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Понедельник, 01.07.2013, 01:28 | Сообщение # 85
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Хотелось бы предупредить читателей о том, что в связи с занятостью моего добровольного корректора, сейчас в моих текстах вы будите встречать различные ошибки.
Прошу прощения! Сколько это будет длиться - не  знаю... обстоятельства...
Так же информирую, что сам буду отсутствовать, отпуск и другое. Сроки сейчас не укажу.
Хотелось бы попросить читателей об  одолжении. Послать на личную почту какую-нибудь весточку, хоть в виде... знака (+, ) или (- , ). Если как-то  прокомментируете, то будет совсем хорошо.
Можно и здесь, ну для этого уже нужно время, а не у каждого оно есть. Ну, а кто захочет, тот может щедро поставить "плюс" в репутацию.

Прошу об этом с целью собственного любопытства, ну и некого дальнейшего стимула... Цифра общего открытия текста видна,  но может эти чтения совершают лишь несколько человек?
Короче: для сколькИх читателей я пишу ?

Спасибо! Успехов!




Сообщение отредактировал ARKAN - Понедельник, 01.07.2013, 01:28
Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Пятница, 05.07.2013, 17:42 | Сообщение # 86
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
193. Было несколько раз что они помогли друг другу, остались довольны. Ну а когда Бажен "закусил удила", Некрас решил наказать его с помощью ватажки Боримира. Каковы новые охранники он просто не знал, не успел. Сам Силантий собирался ехать с тем караваном, но Иван уговорил его, на день-другой задержаться, а потом догнать водой. Ему тоже не был нужен мёртвый должник. Надо было просто напомнить кого Сила велел слушаться. Ну вот и пришла мысль наказать через ущерб... Смертей с обоих сторон можно было бы избежать, если бы охранники были б посговорчивей, а наши... посноровистей. Его рассказ заставил меня задуматься почему так произошло. Мои размышления были высказаны:
- Знаете, сейчас вспомнив те дни, хочу сказать, что тогда была целая цепь всяких совпадений... нехороших. Перед...той встречею мы действительно хорошо провели свадьбы и всё такое в Новгороде, Пскове и Смоленске. Были уставшие, но довольные. Боримир собирался прекращать разъезжать, хотел остановиться. В Слуцк мы заехали, считай, на ночёвку. Встреча в корчме Ивана с нашими... Сам он ещё не успел узнать новую охрану, тем самым не смог настроить Боримира на сильного противника, да и времени не было узнать.
Проведя одну ночь, на следующий день была... замятня на дороге. Вот и получили неожиданно хороший отпор. Ну а потом и вовсе всё пошло наперекосяк.
Я замолчал. Тимофей тоже высказал:
- Чтобы не было таких неожиданностей - надо всегда ставить врага не глупее и слабее себя, а хотя бы вровень, а лучше сильнее и хитрее.
- Нас так и учат, в нашей воинской школе, - заполнил Прохор возникшую паузу.
- Я смотрю вас там, много чему учат, встречных-поперечных спаивать, да в полон брать, - с улыбкой закончил Тимофей. Молодцы!
- Это всё он, наш боярич.., - сказал брат, замерев и задумавшись, а затем, что-то решив для себя, с ухмылкой кивнул на меня.
Я промолчал, пожав плечами, рассматривая кружку с квасом.
- Кстати, Степан, - встрял Иван,- расскажи как это ты оказался бояричем, для меня это неожиданно, ну и интересно.
- Да-да, действительно, поддержал его декарх, а то в городе собрались роту заключить, было бы любопытно узнать с кем. То, что ты парень с головой...
- И с яйцами, "золотыми", - быстро вставил Прошка.
Я дал ему подзатыльник, уже посмеиваясь вслед за всеми.
- Иван, ну-ка покажи свои... "варёные", - ухмыляясь, попросил Тимофей.
Приказчик неловко приподнялся, расставив ноги, убрал травы и приподняв уд, спокойно смотрел на Тимофея, ожидая.
Тот же, бросив взгляд, стал присматриваться, тем самым привлек и наши с Прошкой взгляды. Не успели мы хоть что-то рассмотреть, как Тимофей вновь привлек к себе внимание какими-то звуками, напоминающими кваканье и кудахтанье, охи и ахи сменяли 194.друг друга. Он держался за живот, заваливался на стол и откидывался назад. Три пары глаз недоумённо смотрели на него. Видимо заметив наши лица он с усилием остановился и с трудом сказал, указывая пальцем на Ивана, застывшего в той же позе;
- Они точно "золотые"!- и смех опять полился из его мощной глотки.
Мы с Прохором присмотрелись... и прыснули, мгновение спустя сам носитель "золотых яиц", засмеялся и чтобы не упасть, сменил свою раскоряченную позу и прислонившись к стене , смеялся не меньше других .
Дело в том, что яйца действительно пожелтели и напоминали золотой отлив.
Видимо отвар повлиял на это.
- Иван!- не удержался Тимофей, - тебя можно на ярмарках показывать, на золотник точно насобираешь.
Опять смех и веселье. Когда он закончился, то Иван уже сидел рядом с нами и наливал пиво.
- Я потом расскажу свою историю, а пока закончим с этой и решим, как относится к Бажену, закончил я.
- После гибели тех людей и пропажи товара, продолжил Иван, Силантий притих.
Он понял, что это произошло не без моего участия. Напрямую ни он, ни я о этом не говорили. Он посетовал, что не послушал меня, а я его не разубеждал. Своё отсутствие тогда пояснил поездкой по делами, а синяки...пьяной дракой.
Он конечно не поверил. Есть там один "холопчик", так он мне шепчет иногда когда интересное.
- А у тебя, - прервал я его, - есть такой "шептун"?
- Думаю, что это Афанасий, он же ладейный мастер, привык с купцами, да и сам немного ходил за опытом, ну и для интереса мастерового на остров Готланд. Вот Силантий с ним беседы и вел, не так как с другими и вообще были замечены...
Когда Афанасий лодку смастерил, то Силантий один с ним по реке опробовал.. Ну и судя по поведению самого Силантия, решил он со мной и Силой навсегда рассчитаться.
- Что серебра поднакопил?- спросил Проша.
- Да нет, про его долги я знаю даже лучше его.
- Неужто он решился на то же что и мы? - уже спросил я.
- Скорее всего не он, а его брат Клим, он помоложе, погорячее. Надоело в должниках ходить, вот и решили и меня и Силу заодно. Я же сейчас когда в Киев ездил, был у Силы. Силантий вместе со мной послал своего работника отвезти резу ростовщику. Этот отдал и уехал, назад вернулся через пару дней после нас, когда я там пробыл три дня. Где он пропадал?
- Ну, мало ли, - сказал Тимофей, - можа загулял, как я или ещё чего.
195. - Не пьёт он... одним словом, мой "шептун" узнал, что ездил он к Климу и тот сюда приедет, а может уже здесь. И хотят они, скорее всего, меня ограбить и убить.
- Так он же не тебе должен, а Силе, - удивился я.
- Так-то оно так, но и я знаю о том долге, могу сболтнуть лишнего, да и у меня серебро тоже есть, а сейчас и ещё прибавилось.
- Так если бы мы тебя ограбили, то откуда прибавилось-то? - изумился Прохор.
Иван усмехнувшись ответил:
- Да это тут не причём, это я на своё серебро, тут самое главное то, что Силантий почувствовал, что у меня есть большие деньги и я собираюсь перебраться в Новгород.
- Если они у тебя есть, он-т откуда знает? - спросил бывший приказчик у своего бывшего хозяина.
- Ну, тебя, Тимофей, когда я вернулся из Киева, на пристани не было?
- Ну так я же тут вокруг крутился, - оправдывался декарх, - сам же ты и поручил.
- А потом?
- Потом...потом, - медлил с ответом Тимофей, - потом погулял малость. А что? - с вызовом сказал он.
- Нет-нет, просто ты вот не расспросил, не узнал, потому что тебе это не надо. Но были и любопытные, которые узнали, что я с людьми был у Силы и уехал от него с сундуком... А что можно нести в тяжелом сундуке, да от ростовщика?
Иван обвёл всех взглядом .
- Серебро, - пробасил Тимофей и опрокинул в себя кружку пива. - Думаю и Силантий догадался и сказал, чтобы братец поспешил, пока я не уехал в Новгород .
- Как же ты не побоялся везти сундуки сюда, - спросил я,- да с малой охранной?
- Так караван велик и охрану купцы имели изрядную, так что риску почти и не было.
- А на сколько потянули эти сундуки?- спросил Прохор приглушенно.
- Там больше монетами, но если на киевскую гривну, то триста.
Прохор присвистнул, Тимофей крякнул, а я покхекал.
- То одолжено по отцовой грамоте, но для меня.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 13.08.2013, 15:31 | Сообщение # 87
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Больше  месяца  прошло  после  моего  обращения (пост № 264 этой  ветке ) ...Результаты  вызывают  недоумения   и  непонимание ....  Открытий   текста (за  этот  период )  очень  большое ,  а  ответов  и  какой  либо  реакции , всего  лишь... ОДИН  ???  .

Не   понимаю  такого  молчания ...   Здесь  же , даже,   не   идет  речь  о  рецензиях или  развёрнутых   мнениях ,  а   всего  лишь  +  или  - .
Один  ответивший   не  мог   столько  раз   открывать   и  читать   текст  , значит   были   и   другие  , но  почему  они  промолчали .  Не  уж то   так   сложно ???  Думаю ,  что  нет , но   в   чём  "загвоздка " не  пойму .
Может  кто  объяснит ,  сию   тайну  "системы  ниппель "  или  эха .
Стесняться  не  надо , это же   на   не   всеобщее  обозрение  , а  на  личную почту .

На следующей  неделе  уже   посылают   в  командировку  , почти  на   месяц .  Так   что   у   желающих   будет  время  как  то   отреагировать на  повторное обращение .
Успехов !


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Пятница, 09.05.2014, 09:27 | Сообщение # 88
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
В честь Праздника Победы привожу отрывок для фанфика . Это эпизод из последующих событий ,когда основные герои присутствуют на Божественной Литургии в г.Слуцке . Местный священник Диомид произносит проповедь , которая соответствует Евангелию дня и краткому прибыванию погорынского воинства на освобожденной от захватчиков территории .



Сообщение отредактировал ARKAN - Пятница, 09.05.2014, 09:37
Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Пятница, 09.05.2014, 09:35 | Сообщение # 89
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа !

Братья и сестры! Сегодняшнее Евангельское чтение поведало нам притчу о добром самаритянине, который не побоялся уделить своё время, внимание и достаток неизвестному человеку, на которого напали разбойники. Избив и забрав рухлядь несчастного, видимо, посчитав его мертвым, они бросили его тут же, при дороге, не потрудившись сокрыть своё злодеяние. Жажда наживы застила им очи и разум.
Но, благодаря этой промыслительной оплошности мы смогли узнать порывы души и мотивы поступков нескольких проходящих путников. Самое печальное, что среди равнодушных оказались древние священнослужители, которые, лишь взглянув на страдальца, тут же захлопнули свои сердца для доброго дела. Они как бы окаменели сердцем и душой, так легче идти дальше по своим делам .А вот даст ли им Господь случай показать свою доброту? Это ещё вопрос... Может быть у них уже не будет оказии растопить свою чёрствость и умягчить сердце. Как говориться, надо спешить на добрые дела и медлить на суровые. Самаритянин же так и поступил. Он приложил все свои возможности к спасению и бережению жизни незнакомца.
А кто такие самаритяне? Это как наши язычники. А что наш народ Божий, который на Руси? Частенько они, как те правоверные иудеи, презирают, чураются или равнодушны к бедам других людей. К слову сказать, этим больше грешит начальственный люд, но не все. Народ же наш в основном добр и сочувственен к бедам ближних, и Слава Богу!
Но этой добротой зачастую хотят воспользоваться наши недруги и хищные соседи. Как вам известно, такая напасть произошла и сейчас. Неведомо какими посулами и соблазнами пришли на нашу землю крещёные ляхи и языческая литва. Злые дела нередко объединяют совершенно разных людей, а особенно разбойные. Но Бог хранил до времени под спудом свой жемчуг и наше спасение. Не знал о нём и ворог, и за это поплатился своими жизнями и награбленным.
Вы, наверное, поняли , что я говорю о Погорынском воеводе Кирилле, который на краткое время посетил наш город. Ратные дела не дали возможность побыть дольше, но он почтил своим вниманием наш храм и меня грешного. Внёс значительный вклад на наш приход, призвал молится о погибших и о исцелении раненных, на постой которых вы во множестве откликнулись. О тех страдальцах, что вам ведомо.
Я же хочу поведать немного о самом воеводе Корнее Агеиче и его людях. Прав Господь, говоря, что не укроется от взора город, стоящий на горе, также не останется не замеченным и светильник. Таким светильником, озарившим свою землю и окрест, явился раб Божий Кирилл. К моему стыду я был знаком лишь с его духовником, отцом Михаилом. Ныне он в чертогах небесных, так как был поражён стрелою супостата, помогая раненому на поле брани. Был он мужем большого ума, и ещё большими у него были сердце и душа. И пусть враг не надеется, что, поразив пастыря пасомые рассеются. Ибо есть и другие, которые крепко держат не только бразды правления, но и меч карающий. Отец же Михаил, как и заповедано, положил душу свою за паству. Верю и надеюсь, что мы приобрели в его лице сильного просителя и предстоятеля перед Престолом Божиим в Горнем мире.
Покойный отче Михаил и воевода Кирилл, каждый в свою меру вели и заботились о людях, тех, которых вручил им Создатель. Они, сообразно другой Евангельской притчи, приумножили даденные им таланты. Господь не оставит верность и заботу о пасомых и поставит своих избранников над многими. Жертвенность пастыря отразилась и на первом человеке воеводства, Корнее Лисовине. Он воин и заступник веры в нескольких коленах.
Апостол Павел говорил: «…едва ли кто найдётся, кто согласиться умереть за праведника, а Господь наш умер за грешников…». Сам же Спаситель говорит, что нет больше той любви, кто душу свою положит за друзи своя. Это Божественная способность отделять человека от его греха. Бог видит всего человека, цельным, а не только то, что он совершил. У воинских людей есть черта этой Божественной сущности. Воинство наше не всегда сильно в речах учёных, их сноровка в другом. Но им известны глаголы вечной жизни. Между их душами и Богом ведётся немой разговор. Вернее, Бог говорит с их душами. Душами, способными и готовыми к жертве. Этой жертвенностью они становятся рядом со Христом. Недаром наш Спаситель стал человеком, чтобы все желающие могли стать богами.
Конечно, такую жертвенность могут проявить не только воины, отец Михаил тому подтверждение, но они призваны быть в первых рядах и быть нам всем примером. Они словесный призыв подтверждают делами. Здесь важно сердце, а не словеса, пусть даже и правильные. Ибо про пусты слова. Господь сказал, что они словно кимвал и медь звенящая. Самое главное, что ратные люди готовы положить свои души за нас грешных. Они кладут их на алтарь Победы, по слову Господню, словно праведный праотец Авраам положил своего единственного сына на жертвенный камень. Сын единственный как едина и человеческая душа. Так же и Бог Отец послал на жертвенное служение своего Сына Единородного, который и стал Спасителем всех людей.
Сам Христос дал и даёт свою кровь и плоть на множестве жертвенных алтарей по всему лику Земли. Сие таинство осуществляется над просфорой, где начертано греческое слово Ника ( NIKA), что означает Победа. Это Победа Вечности над земным мигом тления и всполох (вспышка) горения. Это Победа Жизни над страхом смерти земной. В каждом человеке есть искра Божия и каждый может проявить частичку Божественной Любви.
Но некоторым людям это более свойственно, я бы даже сказал, что без этого им не возможно жить и служить своей земле, своему народу. Я говорю о нашем славном воинстве, которое отдаёт душу свою за правого и неправого. Оно не отделяет, вот за этого мирянина я пролью кровь свою, а за этого неприятного и грешного горемыку я и меча не достану. Бей его ворог и верши свой неправедный суд, как по мне, так он неказист и не интересен.
Бог же не лицеприятен, то есть он не взирает на лица, а лишь взирает на душу вечную. Такожды и наши православные воины не оглядываются назад, кто там за спиной остались: достойные или не достойные. Некоторые скажут, что глядя на этих суровых и строгих воинов о этом и не подумаешь. А я скажу, что под этими доспехами такая же ранимая плоть, как и у нас, грешных. Да у нас самих такая броня из грехов и чванства, что и не сразу и пробьёшься. Вот мы и поставлены Господом, чтобы не только уврачевать души своей паствы, но и жечь сердца нерадивых глаголами Божиими. Уж не обессудьте.
Может кому-то будет понятно другое сравнение. У кого повернётся язык сказать, что материнские, натруженные, узловатые и заскорузлые руки не милы его сердцу и не нежны как некогда? Думаю, если и найдётся таков, то народ сам определил, кто может родиться в семье. Земля всех носит до поры, до времени, и нас грешных тож.
Сейчас хочу поведать о другом. Погибший отец Михаил несколько лет окормлял духовно не только разумных мужей, но и приводил в разум ещё не смышленую поросль воеводства. Сеял в их сердцах Божественные истины, а разум питал учёными знаниями. Воевода же Корней Агеич в свою очередь укреплял воинскими знаниями и умениями. И настолько преуспел в этом, что его малодшая дружина свершила деяния сродни достойных людей, ведующих вкус победы. Думаю, народ и былинники речистые уж такого наговорят, чего и не было. Сейчас у нас есть возможность услышать от них самих, а не слушать позже песнь на посиделках, да в теремах. Ну-ну, потише, опосля, вне стен храма Божия .
А пока продолжу. Глядя на своих сынов – подростков, вы можете сказать - да что в них может быть серьёзного и ценного? Бедокурят, озоруют, насмехаются над тем, что не след, некоторые уже и на девок засматриваются, но больше для обидных слов и насмешек. Если рядом с ними упадет путник, так они первым делом начнут хихикать или заржут словно кони. О чём это говорит? О несовершенстве и неразвитости их душ, о черствости сердечной. Когда в человеке просыпается чувство сострадания к боли ближнего, то значит он начал взрослеть. У него начала складываться христианская душа и он на верном пути. Самаритянское милосердие тоже надо взращивать .
У наших добрых соседей, погорынцев, это получается. Свидетельством тому могут послужить вот эти юные воины. Пусть вас не смущает их возраст и малое число. Встретив одну из разбойных ватаг, наводнивших наш край, они смело бросились на защиту почтенного путника с его людьми. Тем самым спасли их жизни и товар, частью которого они любезно подкрепили свои молитвы о спасении. Как говориться, по плодам познаётся древо. Господь щедрой рукой посеял доброе семя и дал верного пастыря, подкрепил его многомудрым пестуном и садовником. Воевода выпестовал и взрастил достойные плоды, на которые мы можем взирать с восхищением и благодарностью .
Вскорости к нам прибудут не только это малая часть молодшей дружины, но и основная, с их молодым сотником Михаилом. Между прочим, воеводским внуком. Так что прошу ваших молитв о сем юном воинстве, о даровании им побед над супротивныя. Так же прошу встретить – приветить их по достоинству. Среди них будут и пораненные. На их жертвенную любовь и пролитие крови за нас,слабых и грешных, мы можем и должны оказать им милосердие и посильную заботу во уврачевании их различных ран.

Благословение Божие на вас, яко благ и человеколюбец, ныне и присно и во веки веков . Аминь . .




Сообщение отредактировал Rada - Пятница, 09.05.2014, 13:35
Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Суббота, 10.05.2014, 21:05 | Сообщение # 90
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Благодарю  своего  добровольного  корректора  РАДУ   за   труды  по  исправлении   допущенных  ошибок  и   форматирования  текста  в  одно  сообщение . Возможно  так  легче  читать , ну  или  воспринимать  .
Небольшая  подсказка   .  В  церковной  практике  жителя   области Самарии  чаще  называют  самаринин  , хотя  правильно  и  допустимо  самариТЯнин . Оба  варианта  верны , просто  чаще  доводилось  слышать   без  " ТЯ " .    Сейчас  не  помню  , но  кажется  название города  Самара , связано  с  Самарией ...???

Ещё  раз  спасибо  за  труды . Удачи !


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
RadaДата: Суббота, 10.05.2014, 21:27 | Сообщение # 91
Полусотник
Группа: Советники
Сообщений: 540
Награды: 2
Репутация: 1856
Статус: Оффлайн
Цитата ARKAN ()
название города Самара , связано с Самарией ...?
Это одна из теорий. Вероятнее всего происхождение названия реки, а потом города от тюркских или иранских производных. Хотя версия "в переводе с санскрита — лето" мне нравится больше всего...  wink
Самарянин или самаритянин чаще всего употреблялись, как "Добрый самаритятнин" и "милосердный самарянин"... Если это принципиально, то лучше исправить.
Но меня больше смутило то, что в проповеди, читаемой священником, используется не церковное имя. По идее в проповеди не должен фигурировать Корней Агеич, а должен быть везде Кирилл с какими-нибудь помпезными эпитетами. Например, Благочестивый раб Божий Кирилл... Или что-нибудь в этом духе.


Не говорите, если это не изменяет тишину к лучшему...
Cообщения Rada
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Суббота, 10.05.2014, 22:37 | Сообщение # 92
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
"Эххх я, темнота, лета не знаю" stesnyaus (из м\ф), красиво. Реку знаю и бывал там в детстве. Добавка "тя" не  принципиальна, пусть будет. Просто для меня привычней без неё, не более того.
Насчет Кирилла-Корнея. Причин несколько. Самая простая, для случайного или нового читателя, чтобы было понятно о  ком речь. На Руси ещё много веков будет использоваться несколько имён и прозвищ. Языческое и крестильное, ну и  какой-нибудь "Косой", "Темный", "Удалой", "Красно Солнышко" ...Последний крещён как Василий, но это ещё надо  пояснять, что это - оказывается прославленный в лике равноапостольного Владимира. Под этим именем прославлен и  под ним же чествуется в различных церковных службах до сих пор. Хотя крестился задолго до смерти и могли бы вроде  привыкнуть ещё при жизни обращаться - Василий. И таких случаев очень много ...
Так что всё нормально, пусть Вас это не смущает.
Помпезности ...достаточно, а то будет перебор. Хоть погорынцы и спасители и кое-чем ещё одарили (пожертвовали), но  всё же они приехали и уехали, а местная власть остаётся. И неизвестна их степень участия или неучастия, да простая  ревность. Церковная власть в Турове, а мирская - тут  ...за околицей :snimayu_shlyapu:, да в самом храме доглядчиков  хватает. Как и сейчас.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:12 | Сообщение # 93
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
При общении с друзьями и знакомыми периодически возникало упоминание данного сайта и моё скромное участие в нём. Большинство из знакомых интересантов читали данный цикл. А когда было упомянуто моя дерзкая попытка в сочинительстве, то  пожелали почитать и ознакомиться с..."птицей говоруном". Но "споткнулись" о хаотичность в выложенных страницах. Посмотрев сам убедился в справедливости высказанного замечания. После этого засел разбираться со страничной нумерологией  и естественно уперся в буквы и слова. Некоторые из них захотелось изменить. Таким образом сейчас буду  выкладывать с  некоторыми изменениями, но не принципиальными. Попробую выложить большие куски для удобства чтения. Прошу прощения  за ошибки, ну и манеру изложения, уж такой у меня слог. Буду признателен если кто захочет что-то сказать. Как говорится - приятного чтения, ну или нет.
Успехов!


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:15 | Сообщение # 94
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Ремарка от Автора: Уважаемый читатель!
Эта вводная заметка призвана настроить тебя на определённое понимание данного печатного труда. Мой Главный Герой - не "попаданец", он обычный современник своего века, то есть того прошлого, о чём я попытался изложить с высоты этого времени, нам с вами современного. Немного витиевато, но не сложнее чем в песне «…я посмотрел не оглянулась ли она…»
Хоть он из прошлого, но это - вовсе даже не значит, что он должен быть менее грамотен в жизненных вопросах. К сожалению, этот стереотипный взгляд присущ уже нашим современникам, которым кажется, что человек прошлого должен всегда проигрывать перед ликом технического и социального прогресса. Тем не менее многие непонятные и не раскрытые еще
вековые тайны так и остаются - в тени нашего разума … Человеческая природа же не измена, несмотря на все позднейшие культурные наслоения. По большому счёту не важно какое оружие или инструмент у него в руках. Это в чём-то может способствовать, а может наоборот снижать способности в достижении цели.
По мере ознакомления с ГГ, его судьбой, поступками и словами, у вас может даже возникнуть ощущение, что он слишком взросло рассуждает. В этом "виноват" его круг общения, который почти всегда настраивал на познание нового, а не на развлечение. Суровые и серьёзные времена, окружение и атмосфера, больше ставящая вопросы, чем дающая готовые ответы.
Основные его наставники - люди духовного сана и военные профессионалы. При отсутствии информационного хаоса, чистый не заполненный "сосуд знаний" легко впитывает и усваивает полученное.
Один наглядный пример на внимание и усидчивость детей разных эпох. Современный школьник начинает свою школьную жизнь с получасовых четырех уроков и сильно устает. Тогда же, отрок, наравне со взрослыми, присутствовал на обычных церковных службах, длящихся 4-5 часов. Отличная возможность развить сосредоточенность или, хотя бы, терпение. Кстати перед современным взрослым человеком такие же сложности. Его наставники не были озабочены педагогическими приёмами. Они - просто рассказывали что знали и как те или иные знания отразились на жизни и смерти людей. Всем известно, что лучше всего усваивается теория, подкреплённая практикой…. Ну, и самое простое: у этого рассказа ГГ есть определённый набор талантов и способностей, которые смогли раскрыться в силу сложившихся жизненных обстоятельств…
Думаю, достаточно утруждать тебя дополнительной информацией, нужный вектор и пояснения мною - автором - даны.
Всякий человек пытается творить свою судьбу так, как умеет, где эти отправные точки и истоки, не всегда можно понять и рассмотреть. Рождение же моего ГГ точно связанно с триединой силой мотивации это:
- Красницкий Евгений Сергеевич
- Михаил Ратников
- Михаил Лисовин.


ПРОЛОГ
Просторная теремная светлица, днем обычно солнечно-веселая, сейчас была погружена в мягкий полумрак. Все ставни на окнах были закрыты слюдяной и стеклянной мозаикой, сквозь их причудливый узор проникали ломанные солнечные лучи, которые выхватывали из полумрака лишь какаю-то мелочь в виде летающих ворсинок пыли. Крупные же предметы так и оставались в сонной тени. Так что ничего ни оставалось делать как смотреть на эти жиденькие лучики. Мало развлечений у лежачего раненого, можно немного встряхнуть шкурой и смотреть на затейливый полет золотой пыли. Что еще остается делать болящему?
Время столь же вязко и обволакивающе, как и этот неверный свет. Как изменчиво время и как оно зависит от самого того, кто пытается его исчислить и понять. Вчера оно летело как вспышка молнии, а сегодня струится слабым лучиком. Да что там вчера, иногда про это можно сказать миг назад. Вот по желанию оно не измениться, вернее не измениться его ощущение. Нужно какое-то вмешательство, воздействие на эту дурную голову и желательно потяжелее. И лишь тогда станет легко и многое станет безразличным. И приблизишься к животине, исполняющею нудную беспрерывную работу. И катаешь какую-то мысль в отупевшей и тяжелой голове, жуешь её, с трудом глотаешь и все равно не насыщаешь пустующий мозг. О, великая пустота, а ведь к ней многие умные люди стремятся. Тот же духовник так тоскливо советует: "Не рви княжье сердце, отдайся в руци Божии, да свершиться по воле Его". Ох-хо легче сказать, чем сделать. А вот сейчас как раз и легко сделать. Лежи себе и уповай. Так что ударивший враг и не совсем враг, а где-то и даже и друг, коль дал возможность почувствовать близость духовного спокойствия. Ха-ха, запишите меня в монахи, я научился погружаться в себя. Тьфу ты, как какая-то глупость, так скачет как блоха и попробуй её поймать. Нет лучше подумать о чем-то приземленном и ясном. Вот зачем я полез туда в эту круговерть? А то б без меня вои не разобрались, кто из них сильней и резвей? А мне надо было смотреть и думать головой куда послать резервные десятки, а не самому рваться как застоялому скакуну. Блоху в её скачках попробуй ещё поймай, а этот молодец сам дуром пошёл … Доскакался - лежи теперича пластом и думай. А что ещё остаётся делать? Во, опять думать и этой же пострадавшей головой. Снова здорово, вернулся к той же «печке», ну что ты будешь делать. Если есть голова, значит и думка в ней родиться, а иногда и воплотиться. Но надо, чтобы…
Кажется, будто кто-то тихонько открыл дверь, так как ворсинки резко откликнулись на новый поток воздуха. По тихому позвякиванию понимаю, что это украшений моей жёнушки. Кольчуга трется и шуршит по-иному, основательно и весомо. А сейчас игривый звук её ожерелья, так, кажется, оно называется. Оно тоже не легко. Весит несколько гривен, сколь серебра и каменьев янтарных, давят на высокую грудь. Солнечный камень давит на шею и грудь … Звучит как-то не очень, но выглядит зато красиво. Оно словно зерцало блестит и защищает желанное тело. И только обходным движением снизу и сбоку охватишь эти выступающие полукружья. Ух ты, наверно в голове и в теле пошли правильные и здоровые …мысли. Так-так, о чём это я …, об ожерелье. Угодили ливы с подарком. Даже мне нравиться, а уж «моему солнушку» тем более .
Ещё один солнечный лучик пришел и развеет тьму моей болезни. Чтобы оградить её от старания соблюдать тишину, я первым подал голос:
- Что, Саулуте (Солнышко - литов.), пришла мне посветить и согреть?
- Так ты не спишь, князь мой? Это хорошо. Права оказалась твоя врачевательница, что ты уже готов принять новый настой и отвар.
- Ууф-ф-ф, опять пить эту горечь, могла бы немножко подсластить. Может не надо? Мне уже лучше....
- Надо-надо и не капризничай, она - лучше знает, а потом я тебе смягчу горечь своим сладким поцелуем.
- А можно начать со сладкого, поцелуя и в конце тоже?
- Ты разве не видишь, что я как раз собираюсь побаловать тебя поцелуем, но одним и не более, а потом, когда ты окрепнешь, то и чем получше!
- Так я уже окреп…
- Ну-ну, не увлекайся, сейчас кликну травницу …
- Как же травница она, небось, рагана (ведьма-колдунья литов.) – язычница.
- Ну и язычница и что, зато своё дело ведает хорошо. И не ведьма она вовсе, а очень даже милая старушка, не хуже твое Настёны.
- Ладно, Сауле, это я так… оттягиваю горечь свидания с её противными настойками зови свою лекарку.
Милая улыбчивая бабушка возникла у изголовья словно из воздуха, точно колдунья? И не заметил как прошмыгнула, старая лазутчица, ха-ха.
- Здрав будь, князь!
- С тобой - буду обязательно!
- Как спал–почивал, тревожно спишь, что беспокоит и где беспокоит?
Вопросы сыпались сквозь уже построжавшие губы, ну что ж, надо отвечать.
- Сплю хорошо, без волнений, рана немного дергает, но терпимо…
- В бою будешь терпеть, а тут нужно лечить. Сегодня дам настой, от которого будешь дольше спать, но, зато, это - уже последний раз. После этого можешь уже и встать, поправишься! Рана-то твоя, смотрю, правильная, заживает как на….
Старушкина речь запнулась и лукавый взгляд мелькнул в наши стороны.
- Так вот как ты, старая, о своём князе … "думаешь", - с шутливой угрозой обратился к лекарке.
- А и можно пошутить, когда вижу, что болезнь твоя отступает, - тоже, улыбаясь, оправдывалась она. – Да и человек ты разумный и добрый, хоть и не нашей веры и языка. Если опаску какую имеешь, так попа потом призови, пусть он тебя крещенской водой оботрёт, да напоит, ну и что там ещё у них положено. Знаю - был уже, а я и не против. Человек на двух ногах прочнее стоит, так можа и две веры тому поспособствуют.
- Ладно, мудрая старушка, давай свой оживляющий настой. Проснусь когда,память хоть не отнимет? А то и жену свою не узнаю, чего доброго.
- Главное, чтобы она тебя не забыла! Не боись, у вас и детки ЕЩЕ будут,… вижу я.
- А сейчас, и я тебе хочу напомнить для княжеского вразумления! - бодренько произнесла жена с каким-то, даже, вызовом. - Нечего было скакать в первых рядах. Твое дело - голова, а не рука или нога. Сам сколько раз говорил…
Пока я выслушивал эти правильные речи, то всё и выпил, что было приготовлено, старушка сразу же вышла. Сауле же, поправляла мои волосы, подушку и всё, что считала нужным. В тишине услышал со двора какой-то шум. Молча кивнул туда и спросил:
- Кто-то приехал, что ли?
- Да, Йонас наш с малой дружиной.
- Какой Йонас, рыжий?
- Да нет, Василий.
- Это что, Роська что ли? - встрепенулся я.
- Ну да, он самый, не солидно так его называть, какой он Ро…
- А не пускать ко мне дорогого гостя, значит солидно…? Что же ты… не позвала его сюда, мне не сказала, не красиво так…,не можно…
- Ещё как можно! Нужно! Знаю я вас, как сядете и давай вспоминать, да думку гадать, а хворь бы в тебе бы сидела… И настойку бы не выпил, так что спи и не беспокойся! Позже увидитесь, ещё наговоритесь, он всю седмицу будет. Дело не спешное, он сам мне поведал и согласился тебя подождать, когда ты очнёшься, а значит и у Лисовина твоего - всё хорошо.
Я вяло пытался внушить … но не успел … Жена опять стала убеждать о завершенности лечения и я сдался.
- Спи, мой мудрый маленький "волчонок", пусть тебе приснится хорошее прошлое и красивое будущее!
Захотел ответить, но губы лишь слегка подвигались, не издав не звука, веки отяжелели и не хотели покидать такой удобной ложбинки. Туман перед глазами, кажется проникал и в голову, наливая её приятной бездумной тяжестью и истомой близкого и спокойного сна: спать, спать, спать...


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:17 | Сообщение # 95
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Я Р Л - Б О Я Р

ГЛАВА 1

Зимник был тих, слабый ветерок едва и даже желанно, уже с запохом весны, проникал на белое полотно дороги. Деревья и плотные придорожные кусты с подлеском хорошо защищали от прошедших снежных завирух. Чувствовалось что зима уже ослабла и лишь какими-то порывами ветра и холода пытается цепляться за скованную землю. Извилистая дорога была достаточно плотна и красивые точённые ноги вороного коня погружались чуть выше бабок. Всадник, сидящий на нём, немного не соответствовал конной стати. Здесь должен бы сидеть боярин, объезжающий и озирающий свои владения, ну или удачливый воин, сумевший взять от чужих кровей достаточно. Но это был всего лишь безусый отрок, в аршина два ростом, крепок телом. Возможно ему дали на время отточить верховые приёмы. Ибо темп движения лошади периодически менял с шага в намёт. Они оба получали удовольствие от этой прогулки. От них обоих исходила какая-та внутренняя уверенность в движениях. Было заметно что отрока вовремя и по обычаю посадили на коня, и всё это время он с ним не расставался. Самого же его можно было бы сравнить с подросшим жеребенком, который уже почти знает возможности своего тела, но постоянно стремится проверить и улучшить их. В этом он находит удовольствие. Поведение его соответствовало хозяйскому владению и лишь очень подозрительный человек мог подумать о конокрадстве. На голове отрока была шапка из волчьего меха, из-под которого выглядывали темно-русые волосы. Кафтан был зимним, на подкладке, кушак (пояс) без изысков, но на нем висел бывалого вида сакс (кинжал) с навершием в виде волчьей головы. На плечах покоилась епанча (накидка) из волчьей же шкуры, доходившая до бедер. Суконные порты покрывались высокими броднями (бахилами). К рукавам кафтана были привязаны две рукавицы волчьего меха, но на руках отрока имелись и вязанные варежки. Конский круп покрывался чепраком с привязанной волчьей головой, смотрящей за спину всаднику. К уздечки были привязаны разноцветные клочки и пучки волчьей шкуры. Видимо путника ознакомили с древней приметой сего оберега, который был призван предотвратить дорожные засады и нападения от всех жаждущих поживы. Потник и седло были обычными. Одесную (справа) приторочен берестяной тул со стрелами, ошую (слева) простое деревянное налучье. Во всём одеянии отрока было так много от волка, что неудивительно, что его так и звали.
Волк сегодня поднялся рано, затемно еще. Оставалось ему до Турова всего ничего, каких-то десять, а может даже, и того меньше и это после полутороста верст. Вообще, весь этот путь с тайной лесной заимке давался нынче легко. Как говорится, "ноги сами несли". Тем более, если это - ноги коня. С остановками на ночевку тоже им с конем повезло. На пути удалось заночевать в селище и на хуторе. Дед, прежде, чем оставить его одного, всё подробно объяснил, как ему добираться до города. Да он и сам немного помнил. Кое-что оставил для оплаты постоя и кормов. Всё же коню необходимо хорошее питание. Конь, как и дед, уже - старый, не строевой. Только и осталось, что нести на себе легкого тринадцатилетнего мальчишку.
Змей был постаревшим боевым конём, который не мог уже выдерживать долгие переходы и чрезмерный груз. Дед иногда беззлобно шутил, что "они оба – уже не строевые". Но, продать или ещё что сотворить дурное со своим старым боевым товарищем, он не собирался. Говорил: "пока Змей ноги передвигает, будет в строю"! Какой там строй, обоз, вот - его место. Вернее, рядом с обозом. Воина - захомутать, да не в жисть! Старый жеребец много раз выручал и спасал Боримира. Змей что-то там повредил в спине во время боя и мог сносно нести лишь бездоспешного воя или же, как сейчас, отрока с небольшим грузом.
Человек, привыкший к труду и вдруг прекративший его по каким-то причинам, легко сникает и теряет жизненные силы. Ратный труд ничуть не отличается от хозяйственного. Лошадь как трудолюбивое животное, имеет такие же навыки. Стоит лишь раз посмотреть, что происходит со старым боевым конём, когда он услышит звук боевого рога.... Это же - происходит и с собаками, если они услышат рог, но уже - охотничий.
Так дед и посадил Волка на Змея. Волк гордился, что сидел на дорогом боевом коне, хоть и постаревшем, но бывалом. Змей тоже не грустил. Дед обычно был с ним рядом, в обозе на телеге, только иногда, пересаживаясь на новую спокойную кобылу. Змей, глядючи на других, держался хорошо. Чувствовалось, что он благодарен старому и новому наезднику. Дед говорил, что они так хорошо сошлись, потому что оба -Даждьбоговы звери.

Когда только в жизни Волка появился дед Боримир, тогда, почти сразу, он и начал присматривать Змея. Уже он, а не дед Боримир обихаживал и баловал коня лакомствами. Дед постарался внушить своему товарищу, что этот малец – друг. Воин сажал мальчика на спину коня, впереди себя и степные травы кланялись им. Четыре лета назад, Змей был в большей силе и стати.
Особенно это было приятно на просторах под Киевом. В такие моменты дед разрешал меньшому брать в руку палку, в виде меча, или небольшую сулицу. Волк размахивал своим воображаемым мечом и рубил, рубил, рубил... этих проклятых половцев, мстя, за отца с матерью и других, близких ему людей. Он протыкал сгорбленные бегущие спины, тыкал в их трясущиеся головы. И ничего у них не спрашивал, не выяснял, виновны они или нет, в той резне... Которую учинили, тогда, какие-то их соплеменники. В такие моменты он - Волк, не думал ни о славе, ни о добыче. Лишь месть жила в его сердце и стучала в висках. Это было так сладостно, но кратко. Потом появлялась какая-то опустошенность и безразличие ко всему.... И было, даже, как-то неловко и стыдно за свою пустую злость и гнев на, несуществующих рядом, врагов.
Таких случаев было немного. Дед объяснил и наставил, что хотя у меня и не настоящее оружие, но его я представляю. Настоящее же оружие, а особенно меч, имеет свою душу и даже характер с судьбою. Изготавливают его люди, не только по правилам кузнечного дела, но и по настрою души. Заговоры и молитвы идут и в самом начале, ими же и завершаются. Мысль и слово, вот начало и конец всех дел - "конец - делу венец".
Когда воин платит мастеру за меч, он не покупает его, нет! Он, всего лишь, - одаривает кузнеца за его труд и старание. Он как бы вручает создателю будущую долю добычи. Мастер создал и воспитывал для тебя товарища. И уже от тебя зависит: как вы с ним уживетесь. Сможете ли быть одним целым и продолжением друг друга. А друга - не беспокоят по пустякам и не используют для баловства. Если достал его из ножен, обратись к нему соответствующим образом. Можно вслух или про себя. Зависит от цели. От просто почистить, до схватки с врагом. А после боя, вообще, хорошо с ним поделиться о пережитом. Еже ли воин примет смерть , то на погребальный костёр, взойдет и меч, сломанный на три части. Чтобы перековать его за радужным мостом, уже в не этой жизни. По-разному люди смотрят на этот символ власти и силы.
С боевым конем почти такие же отношения. Только – больше любви. Оружие вообще не настроено на шутки и веселье, все-таки, через него смерть приходит, а это – никогда не бывает смешно. Иногда только злорадно, но это недостойно воина. С мечом суровая дружба и не столь многословна. Ибо, в такие моменты многословие становится пустословием.

С лошадью же, не так, с нею можно и нужно шутить и играть, особенно, когда она молода. Это – как друг детства. Или товарищ по проказам. Вы вместе идете по жизненному пути, а что в походе поддерживает? Хорошая шутка, компания, общая цель, ну и еда, куда ж без неё. Кому же понравится, что его всё время стегают и сурово направляют. Нужно так расположить к себе коня, чтобы ему самому хотелось делать то, что тебе надо. Ведь, ты же слышал, наверное, такое выражение: "конь застоялся". И у себя, наверно, замечал - ощущение свербения и нетерпения. Сам помнишь как в такие моменты елозишь и хочешь куда-то в даль сорваться...
"Так же, скажу тебе, Волк", - говорил Боримир, - "что если оружие - несет смерть, то конь – несет жизнь. Он больше спасает, чем нападает. Злобность и коню приносит помеху, а иногда и гибель. Неуправляемых мало кто любит. Так что … Только живой может сидеть в седле, а мертвый.. так и сам, свалится. Конь ему больше не нужен. А вот доброму коню он ещё нужен! Бывает, мертвое тело приносит на себе, как друга принёс на тризну. Или не уходит от лежащего на земле владельца - друга.
Надо тебе учиться заботиться самому и о своем оружии и о коне. А то, что ты почувствовал неловкость после пустой злобы и желания мести, то это - правильно. Значит, не в всё в тебе пропало, не закоснело окончательно. Да и не должно это в тебе произойти. Не перешел ещё ту грань, за которой человек превращаешься в мелкую злобную и бессильную тварь. Злобный человек, чаще всего, бессилен. Он не может себя управить и направить. Он это – понимает и, потому, злится, на себя в первую очередь, а потом на других, что он такой. Так и ходит по кругу, на весь мир обиженный.
А сильный человек, не обязательно телом, даже совсем не обязательно, он - добр в своём спокойствии. Бывает, конечно, теряет это чувство, но, всегда стремится вернуться и восстановить. Можно сравнить с рекой. Возьмем, сравним, наш Днепр. Где величия и мощи больше? На большой воде или на порогах? Хоть стремнина сильна и шумна, но её пытаются обойти, как скандального человека. Мне довелось, по ратным и другим делам, хорониться рядом с порогами. Через короткое время уже хотелось уйти оттуда, да дела не пускали. А когда была нужда, с тем же самым, быть в широких местах Днепра, то душа - тихо пела, н есмотря на то, что в тот же день лишал людей жизни. И врагов и так... тех кого было нужно. По разному было...
Говорят, что когда кровь играет и бурлит, человек – сам не свой. Краснеет, бледнеет, когда в жилах стынет кровь. Он, в такое время, вне себя и успокаивается лишь тогда, когда войдёт в своё русло. Как река после ледохода.
Недаром, говорят, жизнь - течёт. Надо оберегать родник, источник своей души, но не зажимать какими то плотинами и порогами. Тогда, можно и самому им напитаться водою живою и других напитать. Бывал я в пустынях, знаю, что такое жажда, жажда души – сродни той."
- Ты, деда, вроде и не христианин, а говоришь - как поп.
- Ну, уж и поп. Они, попы, люди, все больше - учёные, а я - лесовик, дрегович родом. Я-то у жизни учился, через разные раны и шишки, одни видимые, другие нет. Конечно, и люди помогали, не без этого, и умные, и не очень, и совсем не умные. Посмотришь на всех и думаешь: "Хочу быть таким, а таким - не хочу". Не всё, но кое-что - получилось. А твой грек – монах… Василий, да? Познавал книжную премудрость, а с жизнью она не всегда схожа, хотя, при хороших наставниках, может, и будет толк. Знавал я тоже одного старого монаха, такой умный, а главное мудрый. Я поначалу думал, что он такой умный от учений книжных. Ан нет, оказался самой простого дела человек, сапожник вроде. Правда городской, в церкву ходил и всякое другое, что у них там положено, делал. Спрашивал его, там мудрость приобрёл? Там, говорит. Наверно много читал? Да нет, говорит, больше слушал и молился. Чудной! Говорит - просил у Бога нашего, мудрости небесной. Спрашиваю - получил ли? Нет, говорит, больше земной наделил, чем Горний. Как же так, удивляюсь, просишь одно, а получаешь другое? Он улыбается, говорит, "так Бог решил, чтоб я земным послужил для небесного". Так-то…, твой грек малость другой, он всё больше умом играет. Но тоже занятно. Да... было бы интересно с твоим греком пообщаться.
- Что тебе в Киеве сказали?
- Да вовсе он не мой грек.
- Согласен, но знакомец твой и тебя учил грамоте. Так что…
- В таком разе – да. Говорят куда-то пошел в Новгородские земли…
- Так он сам или его послали?
- Не знаю. У них - не поймёшь. Скорее всего, избавились. Не очень его там любили, правдалюбца.
- Да уж, таких - нигде не любят.
- Ты тоже, деда, через правду от людей пострадал.
- Ха, так и от меня они – тоже претерпели. Наверняка с некоторых, я взял виру с бооольшой лихвой. Мне они – уже не должны. Я должен лишь тем, кого люблю. Вот тебе: помочь на ноги встать, да на путь правильный направить, мож ещё что... Сестрёнке моей молодшенькой, Голубушке. Возраст её, конечно, не так мал, всё же пять детишек у ней... Величать её стоит уже, верно, Голубица. Да ничего, для меня она - всё та же девчонка. Ты её не забывай и помоги, как мы договаривались.
- Всё сделаю деда, я помню, не сомневайся.
Вот такие воспоминания рассеивали некоторую скуку поездки по лесному зимнику. Змей зачастую сам выбирал скорость. Волк лишь как бы предлагал ускорить или замедлить ход, не было необходимости понукать. Эх, если бы Змей мог прожить подольше, то Волку не пришлось бы возвращаться в возок, к другим лошадям. А может, дед купит для меня коня молодого… Так я могу разучиться сидеть в седле, если вместо него сижу на облучке. Пусть там сидят Заяц и Ерш. Ведь они же - не воины, не были ими и не будут. Хотя, как-то Ерш был раз в ополчении... А, все равно, это - не считается. А если что, Искра может. Она, хоть и девка, но боевая, такой палец в рот не клади. Недаром они с Зимой миловались. А Зима - он ратник справный … был… Как-то всё глупо получилось. А может, просто, кончилась их удача. А скорее всего, прогневили они Бога своею татьбой и разбоем. Эх, сколько раз ещё задаваться такими вопросами…
Волк прервал свои воспоминания и оглядел окружающий их лес, на предмет обнаружения засад. Нет, здесь не должно быть никого, место для того неудобное. О чём беспокоюсь? Я же сам – ватажник, да и оберег делает своё. Ну, а если встречу кого, то знакомцев. Таких же... Э-эх, "свой ни свой, а на дороге не стой". Ни дай Бог, конечно… Оружие, скорее всего, и доставать не придётся. Даже, лучше вообще его - не трогать.
А то решат еще, не разобравшись, что хочу их из лука… и будет, как две седмицы назад. Вот дернул тогда меня нечистый, выехать из укрытия. Приказал ведь дед быть с Искрой при конях. Не удержался, что-то долго они там возились, было шумнее чем обычно и дольше. Ну и поймал, последнюю, наверно, стрелу. Дед запрещал мне участвовать в таких делах, нельзя мне пачкаться простым душегубством. Успею ещё испоганиться. Да, тот купеческий обоз охраняли настоящие воины. Вернее, один был очень хорош. Он сразу положил точными выстрелами двоих наших. И кого? Лучших: Дубыню и Зиму! Храбр его упокоил, но уже - поздно. Мужи растерялись немного. Пока дед не гаркнул на них и сам, тоже, пошел доделывать упущенное. В рубке погиб тот же Храбр. Почти все те, кто был с дедом со времени киевского бунта, супротив Изяслава и его подручных. Потом на Великий стол сел Мономах. В те времена и сложилась основная часть ватаги. А сейчас... остались от первоначальной ватаги лишь "рожки да ножки"... Это - не воины. На что они способны: срезать ловко калиту, да зарезать в темном переулке.

Волк невольно потянулся проверить ножи - оба на месте, за перевезью бродней.
Это и спасло его, однажды, в Киеве. Те, двое парней, ещё днём косились на него. А вечером, прижали к забору, когда до дома оставалось совсем чуть–чуть. Мол, плати им за то, что на их земле зарабатывает. Он стал им объяснять, что Боримир уже платил кому-надо, а они тут - не причём. Тем и неинтересно совсем, им бы поглумится, да может, что отнять. Чем он им не понравился?... А может, как раз понравился, как жертва для насмешек и потех? Стати в нём нет, одет кое-как, строил из себя мальчишку на побегушках. Вот они и соблазнились на такую свою забаву. Как говорит дед, "потешить свою гордыню". Когда он увидел это на их лицах, то сразу перестал объясняться и перешёл на дерзкий тон. Смешно было смотреть на их растерянные рожи. Им самим стало стыдно друг перед другом за их слабину и уж тогда они разозлились. Старший, а может и нет, просто большой, сделал движение для замаха. Я же, резко присев, достал оба своих ножа. Ещё не до конца выпрямившись, левым ножом ткнул в правый бок здоровяка, снизу под рёбра. Парень, охнув, стал заваливаться на меня, нырнув вправо я пропустил его падать вдоль моего левого бока. Правым же ножом, выпрямив руку, ткнул вверх, в шею второго. Его-то кровь и облила меня. Стремглав прибежал в домик, который мы снимали. Сгустившиеся сумерки не позволили меня заметить, редким в это время, прохожим, рогатки стражи градские ещё не выставили.
Волк подвигался в седле, приосанился и расслабил плечи, так как вспомнил, как же ругал его дед за тот случай. Надо было выскользнуть и бежать, не резать… Да и его могли заметить, он мог привести за собой преследователей или видоков, прямо сюда к их жилищу. Но, убедившись что ничего подозрительного не происходит, успокоился и сказал, что это во мне проснулась нурманская кровь. Это - зов предков, прежде всего моего деда, ярла Ингольва, которого он знал и уважал. За такие поступки на родине пращуров не очень-то и ругают, если не находят весомые обстоятельства и погибшие не столь значительны да еще сами напросились. Мальчик растёт, ещё не может рассчитать силы, кровь кипит и так далее. Боримир сразу советовал сходить в какой-нибудь храм помолиться и поставить свечку о упокоении душ убиенных, ну и на удачу заодно... Но с исповедью – попросил несколько повременить, а то…
Через два дня мы выехали в Чернигов, на первой же ночевке, дед рассказал всем о случившемся и причину, почему мы так срочно покинули Киев. Тогда воины провели какой-то ритуал, сжигая мою окровавленную рубаху и на этом огне, подогрели медовуху, дав выпить её мне. Заснул я под пение каких-то песен. Утром мои наставники попросили показать, как это у меня вышло с теми… Увиденому, больше всех радовался и хвалился Щука, который и научил меня владению ножами.
Опять вспомнилась гибель моих воинских наставников. Остался один Боримир, ох, как он тогда кричал, потом плакал, затем молчал. Это было более зловеще. Ибо "малое горе вопит, а большое молчит". Дед послал Щуку с Весилином в Слуцк, чтобы они привезли сюда, на тайную стоянку, приказчика Некраса. Чтобы выяснить у него, как это у купца Бажена оказалась такая проворная охрана. Некрас был избит дедом и поцарапан Искрой. Она вообще была, как в воду опущенная, оживилась лишь когда привели этого…
...Оставили меня на попечении этой мрази, ну и для пригляда. Хоть моя рана и была небольшой, но дед хотел быть уверен, что не подхвачу горячку на переходе до Турова.
Примерно к окончанию ярмарки мы бы и встретились в городе. А потом в Киев, где… Боримир упомянул, что всё к тому и шло, а он, старый дурак, не учуял, что давно пора разбегаться. Слишком он стар, чтобы бродить по свету, да ещё числиться скоморохом. Пусть оставшиеся сами решат дальнейшее, а он со мной уходит после Туровской ярмарки. Денег и другого добра у него хватит чтобы радовать до конца жизни сестру с племянниками и мне помочь с обустройством. Искре он отдаст долю Зимы, но она спрятана под Киевом.

Ах, всё-таки зимний лес красив… Змей, а не порадуешь ли ты нас намётом, ну давай милый, поиграем в догонялки с ветерком. Ну, вот, и хорошо. Смотри, как я сбиваю снег с веток своим копьецом. Ничего… и у меня будет ясеневое копьё, как у деда. Эх, жаль, что ты - не настоящий змей и не умеешь летать. Хотя бы, мог превратился в Пегаса или Индрика. Мы бы тогда взлетели над лесом и ты бы задевал бы своими копытами их макушки. Наверно, так же несутся Валькирии по небу, рассыпая звезды.
Эге-ге-ге-гееей… Ладно. Снег из под копыт – тоже хорошо и, мы вместе - одно целое, как Полкан или Кентавр, так называют их греки. Мартовский морозец бодрит, но это уже начало дыхания весны. Скоро, совсем скоро, мы окажемся на киевских лугах и будем любоваться великой рекой с прибрежных круч. Тебе, Змей, кручи ни к чему, тебе бы поваляться на молодой мягкой травке, а я буду смотреть в даль синюю и представлять…, ведь там, так хорошо мечтается и вспоминается…
О, что это мелькнуло среди веток? Никак куница. А мы сейчас из лука… тьфу ты, промахнулся, ловка плутовка. Ну и ладно, что б я с ней делал? Нет времени возиться. Да и стража в воротах города могла учинить лишние расспросы. Они иногда, такие любопытные. Дед давал что-то им, а мне так ни разу не приходилось... Может и придётся сейчас, но лучше пристроится к кому-либо. Вот уже виден след от санных полозьев. Сегодняшний, ещё не успело замести. Конское яблоко, пока целое. Что , Змей, почуял близость жилища?
Фыркаешь, ждёшь встречи?… О-о-о, пошёл, пошёл веселей, давай, давай! Я не возражаю, но и не подгоняю. Ну точно, впереди показался возок, едущий, верно, в Туров. Потихоньку догоню, познакомлюсь с хозяевами, попытаюсь вместе с ними миновать ворота. Кому охота отвечать на лишние вопросы.
Уже близко, слышен скрип полозьев. Солнышко поднялось. Ранняя литургия закончилась, сейчас народ повалит на торг. Наши то, поди, трудятся уже во всю…
- Здравствуйте! Бог в помощь. На торг, наверно?
- И тебе доброго здоровья, отрок. Тоже, туда же? - ответил мужик, лет сорока, в неплохом тулупе, да в бобровом треухе. Лошадка у него – справная и сани крепкие, крытые шкурами, кого или чего везет внутри не видно. Скорее всего семью.
- Да нет, возвращаюсь домой - ответил Волк. – Батюшка посылал на хуторок, чтобы подготовить к встречи компании. Не плохо расторговались нынче, да и свояк с братаном приехали, также удоволены торгом. Вот и решили погулять перед постом. Может в лесу тоже повезет и заломают кого, ну и банька там и всё такое…
У мужика блеснули и сразу же потухли глаза. Кхекнув, в полоборота бросил осторожный взгляд на немного приоткрытый полог возка.
– Ну и я, значится, тоже доволен теперчным торгом. Продал даже лучше, чем гадал. Вот, съездил домой, везу в обратку жену с дочками. Пусть уж сами выберут, что хотят, могу позволить ноне. А то сам-то возьму что-то не то, будут дуться. Опять же, пусть и людей посмотрят, себя покажут, а то в нашей глуши и в храм Божий не всегда выберешься, разве что на праздник. Успеем сейчас на службу-то в Туровский собор?
- Так должны успеть, дядя. На поздней литургии завсегда сам Владыко служит - ответил я.
- Слыхали? Глафира, самого епископа увидите, а может услышите ещё и проповедь, если в голосе будет. У самого-то его ни стати, ни голоса, но зато дух нутряной, опять же - власть. При такой власти и шептать можно. Кому надо услышат. А вот диакон у него, любо-дорого посмотреть и послушать. Такой голосище, ого-го, таким можно с самим громовержцем перекликиваться.
- Нет, дядя, тот диакон сподобился быть награждённым архидиаконом и теперь ласкает слух в Лавре.
- Ну что ж, заслужил. Надеюсь новый не хуже будет, - повернувшись назад изрёк мужик и вернувшись в прежние положение, через несколько мгновений был вынужден опять развернуться, чтобы продолжить. – Гляди, ужо и стена городская. Глаша! - воскликнул возница. – Глянь-ка, подъезжаем. Можете лишку-то снять, а то намотали платков-то, теперь незамерзнете. Водружайте свои понёвы и сороки.
- Гляди, паря, чёй-то народ валит на берег Струмени.
Волк посмотрел вдаль, приподнявшись на стременах, а мужик привстал на облучке своих саней, приложив ладонь ко лбу, щурясь от играющего лучами Солнца. Из возка выглянула женщина в пёстром платке, ещё больше морщась от яркого света. Волк рассмотрел какое-то сооружение на льду.
- Дядя, там похоже помост соорудили.
Мужик с испугом и любопытством заметил:
- Можа кого споймали, конокрада али душегуба. Ух, нехристи! Бога не боятся, людей не стыдятся. Верно разум будут вправлять. А и по делом - не греши…
Мужик, разминая ноги, пытался рассмотреть что происходит около помоста. Стражники пытались как-то навести, одним им ведомый порядок. Старания их были не столь сильны, да и толпа не очень-то слушала их, они сердились, угрожая какими-то карами. Но, проку от всего этого не было. Единственным результатом стремлений и тех и других был стойкий гул растревоженного улья.
Отчаявшись что-либо понять, мужик предложил Волку:
- Давай, паря, пойдём поближе, да всё в точности и узнаем. А то слышим звон, а что в нём? Ты, это... коня-то привяжи, хотя б к моим саням.




Сообщение отредактировал ARKAN - Вторник, 18.10.2016, 14:42
Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:18 | Сообщение # 96
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Покрутив головой по сторонам и почесав в затылке, изрёк:
- Не-а, не годится. Когда народ пойдёт обратно, то, твоему жеребцу может не понравиться шум и толкотня, заденет его кто, а он - лягнёт. Тут и до беды недолго. Вон, вишь ушами крутит, да глазами водит. Чего-то ему не нравится.
И действительно, Змей вёл себя беспокойно, переменая ноги, поворачивая голову в разные стороны. Толпы он не боялся, наоборот, она ему добавляла возбуждение и боевого задора. Сродни волнению перед боем. Пришлось погладить его, что лишь немного его успокоило, а скорее всего, отвлекло на время.
Пока я занимался Змеем, мужик высмотрев что-то, сказал:
- Вон, гляди, недалеко от ворот - коновязь, туда и привяжи. Да и стража вратная рядом стоит. Недобрые люди поостерегутся, ну и твой строевой не дастся, ежели что. От кого достался-то?
- Крёстный подарил - соврал я.
- Красив и видна порода - щелкнув языком, сказал мужик. – Ну ты давай пристраивай, а я - пойду поближе, послухаю, что там люди бают.
Мужик неловкими ногами, видимо ещё не расходился, пошёл в сторону толпы. Я же повел Змея к коновязи. Начав привязывать, услышал за спиной:
- Эт чегой-то ты удумал, здесь своего старика привязывать?
Говоривший был - старый воин, грузный телом, но, с подвижным лицом и буравящими глазами. Какой он был воин и чем зарабатывал свои гривны, сразу не скажешь. Но всё ж вратный страж, а это может быть даже больше должно вызывать почтительность. Ибо в сердце таковых гордыня больше найдет место для своего гнезда. Надо быть осторожней. На левой щеке был виден свежий порез, а правый глаз обрамлён синяком. Было заметно, что он ещё не привык к этим лицевым дополнениям. Вот и играл щеками, как бы проверяя и их состояние и свои ощущения. Но эта мимика говорила ещё о том, что носитель этих ран, горд ими. Видимо, полученными не в пьяной драке и не от жены. В противном бы случае он прятал бы лицо и даже дышал бы в сторону. Всё-таки служба - обязывает. И действительно, перегаром от него не пахло.
Не отвечая на его вопрос, я сделал сочувственно-понимающее лицо и, понизив голос, слегка указав на его голову, спросил:
- Служба?
Игра лицом прервалась и на нём отобразилось удивление и недоумение.
- Какая служба? - Спросил он, поведя плечами, оставив громогласность.
- Пострадал от злодеев? - слегка указав рукой на его лицо. И оно разгладилось и успокоилось. Появилось снисходительно-добродушное выражение. Грудь, вместе с животом, выдвинулись вперёд и предо мной стоял не грозный страж, а добрый дядечка. Даже дедушка, готовый поведать внучку страшно жуткую историю или сказку, но, в обоих случаях, со счастливым концом.
– Да-а, уж досталось. - Замолчал на время и, отыскав скромность, продолжил: - Немного.
Решив, что слово "немного" это, действительно, слишком скромно - так можно и лицо потерять, добавил: - На то мы и стража, чтоб других беречь. А то понимаешь… - и не найдя понимания, пошел на другой заход:
- Третьего дня ловили злодеев. - И опомнившись, добавил. – Мы …, кто мог.
Дядечка, надо понимать, мог.
- Они, значится, на попа напали. Хорошо люди были недалече, закричали. Те, понятное дело, в бега. Но, узнали их, мы туда, где они обитаются. Кондратий первому, раз, копьём по ногам. Накинулись, связали. Девку-то, Тихон, бац по скуле - та и уснула. А вот с дедом, пришлось повозиться. Видно, хороший воин был, да и сейчас… Один на один я бы супротив него не вышел. Вчетвером его заломали. Мне-то ничего, а вот Сёмке больше досталось. Ну ничё, к ледоходу оклемается, не опасно.
Видно, стражник не первый раз рассказывал все произошедшее любопытным и получал немалое удовольствие от собственных воспоминаний.
- Да уж, попали они, так попали. Священника чуть не убили, а, самое страшное, что они ворожили и смерть насылали.
- Это как? - удивился я.
- Так у них, в возке, нашли куколки тряпичные с нарисованными ликами, с проткнутыми чревами и головами. Во как! Страх Божий! Что ж они там ворожили и насылали, даже страшно подумать. А ещё всяких корешков, да трав уйма. Может и травить хотели…
Стражник немного замолчал, видимо представляя возможные напасти, которых удалось избежать и не без его помощи. Его, немного отрешённый взгляд, был направлен в грядущее. Наконец, справившись с наваждением, победил там мрачные неведомые другим беды.
- Где уж им, людишки и не думают об опасностях, а токмо суетятся незнамо чё…, а служилый люд заботься и думай за них.-
Просветлел ликом.
Я даже порадовался, что мне не пришлось выспрашивать в толпе о случившемся. Где правду от вымысла часто трудно отделить. А тут - сам участник события и суда. Суда... ладно, хотя, примерно, всё ясно и можно вообще не оставаться здесь, а идти в город. Но лучше изобразить заинтересованность, а то незаконченный рассказ может ему не понравиться и … вызвать лишние ненужные вопросы. Да и этих злодеев можно посмотреть, а вдруг - знаю кого. Кто же мог так на попа, да и зачем? Пара бешеных вспомнилось. Вот и гляну.
Стояли у коновязи два человека и смотрели друг на друга. Старший и мудрый, всем своим видом дарил юному и неопытному светлое будущее. Пора спускаться на землю, а то…
– А что суд-то, каков был? - спросил я.
Стражник сразу посуровел лицом и добавил себе важности: - Суд был Епископский. О, как! Меня вопрошали. Сёмка-то пластом…
- Расскажи, если можно, интересно же, про такое услышать!
- Сам епископ Феогност больше слушал и молчал. Видно - добрый человек. - Страж понизил голос и, бросив быстрый взгляд по сторонам, продолжил. - Больше всего старался евонный грек. Право слово, аки коршун какой-то, жаждущий добычи. С таким лицом, как у него - у дыбы сидеть да вопросы задавать, а не исповедь принимать. Вот интересно кто-то ж ходит к нему…, верно как в пыточную, прости Господи, а попробуй не поведай грехи… тады…
Чтобы храбрый страж опять не впал в рассматривание темных вещей грядущего, надо было ускорить завершение разговора с этим словоохотливым хранителем порядка.
- И как решил епископ, какую виру и наказание?
- В том-то и дело, что такого никто не помнит… Старика и девку на костёр!
- Ого, - удивился я. – Сурово.
- Это все - Илларион, коршун, соскучился, видать, по царьградским кострам. Убрали бы его куда-нибудь....
- А третий, что с ним? - напомнил я.
- Этот согласился помочь в поимке других злодеев, сообщников каких-то.
- Каких? Их что, много?
- Да нет, не здесь, слава Богу, а где-то в лесах… у них эти... кровавые капища… Опять жечь…
- Ясно, дядя. Присмотри за конём, я там схожу, гляну…
- Хорошо присмотрю за твоим старичком. Старики должны помогать друг другу. А кто тебе его дал? - Решил проявить запоздалую бдительность.
- Да крестный вот мой, к нам приехал, вот они там с отцом на заимке и отдыхают. Крестный - тоже воин, - кивнул я в сторону собеседника, решив польстить дядьке.
Гул толпы еще увеличился, её колыхания из стороны в сторону участились. Глянув туда, подумал, пора глянуть на страдальцев.
- Ну, я пойду.
- Давай, глянь: как этих скоморохов сожгут, как идолов.
Как будто споткнувшись, замер, в груди похолодало, в голове зашумело и закружило, ноги налились тяжестью, сердце ухнуло куда то вниз. Как на ходулях, развернулся к стражнику. Увидел его удивленное лицо, спросил:
- Каких скоморохов?
В том момент, похоже, моё лицо было похоже на какую-то тупую и глупую личину. Я и сам это чувствовал, но ничего не мог сделать в этот момент. Пару раз видел, что-то похожее, когда человека пронзает оружие. Он, как бы натыкается на стену. Он себя ещё осознаёт и понимает происходящее вокруг. И что и как предшествовало этому. Но, и одновременно видит новую реальность, к которой сейчас не готов. И избежать её уже не может. Потому что, она - вот, начинается сразу за стопами, на которых он ещё почему-то стоит. Многие отшатываются или делают шаг назад от этой зовущей бездны.
Что-то такое, подобное, происходило сейчас и со мной. Надо взять себя в руки. А то, это живо сделают за меня. Ну вот, стражник обхватил рукой моё плечо:
- Что с тобой паря?
- Кажысь, резко повернулся и поплохело - я заставлял себя говорить хоть так, но не молчать. Так, что со мной? Всё. Надо уходить от опасности.
- Они там всё ночь… шумели, спать не давали, а под утро ещё сюда послали, не жрамши...
- Кто они? - в свою очередь удивился стражник.
- Батя мой, с крестным.
- А-а, - понимающе протянул он. - Ну это, как получится, бывает всяко. Они там… без баб?
- Так на охоту же...
- Гм, кхе, ну да, ну да… Так ты, в таком разе не ходи туда, а сразу - на торг.
- Не, потом будут ругать, что не посмотрел, не узнал, не рассказал, лучше схожу-гляну.
- Это точно, будут… ругать - заключил стражник. - Ну иди, скоро уже.
И я пошёл на деревянных непослушных ногах. Пока говорил, немного прояснилось в голове. И сразу же зародилась надежда - может это не они, не те, о ком я подумал.
В толпу не полез. Меня бы легко снесли в ней, тем более в таком состоянии. Подошел к одному из концов народа, наблюдающего за приготовлениями. Зрение меня не подвело, а вот надежда, да, не сбылось, что теплилось.
Дед был величественен, он излучал достоинство и несломленный дух, а вот Искра, стоящая рядом на помосте, была явно в не себе. Дух Боримира поддерживал его во всех жизненных сложностях и сейчас не оставил, так как необходимо пройти его, не опуская достоинство. Он говорил мне, что все люди рождаются одинаково, а умирают по-разному. Это не связано с местом - это связано с сердцем, с душой и кровью. Каждый вскармливает свою смерть и идёт к ней. Она уже знает: боишься ты её или нет. Боятся можно по разному. Ищешь с ней встречи или избегаешь.... Большинство людей бегает от неё. Наивные. Попробуй убежать от тени… Но и искать смерть не нужно... Ибо по своей глупости человек рассчитывает подсказать миру духов, когда им нужно свершить свой труд. Наглец и гордец, мол, я и здесь, я и там, лучше знаю… Не спеши, будет тебе расчёт по делам твоим. Надо относится к этому спокойно. Ведь собака нападает и кусает только тех, кто её боится. Вызов соперника всегда должен быть соразмерен.
Вот так учил и наставлял его самого дед. Были и другие учителя, но сейчас лишь он остался и скоро уйдет… а, пока, своею смертью хочет показать пример людям. Может, он чувствует, что я рядом. Да это и неважно. Я всё понял, дед, и буду помнить твою учёбу. Но сейчас не учёба, а жизнь, вернее её окончание...
Искра, как навалилось на неё после гибели Зимы, так и не отпускает. Она - уже в другом мире, можно ей лишь посочувствовать, но быть таким… нет, не хочу и не буду. Но она - баба, ей простительно. Хотя и среди них есть много достойных и крепких духом.
Подожгли...
Дед начал славить вслух Перуна и его приверженцев, наследников славных дел предков. Кого ещё мог славить воин–варяг? Христа, от имени которого казнят деда? Может, это - наказание за то, что он не пришел к вере в Иисуса, а может, это – во искупление грехов. То, что дед раскаялся в них это - точно, ибо тяготился своей разбойной жизнью. Главное, чтобы он ушёл в мир иной, раскаявшимся разбойником.
Бабы в толпе заголосили, причитая, мужики угрожающе загудели. Стражники, окриками и зуботычинами старались удерживать толпу - с трудом, но им это - удалось. Повезло, а ведь могли толкнуть самих в огонь. Пусть Перун опалит своею властью.
Волку так хотелось крикнуть деду что–то ободряющее и поддерживающие, но что его слова в такой миг, как он такая букашка может укрепить глыбу. Он не может даже дать слабую тень величая духа. Да и в толпе были явные доглядчики, готовые шепнуть стражи пару слов и всё… не миновать тогда ямы и строгого спроса. В таком случае придется распрощаться со всем тем, о чём он мечтает и о чём просил его Боримир. Слава Богу, здравомыслие и обещание, данное деду, удержали его от опрометчивого шага.
Хотел он крикнуть по-нурмански, но смог остановить себя и от этого поступка. Дед мог и не услышать, а вот рядом стоящие… Даже, если бы не поняли, это, может, вызвало бы даже большее подозрение. Чтобы сдержать голос, он поднёс рукавицу к лицу, закрывшись и для верности прикусив большой палец. Мысленно он прощался с большой частью своей жизни, связанной с этим великим, могучим и любящим его стариком.
Волк, сдерживая себя, ревел. Глубинный вой по капли покидал его ещё детскую душу. Не скрываясь лились только слёзы, лишь они несли хоть какое-то облегчение и спасение. Грудь сдавило обручом , горло перехватило . Давно он не плакал, много их накопилось и сейчас они омывали сжавшееся от горя сердце. Взор его был прикован к происходящему, но всё было размыто и нечетко. Серое пятно толпы, колышущее пламя костра, белый дым, седая голова Боримира и его громовой голос над всем этим. Сам - как Перун-громовержец.
Полыхал огонь... Дико кричала Искра. Прощай, с тобой мы больше не увидимся. Твоя доля вины в произошедшем есть. Сколько раз дед тебе говорил, чтобы ты была осторожна в своей ворожбе и в городе не делала такое, а лишь где-то в пути, вдали от чужих глаз. Но, видимо, гибель Зимы тебя так подкосила, да и дед снисходительно, в тот момент, отнёсся. Вот и подвела ты… так что - прощай… не хочу видеть тебя… там.
[i]А вот с дедом я не прощаюсь. Мы встретимся обязательно! Что такое несколько десятков лет, по сравнению с Вечностью. А может Бог и раньше меня призовёт к Себе… Эх, о чём это я. Верю и знаю, что Боримир и оттуда будет меня вести и подсказывать, как отец и мама. Мама, мамочка, не оставляй меня, тяжко мне без тебя, пожалей и упокой. Приди ко мне нынче во сне, положи руку на голову, поцелуй мои кудряшки, ведь они - как твои Ох, мама, тяжко мне, опять я остался один в этом мире, где смерть стоит за плечом, а вот любовь… надо искать если есть...

Народ, в мрачном молчании, стал расходиться. Надо купить ларец какой или кувшин, собрать дедовский прах. Ещё надо взять себе еды в дорогу. Как не тяжело, а надо уходить... отсюда. Не дай Бог, кто–ни будь узнает, беды не оберешься. Хотя, выступал-то в этом дурацком колпаке, да с накрашенными щеками, а часто вообще в личине. Но, все равно, не будем проверять чужое внимание и память.
Сходил на торг, купил что надо. Собрал на пепелище в горшок дедов прах, чтобы отдать Голубе, единственной сестре. У воротной коновязи забрал Змея, попрощался со стражем. Услышал от него добрые пожелания. Странно, но к нему не испытывал ненависти, хотя он и участвовал в поимке деда...




Сообщение отредактировал ARKAN - Вторник, 18.10.2016, 14:21
Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:20 | Сообщение # 97
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
ГЛАВА 2

На первой дорожной развилке повернул опять на Слуцк, чтобы взять виру с Некраса. Уже должен был собрать к этому сроку, по взаимному договору с Боримиром. Прах которого я сейчас везу в суме. Надо будет подумать как это лучше сделать.
Как хорошо что люди остались позади, в своём опасном городе. Из своего небольшого жизненного опыта, Волк знал, что там - больше всего собирается злодеев и недобрых людей. Они там, по всяким темным закоулкам, замышляют и готовят свои делишки. После которых приходит смерть, собирать свой урожай, странствуя по городам и на путях между ними. Волк сам был невольным свидетелем некоторых таких решений, ведь не могли они его всё время куда-то отсылать. Большинство неприятностей с их ватажкой происходило в городах. Также и с его семьёй, в Киеве зародилась татьбы с убийством, в результате которого он лишился родных и близких, став никому не нужным сиротой. Если бы не Боримир, то он бы, наверно, пропал в этом мире. Мальчик девяти лет – слаб и с трудом может постоять за себя в мире взрослых. Его легко убить, пленить, продать, да мало ли что… Но дед, выслушав его, принял на себя дела Волка, как своего родного внука и помог всем чем мог.
Дед, дед.. как же это случилось в Турове? Видать, ты не отошёл от стольких потерь за один раз. Оставил людей без догляда, вот они и стали решать самочинно. Он бы никогда не позволил напасть на священника. Он их многих не любил, но и знал, что есть среди них- хорошие люди и те, чьи молитвы слышны Богу, те, которым даётся дар чудотворения. Которые ведут праведный образ жизни. Среди волхвов и жрецов тоже есть достойные люди, но они чаще призывают к каким-то злым делам и жертвам, часто кровавым… для себя. А Христос, единственный, который сам послужил жертвой для людей. Правда, многие люди и тут пошли по привычному пути, нет что бы себя, по примеру своего нового Бога, принести в жертву, так они всё норовят других толкнуть вперед себя… на костер и крест…

Так, Змей, стоять. Тот страж говорил, что один схваченный оставлен живым, потому что согласился показать, где обитают злодеи и находятся их капища… Сам он - злодей и паскудник... Кто же это, интересно? Почти уверен, что это - Заяц. Уж больно напоминает все его мерзкую манеру изворачиваться и уводить от явной угрозы его тщедушному телу и такой же никчемной душе. Да, мужик мелковат и трусоват, но и умен, здесь ничего не скажешь. Есть чему поучится. Но, какой-то он весь скользкий, как гад ползучий. Так привык врать и хитрить, что часто продолжал это делать и среди своих, ватажников. Забывался. Его стыдили и приводили в разум доброй затрещиной. Но, крепко не били, так как был очень полезен для всех как раз своей изворотливостью и пронырливостью. Так украсть калиту или что другое мог лишь он один. Ёрш - тот попроще. А Заяц мог разговорить, выведать что-нибудь у человека, а если подвыпившего, так тут вообще, душу мог вывернуть. Ну, и плюнуть, потом, или посмеяться. Промашек допускал мало. Если видел что человек не настроен поведать то, что от него ждут, оставлял его и ожидал удобного случая, а потом наносил точный, выверенный удар. Когда напивался среди своих, то говорил, что «тоже – воин, но его войну не видно, она происходит в голове. А вот результатом этой невидимой войны пользуются все и эти заносчивые и гордые ратники» . В такие моменты настоящие воины давали ему самые крепкие затрещины. От того, что чувствовали неловкость от его довольно правдивых слов. Сами-то они могли показать боевые навыки лишь в каких-либо сшибках в городских трущобах, да на лесных засадах, но этого было не так много. После таких побед они приободрялись и, в свою очередь, подшучивали уже над Зайцем.
При таких рассказах на него было даже жалко смотреть. Он затихал и уходил в сторону. Близкая опасность, даже прошедшая, его, по-настоящему, пугала. В это время он становился самим собой или близко к себе настоящему и тогда с ним можно было искренне поговорить. Он сожалел, что боги не дали ему храброе сердце и крепкое тело. Чтобы выжить среди этих, любящих похвастать своею удалью, всяких воинов и лихих людей, ему и приходится, всю его жизнь петлять, как заяц. Родители, видимо, не зря его так назвали, ибо: и родился он маленький как зайчонок, раньше срока , да и последыш. Кстати, его и крестили, как же его звать-величать… о, Павел. Церковную службу знал, алтарничал в детстве. Там-то в первый раз и был искушен нечистым. Через некоторое время вскрылись его слабости к блестящим и ярким вещам. Был выгнан взашей. Ну, и пошел по свету мыкаться. Без родителей, которые к тому времени умерли, не нашлось место ему и среди родни… Интересно он оправдывал свой грех. Господь, мол, посылает ему искушения, а он, по своей слабости духовной, ну и телесной, не справляется с этим испытанием, зато, через это смиряется и кается. Правда, на исповеди его никогда не видел, а вот в храме он высматривал свои жертвы. Ну, и потом уже, охотился на них. А в отношении храма и священников он дал зарок: ничего от них не брать татьбой. Так что, в нападении на попа не должен бы участвовать. Ну, или стоял в стороне, или вообще сбежал, чтобы не нарушать зарок. Он часто говаривал, особенно в подпитии, что Бог его терпит, пока не нарушен обет. А покаяться он ещё - успеет. Стало быть, решил, таким образом, оправдаться перед Господом в порушении языческих мест.
- Ну что, мой хороший, поел? Вкусный овёс был? Один ты у меня остался, Змеюшка. Ну, походи, походи, отдохни немного. А мне надо решить: куда ехать. К Некрасу, взять у него дедову виру, а потом к Голубе или же к ней, а потом к этому… мерзляку. Вдруг, Заяц повёл попов к тем местам, у Куньего городища. Направление-то, вроде бы и другое, но он или попы могли схитрить, это они могут, запросто. Отошли от города и да и направились совсем в другую сторону. Что Заяц знает? Кунье - не должен знать. Боримир со мной одним только туда ходил. Никто в ватаге не знал, что у их вожака есть здесь сестра, племянники. Дед им помогал и серебром и рухлядью. Особо после того, как её мужа, Борща, задрал медведь в прошлом году. Младший сын - Белян чудом спасся. Прибежал, рассказал, а потом место показал. Сразу-то не удалось споймать. Потом уже. после, один охотник привёз тушу этого людоеда. Белян тоже хочет стать охотником, а вот его старшие братья, Станимир и Разумник, больше тянутся к хозяйству и ремеслу. И не удивительно, к семейному возрасту подобрались. Погодки: 16 и 15 лет. Крепкое хозяйство у Борща осталось: три сына-помощника, у мамки свои имелись пособники, сеструшки – хохотушки, Милава и Ладислава, 10 и 8 лет. Ну и баловницы, а дед ради них как уж старался… Сколько его Борщ с Голубой не просили... Он, только, отшучивался. "Что, завидно? Так я, вроде, и вас одарил". Они смущались и замолкали … до следующего приезда. Волк подружился с Беляном, так - ровесники. Волк видел себя только воином, другим он и не мог быть. К этому его обязывали предки и обстоятельства. Белян хотел стать охотником и с этого жить. Борщ же охотился больше для удовольствия, чтобы не забыть былую удаль, через которую можно показаться людям. Облавную охоту, не пропускал, как же без него, это понятно, но сам - только зимой. Последние годы, кажется, только под уговоры и нытьё Беляна.
Боримир старался приехать в то время, когда семье сродников и их хозяйству больше всего нужны были его рабочие руки. Скучал он по простой мужичьей работе. Смотря на не вспаханное или не скошенное поле, он напоминал лихого забияку-рубаку, всем своим видом говоря: "а вот мы посмотрим, каким ты сейчас станешь, после того как узнаешь мою руку и мастерство!" И как в важную битву, кидался в самую гущу труда. Борщ и Голуба радовались и, одновременно стеснялись, таких моментов. Были несказанно рады за нежданного помощника и, что хоть таким, не совсем для них привычным способом, могут доставить удовольствие своему редкому и столь щедрому гостю. Сам гость, вдоволь натрудившись, вечером, сидя с сестрой и зятем, мечтал как осядет на землю где-нибудь неподалёку, заведёт свое хозяйство, поможет и направит Волка… А, может, Доля с Недолей поспособствуют, да пошлют ему какую-нибудь вдовушку, пригожую и заботливую, ну и будет тогда, под старость, у него своя семья.
Неловко же им было, по причине щедрого изобилия гостинцев и подарков, каждый его приезд - словно с ярмарки возвращался. Меня, хоть, тоже привлекали к сельскому труду, но, видя наш с Беляном малый к тому интерес, отправляли на охоту. Там-то мы и сдружились. Видел рядом с городищем капище…
Всё, решено: еду в Кунье, предупрежу родных их односельчан об этом деле. Там, в Куньем... Прах отдам… Пусть они выставят свои дозоры, что ли... и будут готовы скрыться в дальних непроходимых для чужого болотах. Вот же… сейчас, зимой, это - не получится, следы приведут… хотя у лесных жителей есть, и наверняка, хитрые способы сокрыть себя. Что-нибудь придумают, главное - предупредить, а там уж как Бог даст, вернее, для них если бы Он их не заметил и… ничего не дал.
Ну и ситуация, нарочно не придумаешь: христианин спешит предупредить и спасти язычников. Кто-то удивится, кто-то посмеётся, а кто-то грустно вздохнёт. Дед бы - понял, он ценил, понимал и прощал людей в их верованиях. Повидал он разные племена–народы у ромеев, с их взглядами и чуждыми богами. Свой, родной, иногда такую подлость сотворит, что только диву даёшься, а чужой и непонятный – выручит там, где и не надеялся ни на что. И не важно, кому они там требы кладут и жертвы дают. Если человек – мразь и сердце у него черно, то и молитвы у него мерзкие и тёмные. Правда, добавлял, что такие люди часто сами себя мучают, едят себя поедом и так себе надоедают, что накладывают на себя руки, а самые злобные вперед себя пытаются других пропустить в пекельное царство. Мол, пусть там посмотрят, да узнают, что - почём. Но, даже, и у таких есть надежда… кто посильнее духом – тот может подняться, исправиться и стать примером для других, а если христианин, то, вообще, может стать их святым. Дед, в своей жизни, встречал всяких людей. Терпимости к другим богам он научился в варяжской дружине, которая знатно погуляла и по княжествам и степям. Но больше всего серебра да золота добыл он на службе у Иоанна, ромейского василевса…
В те времена они и встретились с моим родным дедом - Ингольвом. Боримир был простой ратник, а дед возглавлял отряд варангов, но и не мудрено - когда-то водил не один драккар. Как-то так получилось, что они заметили друг друга и понравились в боях и на пирушках. Если бы они тогда знали, что произнося обоюдные здравицы, через много лет Боримир не только даст здоровье и удачу его внуку, Волку, но и сохранит саму его жизнь. Внук связал друг-другу неродных людей. Неродной Боримир… да, его крови нет во мне, но дух и воспитание живет… и будет Жить! Он опекал меня все эти годы, подготовил и подарил такое будущее, что не всякая родня сделает…
Так что, у меня нет святее долга, на настоящее время, чем помочь его сестре с детьми. Я - воин, сын и внук воинов. И это - мое решение. И вообще, сколько мне отмерит Бог, столько и буду заботиться о них, как о своих кровных родных. Да они и так все, кроме Голубы, думают, что я - их братан, сын их старшего дяди Тихомира. Что вся семья моя умерла от мора… Они, даже, не знают, что я крещён… Так решил дед и поведал лишь сестре. Для всех в Куньем я был – братанич Боримира и все. Его решение , ему виднее. Тихомир, Радигост, Боримир и Голуба жили с родителями на порубежье киевской земли. Голуба вышла замуж за Борща и переехала к мужу, в Кунье. Двое старших обрабатывали землю предков, а младшенький, прах которого сейчас везу в горшке, захотел воинской славы. Он её нашёл, а вот семейного счастья не приобрёл как-то. Не заладилось… вот, я и стал, тем, на кого он излил всю свою нерастраченную любовь и заботу. Родня, семья сестрицы, была не всегда рядом, а я, вот - пожалуйте, растите как хотите, всегда под рукой. Ватажка как-то вслед за дедом, стала меня учить тому, чему сами умели. Даже Искра пыталась заменить мне утерянных женщин… Научила вязать на спицах носки там, и другое. Я ещё от отца знал, что такой навык у многих северных мужчин. Но как-то дома не сложилось, время было занято другим. А здесь Искра, узнав об этом, с удовольствием решила помочь. Кормилица, конечно, из неё неважная, но она - старалась… Боримир учил сражаться разными способами, ему в этом помогали Дубыня, который на торгу боролся с медведем и делал всё, что связанно с силой. Зима, Щука и Храбр знали много воинских хитростей и уловок, где нужна больше сноровка, чем сила. Что мне, как раз, и нужно, так как силу настоящую мне еще копить и копить. Ерш, Заяц и Веселин научили не менее важному. Ерш был также крещен под именем Дий. Собственно эти трое-то и были настоящими скоморохами, ну и лихими людьми… пришлось стать... Когда-то их ватага не поделила что-то с другой, такой же. И одной ночью напали на них… Эти трое выжили – сумели сбежать. Вскоре, встретили деда с его ребятами. Тут уж Заяц с Ершом расстарались, наизнанку вывернулись да и уговорили его создать свою ватажку. Эти двое, вообще, были дополнением друг друга, как две руки или две ноги. Если они брались за дело вместе, то трудно было кому-то устоять. Ерш был намного суровей Зайца. Он научил меня быть наблюдательным за людьми, обстановкой, окружением, замечать все мелочи, читать движения и угадывать желания будущей жертвы. Выдержка и терпение мое при этом –тоже от его наставлений. Хитрых замков для него не было. Не существовало. Он говорил, что когда-то люди были безмолвны и они общались как животные, жестами и движениями тела. Обмануть, при этом, такого же , было очень трудно, почти невозможно. Светлые боги радовались, глядя на такие отношения людей. Но и у них самих было не очень мирно, вечные ссоры-которы с Чернобогом и его злыднями. Что ж поделаешь, если есть Свет, то есть и Тьма. Есть - жизнь и есть - Смерть, и от этой борьбы никуда не уйти. Так вот, стали злыдни обихаживать людей на дела погибельные. А они – как дети, всему верят, так как хитростей не могут распознать. И решили светлые боги помочь людям, чтоб те совсем не пропали. И отворили уста людские и дали им дар речи и научили бессловесных, как им говорить, заговорами, отворотами оградиться от этой нечисти. Но, память тела никуда не пропала, а глаза ложным туманом очень трудно закрыть и долго продержаться, не выдавая себя , настоящими намерениями . Не зря всякие вещуны и волхвы пытаются в глаза смотреть и взгляд поймать, дабы тем самым - власть взять. Ибо, через них, глаза человека, можно в такие глубины заглянуть и в такие выси воспарить, что и не сразу узнаешь... Они - как колодцы с родником живой воды или с мертвой, это уж у кого какой источник и как он за ним блюдёт. Недаром, из колодца даже днем видно звёздное небо. Так что, без лишней нужды или когда есть опасность нельзя позволять другим заглядывать в свои глаза, а вот в другие незнакомые, наоборот, надо пытаться заглянуть и понять его нутро. Этим и себя сохранишь, и от беды, тем самым, убережёшься.
Вот так Ёрш смотрел на людей и на мир, правильно или нет, не знаю, а может я чего-то важного и не понял. Но то, что он мог поведать об увиденном человеке почти сразу, в этом я убедился и не раз. Если бы, он захотел, то мог выдавать себя и за ведуна и зарабатывать немало без всякого кривляния скоморошьего. Но говорил… "ему и так хватает грехов, чтобы добавлять ещё, такой серьёзный, как гадание". Вон, библейский царь Саул был выбран Самим Богом и помазан на царство, а не удержался на такой высоте, решил через вещунью заглянуть подальше… и пал в глубины адские… Нет уж, я как-нибудь обойдусь… зачем других в грех вводить, за свои бы ответить… Умный и интересный человек, а попался или поддался как глупец… что же у них там всё же произошло в Турове? Удача ли разом кончилась или перенял кто, а может чаша Божьего долготерпения переполнилась и испили они горечь её, отравленную своими грехами. Сладка лишь причастная чаша, где Сам Господь очищает чужие грехи… искупление грехов. Бог долготерпелив, но если решил наказать, то гнев Его неотвратим. Мало кто из людей смог умолить Его у последней черты. А таких чтут на церковных службах. То, что дед Боримир раскаялся, это точно, ибо тяготился он давно уже своей разбойной жизнью. Главное, чтобы он ушёл в мир иной, не грешником, но раскаявшимся разбойником. Верю в это! Ибо не может быть по-другому. Хочу верить…
Ох, и давненько я не исповедовался и не причащался. Сейчас вот, даже, и не знаю, когда это у меня получиться, но, при первой возможности - обязательно пойду. Попы, которые меня учили в Новгороде и Киеве, говорили, что любое дело надо начинать с призывом имени Божия . Матушка моя, вечная ей память, также им вторила и наставляла меня, что хоть кратенько, но перед любым делом зови на подмогу своего ангела, тогда, глядишь, и сладится всё. Даже присказку ее из раннего моего детства, как молитву помню: "Ангел мой - пойдем со мной! Ты - вперед, я - за тобой!"... Э-эх, мама-мамочка, а ведь не сладилось у тебя что-то, как ты не молилась, а приключилась беда нежданная, да какая.... А может, ты меня отмолила и сейчас не забыла? Говорят: "молитва Матери и со дна моря достанет", а где оно, это море, буду ли я когда-нибудь водить свои лодьи или драккары. Бог даст, буду, а нет - так сгину в этих гиблых лесах. Надо быстрее закончить с этим Некрасом, съездить в Кунье, обговорить все и решить. Потом двигаться в сторону Новгорода и оттуда уже, из города торговцев и корабелов, начинать мою новую жизнь. Вот там и пойду в храм и там всё сделаю, надо обязательно пожертвовать что-то дорогое и заказать молебен о благополучие во всех начинаниях. Точно, так будет и правильно и достойно. Ну, вот, и на душе моей, даже полегчало немного , повеселил душу мечтами…

Веселин, вот кто в ватаге был только скоморохом, уж сколько песен, шуток-прибауток и историй он знал, что диву даёшься, как он всё запоминал и к месту вставлял. Он, тоже, приложил свои усилия в моем обучении и воспитании, но, видно, не очень я его слушал. Хотя саги не слагаю, но сочинить - могу. Говорил он мне так: "воин должен уметь красиво рассказать о своих приключениях и подвигах". Да и всяким начальным людям нельзя без ободряющего слова. Угрюмый и нелюдимый может так и остаться без людей. А ватаги да дружины из желающих там быть состоят. Одним страхом да почтением только часть людей привлечёшь и удержишь. У каждого человека свой норов. Приноровиться ко всем и по своему, это задачка ещё та. Старание угодить это совсем другое и лежит на другом берегу.
Уже сгущаются сумерки, хорошо бы встретить жильё и попроситься на ночлег. Лесная дорога, хоть и была не столь занесена, но видимость уже снижалась. Приходилось повнимательней смотреть на растущие деревья на обочине. По центру дороги было все-таки меньше снега, Змею доходило чуть выше бабок. Стоило ему сместиться чуть в сторону и, уже, доставало до голени и выше. Как эта поездка отличается от утренней. Прямо, как люди говорят, отличается словно день и ночь. Так оно и выходит. Надвигающаяся ночь и возможность ночёвки в лесу, ухудшают настроение. Тяжесть увиденного и пережитого усугубляет мрачность окружающего. А как было хорошо на заре зарождающегося дня. Он тогда почти летел, в предвкушении встречи с дедом. Встретился… И всё. Рассеялось, как дым, Дед ушёл на небо, в райские чертоги или ещё куда … "Смерти нет!" - говорил он. "Есть переход в другой мир. Смерть - это только временное расставание с оставшимися на земле. Это она для них звучит страшно, а для тех кто уже ТАМ , просто слово , с помощью которого они очутились в Новом месте . Им даже некогда жалеть , надо привыкать к новому миру и состоянию . Но если есть сильные чувства между оставшимися на земле и ушедшими , то можно достучаться до небес. Только это должна быть спокойная молитва к высшим силам. Спокойная, это значит уверенная, что тебя слышат и могут помочь. Что это обращение - действительно принесёт пользу для кого-то из вопрошающих. Никакие истерики не допустимы и вредны. В отчаяннее люди не ведают, что творят, порой, и чего просят. Слабость допустима, но небольшая, а уныние - это грех". Когда я первый раз услышал от деда такие рассуждения, то спросил его, не тайный ли он христианин. Он посмеялся и сказал, что понимает их и сочувствует. Сам он едва не крестился и где, в самой Святой Земле …
В то время он служил наёмником у ромейского императора. В одном из сражений досталось ему крепко по щиту. Рана-то была небольшой, а вот ушиб… болезненный.Уж больно сильный супостат попался … Очень. Рука болела и слабела, чаще висела, как плеть и начала было сохнуть. Если что-то надо было сделать ею, то приходилось прикладывать большие усилия, а потом долго отдыхать. Всякие лекари и целители ничего не могли сделать. Он уже подумывал вернуть домой…В их этерии было много англов и саксов, которые не захотели подчиняться Вильгельму Нормандскому и кланяться римскому папе. Так вот, один из них и предложил тогда недужному воину посетить Святую Землю.
В те годы крестоносцы освободили часть этих земедь из-под власти неверных и, даже, Иерусалим у них отбили! Вот этот англосакс и предложил пожертвовать, что-то на какой-либо монастырь в тех землях и попросить монахов молится за свое исцеление. Дед-то в храме Святой Софии был, приходилось, так что зайти в другой храм – тоже не боялся. С одним из отрядов крестоносцев, которые проходили через Константинополь, дед и пошел за своим исцелением. Со службы его, ради такого дела, отпустили и, даже, порадовались-понадеялись: может там окреститься...
У крестоносцев тогда Боримир увидел белые накидки с крестами, которые спасали от палящего солнца и символизировали чистоту их намерений и веры. Дед усмехался, вспоминая, в какой грязи и крови они это пытались подтвердить. Но пользу от увиденного уже применил у себя на родине, когда устраивал засады в зимнем лесу. Такая накидка иногда скрывала и круп лошади.
Так вот, дошел он до какого-то там монастыря, лежащего на пути следования в Иерусалим, а там ему и говорят: "Надо крестится!" Дед-то не хочет, сопротивляется, говорит: "молитесь так, за пожертвование". Они: "самая большая жертва - отдать сердце Богу и довериться Ему!"
Дед все отнекивается: "я сейчас не готов к такой жертве, вот, возьмите золото". Те – не берут. Он вопрошает:"Так что мне делать с моей рукой?" Все же какой-то монах над ним сжалился и посоветовал обратиться к одному отшельнику, живущему в пещере ,недалеко от того монастыря. Проводили его туда, посмотрел дед: "ну как тут можно жить?". Монашек был сухеньким старичком, который в тех горах, смирялся и угнетал свою плоть, вериги носил... Поговорили-поладили они и старик согласился поселить его в соседней пещере. Питаться, сказал, придется лишь хлебом и водой, за которой надо было ходить каждый день, пару верст, да по горным тропкам, да все больше в гору... Источник там был, святой. Монах тогда сказал: "будешь утром подниматься к роднику, омывать руку, заполнять бурдюк и больной рукой нести его назад, к пещерам". И еще: во время омовения и всего пути необходимо было постоянно говорить "Господи, помилуй!" Вот так дед и проходил 40 дней... А потом – пришло к нему исцеление. Весь этот период они иногда общались с монахом Фомой, много нового и интересного узнал от него Боримир. Тот, хоть и отшельник был, но обет молчания не давал... Много знал, многое объяснить мог. Стал Боримир по-другому смотреть на многие вещи. Все золото, что у него при себе было, он оставил в том монастыре и обещал дать то же и в Киеве, по возвращению на родину. Фома тот предрек ему, что тот не окрестится, разве что перед самой смертью - обретет Бога.
Может так все и произошло. Дед взошел на очищающий костер для страдания и во искупления грехов. Может это - его крест...
Мне, Боримир, объяснил свое нежелание крестится так, на военный лад: "Дал ты, к примеру, слово, служить какому-то господину, когда тот был в силе и в удаче. Но, через некоторый срок, что-то пошло не так и ослабел твой хозяин, и покинула его удача. А, вместе с ней, многие отвернулись от него, а то и повернули против него". Он же, Боромир, так не может. Верность слову и долгу, вот его путь и стезя. И ему, поэтому, стыдно отворачиваться и плевать в свое прошлое. Тем более, что в этом прошлом - все его предки ...
Там в горах, общаясь с отшельником-монахом Фомой, он понял, что Христос – Глава Всему. Он победил мир со всеми его богами , но, просто так, выбросить все прошлое не мог... И еще: если бы было множество таких монахов, то, может быть, тогда ...


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:22 | Сообщение # 98
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Сам-то Фома просил помнить лишь о двух вещах: не сильно кланяться идолам и не мешать делам Божьим, что в Боримире я и видел.
Так, кажется Змей мой пошел, отчего-то, веселей, я же его и не подгонял. Может волки где поблизости рыщут... Братья мои серые, вы уж оставайтесь, пока, в своих владениях... Нет, он ускорился не от страха, а именно в предчувствии чего-то хорошего. Никак, жилье где-то рядом теплое почуял. Ну-ка, надо попробовать рассмотреть дорогу, может и увижу какие следы.. По хмурому небу беспокойно плывут рваные облака. Сейчас, только, дождусь луны и осмотрю путь. Ну вот, и она появилась - светило ночи. Точно, есть свежие следы копыт и полозьев! Теперь лучше дать идти выбирать дорогу самому Змею. Он, даже, раньше меня почуял близость жилья или ... навоза? Только бы пустили нас переночевать-погреться, еды-то у меня своей, пока, хватает. А, вот, и я учуял печной дух, немного, но - точно, кажись, в той стороне, вот и проем дороги, туда. Как удачно повернул и луна сразу осветила высокий деревянный тын... Cлава Богу, и тем, кто молится за меня!
- Э-эй, хозяева, люди добрые, пустите путника – громко заголосил я, стуча по крепким воротам. Собаки залились истерическим, жаждущим жертвы, лаем. Судя по голосам, псы были крепкие, внушительных размеров. Чтобы слышнее были мои просьбы, встал на седло и перед моим взором показался весь внутренний двор усадьбы, видимо огнищанина . Виднелись силуэты дома и хозяйственных построек. Владелец, явно, был мужик старательный и основательный. По двору свободно бегали две псины, под стать волкам. Дверь дома отворилась и на пороге возникла мужская фигура, держащая факел из намотанной на палку бересты, следом угадывались ещё два силуэта, поменьше, и с каким-то дрекольем. Обладатель факела цыкнул на собак, те - уменьшили голос и частоту лая. Подбежали к крыльцу, виляя хвостами, всем своим видом показывая: мол, не серчай хозяин, нешто мы – пустобрехи какие-то? Вон, глянь-ка, не проспали мы татя, бдим! А сейчас, ты, хозяин, нам калитку-то отвори, так мы ещё и поймаем его, злыдня приблудного. Ух мы его.. Ибо, служить тебе, для нас – сплошное удовольствие. Хозяин же, словно князь с крыльца, строго так вопросил:
- Кого это там нелегкая к нам привела?
- Разве что путь иной - нелегок, а гость честной - всегда дорог. Гость - в дом, и Бог - в доме том! - отвечал я. Настала небольшая пауза. Уже, менее строгий голос мне сказал:
- Чё-то мне голос твой знаком? Где-то я недавно его слышал, что ль?
Я прислушался, тоже уловив знакомый говор и голос:
- Кажись, и я сегодня говорил с тобой. Не тот ли ты купец, который вез жену Глафиру с дочками на торг в Туров?
- Скажешь еще тоже, "купец". Вот ведь еще выдумал... Мы от сохи живём, но и в деньге трудовой понимаем немного. Ты ли это, молодой попутчик?
- Я, дядя, он самый...
- Ну, тогда поготь малехо.
- Как твои собачки, дядя, сытые или "что поймал, то и ам"?
- Да, что ты, что ты, паря, ведь "сколько псу не хватать, а сыту не бывать". Ничё, сейчас своих волкодавов уберу в сторону. Ждан, Неждан: приберите собак!
Сам же мужик пошел отворять ворота. Открыв створку, немного приостановился в проёме, как бы убеждаясь в том, что владелец голоса тот же и он - один. Пропустил вовнутрь двора и тут же задвинул засов. Подергал, убедившись, что хорошо запер и предложил пристроить коня. -
- Ты давай туда, сын покажет, а я пойду там, упрежу…
Подошел один из сынов, буркнув:
- Веди за мной, - завел Змея в хлев, там горела лучина над плошкой с водой.
- Вон, ставь туда, за жерди, будет рядом с нашей Пеструхой отдыхать. Твой-то смирный, ничё не будет? Не обидит кормилицу?
- Да нет, что ты. Ему бы пожевать да попить, не до буйства сейчас. Сегодня, почитай, весь день в пути.
Так, за разговорами, я снял со Змея сбрую, протёр пучком сена, а потом дерюгой, накинул попону, закрепил её. Парень, в это время, пристроил на загородках потник. Чепрак с волчьей головой задержался в его руках. Рассматривая морду, попробовал пальцем остроту клыков. Затем седло оставил в проходе, рядом пристроил мои дорожные сумы. Поставил кадь с овсом и пододвинул ближе ведро с водой. Я проверил рукой воду. Сойдёт, сейчас выпьет, не успеет застыть. Похлопав загривок верного друга и, почесав под скулой, ткнулся головой в морду Змея, сказал:
- Отдыхай, дружок, завтра нам опять в путь.
Парень зябко передёрнув плечами, с нетерпением сказал:
- Пойдём что ли, матушка наша уж на стол накрыла, перекусишь с дороги.
Немного с осторожной усмешкой, спросил :
- Серого, ты добыл?
- Я, но не один. Их стая, ну и нас - тоже.
Во дворе, около какого-то сарая, стоял другой сын хозяина. Видимо, ждал, чтобы опять выпустить собак. Увидев нас недовольно пробурчал:
- Долго вы там, чего-то... Холодно же…
- Все. Идём уж, - так же, недовольно ответил мой помощник. Зайдя в дом, я перекрестился на красный угол. Мужик с женой и сыновьями - тоже. Из-за занавески, на полатях около печи выглядывали три детские головки. Горницы была просторна, освещалась несколькими светцами с лучинами. На кровельных балках сушилась рыболовная сеть и какие-то дерюги. У стола стояли широкие лавки. Хозяин дома кхекнул и, указав на стол со снедью, предложил:
- Откушай с дороги, парень, чем Бог послал. Мы-то уже вечеряли.
- Благодарствуйте, ответствовал я и вслух прочёл молитву перед трапезой. После хозяйского "Аминь", все перекрестились и присели на скамьи. Я ел, они – молча смотрели. Увидев, что я стал есть медленнее, после первого насыщения, мужик начал говорить:
- А ты что это, паря, опять в путь-дорогу снарядился?
- Да батюшке моему понадобилось передать бересту на Княжий погост, ну вот я и опять в дороге. Хорошо - вас встретил, а то в городе-то припозднился, ну и всё такое.
- Понятно. - ответил хозяин и продолжил, - А ты что ж, ушёл тогда от берега? - спросил он, метнув взгляд на печку.
– А вот ты о чем, я, дядя…
- Да, погодь ты. Как-то не хорошо без имён, а мы с тобой уже два раза встренулись за один день, а всё паря, да дядя.
- Хорошо хоть не дева, - пошутил я .
- А ты, паря, не промах и шустёр на язык. Тьфу ты, опять паря!
- Винюсь. Не ты первый, дядя.
Мы засмеялись, домашние сдержано улыбнулись. Только из-за завесы раздались тоненькое хихиканье. Я продолжил:
- Меня Волк зовут.
- Вот как, а я - Путислав, сыны вот - Ждан, да Неждан, а тех пострелят и не обязательно, не велика честь. Ну, а как там в Турове-то у тебя ?
- Ну а я, Путислав, как пошёл к той коновязи, по твоему совету, там встретил знакомого стражника. А он, оказалось, сам принимал участие в поимке тех людей. Он-то мне всё подробно и обсказал.
- Надо же, сам подсказал и сам же впросак попал. Я ж говорю, у меня рука легкая. Оглядел он своих и продолжил:
- Поп бы сказал - "указующая длань". Во! А я бы добавил, "нет пророка в своём отечестве". Указываю своим неслуха, а они через раз слухают и то, словно одолжения делают. Да ладно, не о том хотел… Эх, знал бы - проводил бы тебя, а лучше бы и возок свой там же, где ты коня, оставил. А то пришлось слушать неизвестно что, из третьих уст... Начал я, тогда было объяснятся со стражниками, ругаться с людьми, им, видите ли, возок мой пройти мешает. Когда уж я понял, что там будет, поехал на торг за покупками для …, ну я тебе уже говорил. Неча им, бабам на такие вещи смотреть. Но, тебя, видимо, Бог нам послал, перескажи, что там узнал от стражника.
Я и рассказал, что знал об этом событии, стараясь отстранится от вновь возникших перед глазами картин. Все слушали меня молча, особенно младшие, боясь, что об их присутствии вспомнят. Ну вот, повествование мое завершилось и я умолк. Немного помолчав отец семейства, изрёк:
- Правильно я тогда уехал, а то бы пришлось нам смотреть на это непотребство. Чё этим попам неймётся и сюда чё попёрли, рясоносцы..? Медом тут намазано, что ль? Раздеребят, ведь, как косолапый, всю борть, а нам потом - красней за них или чё еще, похуже. Живём, ведь давно уже, в мире со всеми, зачем кровь-то лить да сёла жечь? Лучше своим потом землю поливать, чем своею или вообще чужою кровью. Вон, Каин осквернил землицу братской кровью и проклят на веки вечные. Да и наши князья-то и то братской любовью не блещут, всё норовят уменьшить её. А каков урожай будет после кровушки? Глянь, когда-нибудь после убоя скота на то место, куда кровь пролилась, там же не растет ничего путёвого, одна ерунда сорная... Как в Библии говорится: "возопила кровь брата твоего от земли", кажись - так. А, князья-то, они все – шибко ученые, наверно, поболе маво знают Писание, в церкву кажну седмицу ходют, а уж в праздники и гостинцы людям раздают. Чай, Владыки в ихне терема, частенько заглядывают да наставляют, а толку … "Опосля праздника пошлём малу дружину к брату нашему, а то он зазнался и не шлёт нам подарки с почтением". Нарочито важным и не своим голосом, прогудел хозяин, продолжив:
- Тьфу, ироды, сердца маво на них не хватат … Да-а … ладно, расстроился я немного, ну и в сердцах, сам понимашь… Я, что хотел спросить-то, извиняюсь, твой батюшка по какой части?
- По гончарной он, - не моргнув глазом, сходу, солгал я.
- А-а, це - добре, це… хорошее ремесло, тоже кормит...А на Погост ты что, к самому боярину Федору? - с каким-то почтением в голосе спросил Путислав.
- Да нет, что ты, куда нам... - замахал я руками. – К писарю его, бересту, вот, передать, у них дела с отцом какие-то…
- Ну, тады, ясно, - успокоено сказал он.
- А, вот еще, ты, скажи-ка нам, Волк, продолжишь ли ты дело отца своего? - В его голосе слышалась надежда.
И он так многозначительно посмотрел на своих сыновей, которые беспокойно заёрзали на скамье и опустили головы.
- Извини, Путислав, но огорчаю я родителя, своим нежеланием укрепить дело семейное, начатое им. Меня больше влечёт ратное дело.
Гляжу, а парни-то хозяйские, услышав эти мои слова, оживленно зашевелились, запереглядывались, слегка улыбнулись и, с надеждой, глянули на меня, а потом на отца. От него не скрылись все эти переглядки .
- И ты, Волк, туда же... Хотя, видно, чувствуется в тебе жилка начального человека и не обязательно ратного. Вот у тебя я видел какую- никакую воинску справу, ты можешь пользоваться ею или так, для вида, таскаешь?
- Ну, что могу сказать, отец в этом хвалит, на охоту с собой берёт и охрану товара - доверяет.
- А мои-то, оболтусы, только то и знают, что драться меж собой, да с соседскими. Трудятся по хозяйству с ленцой.
- Тятя! - хором возопили близнецы. Им вторила мать: - Отец …, но Путислав их всех прервал:
- С ленью! - говорю. Всё норовят юшку пустить, а нет, чтобы потом землицу полить. Видимо, такие разговоры были часты в этом доме. Тем временем он продолжил обличать своих чад:
- А потом, "матушка, да-ай нам пирожков", прогнусавил рьяный отец, явно передразнивая сынов. А как сеять, так о другом думают. Всё норовят на муку перевести для пирогов. Мол, "больше мелешь, меньше сеешь, пирогам дорогу стелешь". Хорошо, старший мой, Молчан - надёжа и опора. Я его нынче-то по делам послал, к брату. Во, как тебя, твой. Эх, как бы бяда кака в дороге-то не стряслась... Но, навроде того, попы из Турова поехали в другу сторону. Хотя, леш...,тьфу, прости Господи, к ночи-то, а-а… кто их разберёт, куда они свернут-повернут. Помогай Бог, сыну моему Мо… Савватию и все перекрестились, я - тоже. Помолчали.
- А мы, значит, первый раз с этими, - кивнул он на сидящих близняшек, - поехали в Туров торговать. Думали, скоморохов еще послушать, посмотреть, хошь и неприлично, но забавно, а где ещё такое услышишь. Они, иногда, правду бают. А тут, такие страсти... Но, ничё, им-то,- кивок на Ждана с Нежданом, - даже больше понравилось. Так как люди знающие надоумили, присоветовали сходить на представления младшей стражи села Ратное. Есть тут у нас такое. Слыхал небось?
Я ответил, что не припоминаю. Тогда Путислав сказал, что это недалеко, летом – один день от Княжьего погоста, на развилке налево и до конца, не промахнёшься.
- А ты, Волк, сам, что в Турове, не видел разве их выступление?
- Нет, - честно признался я, - только слышал про него, - соврал я снова.
- Совсем загонял тебя батя твой, ну, ничё, надо родителю пособлять. Ну да, ладно, ты нам про тех… на костре, рассказал, а я тебе про этих, мальчишек.
- Каких это мальчишек? - удивился я.
- Так, про этих самых, что воинское учение на ярмарке всем показывали, они же, как и ты и мои, вот, примерно одних лет все. Так вот, там у них, в Ратном, воинское поселение. Давно уже. Сотня, кажется. Взрослые ратники своё умение передают младшим, учат, значит, смену и подмогу себе с малолетства. И, вот, эти-то мальцы и показывали народу Туровскому, чему уже научились.
- И что тут такого необычного? У каждого князя такие детские отроки есть.
–Ээ-э, нет! – оживленно замахал руками Путислав.- Дружинников-то и детских их я видел немало, хоть воинскому делу не обучен, но разницу увидел, сразу же. Эти, четверо мальчишек, так все интересно показывали, где смешно, а где и страшно. Музыка у них еще такая была, ...непривычная, но приятно слушать, ноги под нее сами в пляс шли.
- Так, а что они там делали такого особенного? - спросил я, честно, не понимая, что же так их удивило.
Братья, сверкая глазами, еле сдерживая себя, пытались бросить реплики. Чувствовалось, что они, окунувшись в воспоминания, вновь переживают увиденное там. И куда, только, делась их угрюмость? Отец, видя их нетерпение, сжалился.
- Ну, сынки, вижу, что хотите рассказать... Так ли?
- Можно, тятя? – почти хором воскликнули они.
Все улыбнулись на их скорый ответ, я - тоже. Путислав, в свою очередь, добавил:
- А мы посмотрим и послушаем, сможете ли вы так же складно говорить, как наш молодой гость, или только кулаками горазды махать. Мало того, что между собой дерутся из-за сущей ерунды...
- Так мы ж шутейно, батя...
- Цыц! Не перебивать отца! В округе нашей, тоже, успели уже ославить. Опять мне поп наш, отец Симон, жалился и наставлял о вразумлении сынов. Стыдно же, хоть в церкву не ходи, прости Господи. Вот ты, Волк, грамоту ведаешь ли?
- Ну, батя мой говорит, что уже сейчас могу быть младшим приказчиком.
- Во, слыхали, а вы все: "бе", да "ме". Да и счет у вас не очень. На торгу, давеча, чуть не обсчитали сами себя.. Помощнички!
- Отец?! - подала просящим голосом жена, - ведь сами то и заметили, да и повинились уже не раз..
Братья, разом поникли, почти уткнулись лбами в стол, как будто точно были готовы лишиться своих повинных голов. Путислав, видимо опамятав, что уже было не только вина, но и наказание за нее, сменил гнев на милость.
- А и то - верно. Их, нечистый, как раз, после того выступления и попутал. Тогда им было не до того, интересней друг–дружке увиденное рассказывать и показывать, чем следить за торгом.
Ладно ..., "расторговались" уже, - улыбнулся отец, - слава Богу. Тапереча, можете рассказывать, а мы все послушаем.
Братья переглянулись меж собой, приободрились и, по известной только им иерархии, начал вещать один из них. Они рассказывали, сменяя и дополняя один другого. Да, представление то действительно было интересным и необычным. А я ловил себя на мысли, что где-то уже слышал о похожем. Ну, конечно, примерно также делают в ромейском циркусе. Мне же рассказывали об этом отец и монах Василий. Они-то это видели там, а Василий так и вообще, много раз. Ну, тогда он еще не был монахом, а был богатым баловнем судьбы ... Отец говорил о циркусе, конечно, спокойно, но, тоже, с удовольствием. Обещал, как-нибудь взять меня с собой и показать многие диковины в Константинополе. Братья закончили свой рассказ .
- Да, действительно интересно, жаль, что я не смог увидеть. А вы, ребята, хорошо рассказывали.
Братья расплылись в улыбке и, почти сразу же засмущались, видимо, похвала была для них в диковинку. Я решил укрепить их в этом чувстве.
- Вот вы, Ждан -Неждан, так подробно все обсказали. Верно все хорошо запомнили?
- Да!- уверенно ответили братья, - а что?
- Вам бы хотелось бы также суметь?
- Ага! - глуповато улыбаясь, с надеждой на неизвестно что, ответили они.
- Ну и вы научитесь, хоть части того, что увидели!
- А-аа,- разочарованно протянули близнецы. - Да у нас самострелов-то таких нет, - нашелся один.
- И такого кнута с кинжалами, - добавил другой, глянув на отца.
Отец их решил прояснить ситуацию.
- Да они все уши уже мне прожужжали, оводы: "Отдай ты нас в воинское обучение, да отдай".
- Я, им в ответ твержу: "а кто работать будет?", а они: "холопы!". "Какие холопы", говорю. А они: "так мы полон возьмем". Возьмут они, ага, как бы самих их, непутевых, не полонили, ишь "вой-яки".
Братья опять стали клонить головы к столу. Путислав же продолжил обличать и приводить в разум:
- Вам еще расти и расти, учится грамоте, да и воинскому делу тоже надо учится, а им - сразу добычу подавай! Те-то мальчишки, чай, не только придумывали и воображали, но и многому учились ...и по хозяйству помогали... А ихний старший, вообще ведет речь как муж смысленный, хоть годами с вами схож. Как, бишь, имя-то его, запамятовал?
- Михаил - пробубнил один из братьев.
Ну, вот, опять отца напомнили, подумал я.
- А вот вы бы смогли так говорить при всем честном народе, а? Да не отвечайте, и так знаю.. Я бы не смог, а где уж вам! К этому делу нужно тоже умение и навык. У начальных людей оно имеется, им без этого нельзя. Вот и у тебя, Волк, тоже видно, что есть задатки..
- Ну, так, меня жизнь заставила... и батюшка, - изрек я.
- Во, слыхали, родитель порадел! А вы думаете, поди, я, только, один заставляю, да супротив шерсти и характера, а другие значится .. своих неслухов по головке гладят. Одни вы такие, бедные и несчастные.
Путислав замолчал, вздохнул и продолжил:
– В воинское учение не отдам, дома учитесь, покажете что-то похожее и толковое, тогда и будем думать. Ибо, слыхал, что это учение, тоже, не бесплатное. Так что, надо ли и осилим ли.... Ну, а таперича: пора спать. И так засиделись дольше обычного. Хорошо, делов не так много. Ты, Волк, ступай, вон - клеть там, где прилечь есть, мать посвети гостю.
Глафира, взяв глинянную плошку жирового светильника, подвела меня висевшей в проёме клети. Откинув её что-то забрала изнутри и кивком головы пригласила зайти. Поставив светильник на какой-то ларь, предложила располагаться.
Что ж, клеть неплохая, можно свободно вытянутся, какие-то старые тулупы и шкуры давали надежду на удобный сон. Все, можно потушить жировик. Ох, как хорошо, потянуться до хруста, побыть в покое после такого тяжелого дня, полного впечатлений, встреч и расставаний... Когда в детстве лежал так в постели и мама будила, а мне сонному так не хотелось вставать.... Я спрашивал: "почему так приятно потягиваться?" Мама отвечала: "это потому, что ты – растешь и тело радуется этому росту". Подумав, я продолжал: "а почему взрослые также довольны, но они же уже не растут? "Молодец ты у меня, сыночек", - хвалила она, - "наблюдательный, всегда будь таким. Многое можно узнать просто смотря на что-либо и думая об увиденном , а лишь потом спрашивая. Если сразу спрашивать, не приложив свои размышления, то можно увидеть глупого, любопытного мальчишку". Взъерошивала волосы и прижимала к себе. "Ничего",- говорила она,- "в детстве глупость простительна, главное, чтобы это время не затянулось дальше по жизни. Вот когда-то давно люди были великанами, сильными и спокойными, потому что не было у них особых врагов. Но сам себе человек может сделать столько дурного, что и врагов не надо. Вот и люди, возгордились сами собой и стали совершать глупость одну за другой. Прогневали они Бога и сделал Он их маленькими и слабыми, чтоб в поте лица своего добывали пропитание и преодолевали трудности. Вот тело и душа тоскуют по былому величию и все пытается хоть на миг подрасти или быть великим по духу. Но можно стать самому, великим умом и душой, это еще осталось у людей. Но и здесь таится опасность, если кто возгордится умом, то Бог лишает его и разума. И он становится глупым как ребенок". И я спрашивал ...
- Мама, а вот великий князь Киевский, он потому так называется, что велик умом или он требует себя так называть?
И мать отвечала: -Это, сынок, люди его так называют, потому, что на нем лежит великий груз за людей, которые под ним и с ним. Что велик спрос с него и в этой жизни, а еще больше в будущей. Ответ-то держать не только за себя ему предстоит, но и за всю землю свою. Но, к сожаленью, не все то, что называется или выглядит по виду, является таковым. Вот щенки малые играют или мальчишки. Они себя представляют, грозными охотниками, к примеру.
А на самом-то деле они, скорее, жертвы, добыча для кого-то более сильного. Их счастье, что хищникам иногда не до них. Был у нас князь Святослав, просто киевский князь, не великий, но дела его были велики. В походах жил как простой ратник, а дань ему платили многие окрестные роды и племена. А сейчас-то все ослабло, Мономах, хоть и велик, но и он не может справиться с глупостью других, ему самому приходится платить и изворачиваться. Трудно быть великим в одиночестве среди малых людей, а особенно, если, они думают о себе, как о больших и сильных, как те кутята. Счастье, если сойдутся несколько больших людей и одинаково смотрящих и понимающих. Как в Новгороде, решили миром пойти туда и сделать то-то. Раз, и сделали большое и нужное дело и получили хороший, большой доход. К сожалению, так бывает редко и не всегда. Ну, а если начальный человек сможет спуститься с высоты своего величия и понять и сделать хорошо для малых людей, то он - мудрец.
Ну, а ещё приятно потягиваться, сынок, потому, что матушка-Лень с сестрой своей - Негой борют и часто побеждают, хотя б на время, но им и этого хватает. Этого побороли, другого, третьего, потешили себя, похвалили тебя и пошли дальше трудиться. Уж у них-то покоя нет. А вот людей они успокаивают, иногда до упокоения, причём вечного. Вот, представь: твои дедушка Стоян или Ингольв, устали грести на лодье и решили отдохнуть, когда кругом опасность и тут водная пучина утянула их лодью на дно. Вот и жертва морскому царю или водяному… А всё почему: Лень одолела, ну и ума не хватило… Недаром люди-то знающие говорят: "Лень родилась раньше человека". И она охотится уже на таких крошек, которые в колыбели. Один младенчик , ручками , ножками туда - сюда, уже трудиться телесно, а другой лежит вялый и приходится его тормошить.
Я спрашивал ее тогда: "а каким был я, сам?" Она отвечала: "а разве ты не слышал, что волка ноги кормят. Ну, вставай-вставай, волчонок мой ".
Надо встать, помолится за матушку, батюшку и других… Сейчас получилось как по Евангелию. "Не молитесь на показ перед другими, а зайди в клеть свою и молись тайно и Господь увидев тайное, воздаст тебе явно". Верю тебе, Господи, что ведёшь Ты меня и не оставляешь в Своих заботах. Лишь я увлекаясь на жизненных тропинках и не хожу Путями Твоими. Ты прости меня, что отвлекаюсь от Дел Твоих и стараюсь вершить свои в первую голову, забывая о Твоих. Потерпи на мне, немного… У меня есть ещё обязательства перед многими людьми, одни предстоят уже пред Тобою и, может, молят обо мне, другие ещё рядом со мною на Земле. Я не могу подвести их, не могу не оправдать их чаяния. Я должен: сохранить и продолжить род моих предков Ульвар, почти все они были ярлами, пахарями морей. Должен: поддержать род матушки, новгородских купцов, если дед Стоян когда-нибудь признает во мне внука. Нехорошо вышло у моих родителей. Купцом-то я не буду, но, хотелось бы, чтобы дух мамы был покоен за меня. Ведь её тяготил разрыв с отцом за своё своевольство. Так и не дождалась она прощения от отца своего, моего деда Стояна, и принятия её выбора. Признают меня внуком и племянником, тогда матушка порадуется на небесах за свою кровинушку. Свою кровь она пролила за меня, прикрыв собой от стрелы, а отец мешал врагам снарядить погоню за нами, пока, тоже, не пал в неравной подлой схватке. Сколько людей погибло за моё будущее благополучие, сколько крови пролито, а я лишь слёзы лью и лью, надо прекращать, а то там… сыро им. Всё, всё, надо прекращать распускать сопли, а думать, как жить дальше … Пора поспать, на утро нужна свежая голова, это не лень, а расчёт, утро вечера мудренее, да и завтра опять не близкий путь, в дороге и подумаю….


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:24 | Сообщение # 99
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 3

Выспался хорошо, покушав, вышел во двор. Собаки были привязаны. Но служба есть служба и их лай начался немедленно, но уже без остервенения, не как ночью, а лишь для обозначения своего присутствия. Мало ли что ты вышел из дома хозяина и заговорил с нашим человеком, приказа-то не было... Но тут один из братьев, выйдя из хлева, окриком остановил лай и, в качестве поощрения за справную службу, дал какие-то мослы, а потом подошел к нам. Передо мной встал вопрос: как отличать этих близнецов. Я попросил назваться их, справа от меня стоял Ждан, а слева - Неждан. На первом этапе знакомства надо отличать их, пока, по одежде, благо с этим не возникло сложностей. Хотя зачем, я сейчас уеду и больше их вряд ли увижу, а в бане свою наблюдательность я тоже не собираюсь проверять. Собаки потеряли ко мне интерес, зов плоти сильнее любопытства.
- Парни, а скажите: почему вас так назвали? Я, примерно, догадываюсь, но все же?
- Правильно догадываешься, он тут мог и не стоять, - указав на брата, сказал Ждан.
- Зато батюшке нашему радость была, - парировал Неждан.
- Ага, а матушке - лишние слезы и хвори,- подхватил Ждан.
- Ну, сейчас-то от вас обоих, как я вчера слышал, не очень веселятся, - примирительно заметил я, - да и вам от этого не очень сладко. "Пришёл не зван, а всё ж не дран". Так?
Братья вместе молча кивнули и, пожав плечами, развели руки, как бы говоря: "что уж тут поделаешь, такие мы". Их неловкость, тут же сменилась оживленной просьбой показать мои воинские умения. Я попросил Ждана взять какой-нибудь шест или оглоблю и пойти за тот сугроб у тына, присесть там и водить как удилищем по воде, не спеша и ждать. Пока он искал подходящее, я принес свой лук и приготовился. Первая же стрела попала в верхушку старой оглобли... Криком позвал Ждана к нам, они на два голоса высказывали свое восхищение. Неждана озадачил поиском крышки от бочки, вернулся он уже с Путиславом и крышкой в руке. Отец оценил условия попаданиЯ. Братьев же я попросил продеть веревку в ручку на крышке, чтобы она была по аршину с каждой стороны. Повернувшись к ним спиной и взяв в руки по ножу, попросил крикнуть, когда они будут готовы. Услышав разрешающий возглас, резко повернулся к ним и почти сразу бросил ножи в деревяшку. Оба попали, все-таки это было не сложно, расстояние-то тут небольшое, примерно две сажени, да и братья не сильно раскачивали крышку. Братья разинув рты смотрели, то на ножи, то на метателя. Сзади послышались хлопки в ладоши. Путислав выразил свое удовольствие, жена с детками также поддержала его. Они, оказывается, тоже смотрели на мои умения с крыльца дома.
- Ну ты, Волк, и показал моим... новикам. Там в циркусе также хвалили тех мальчишек и ты тоже мог бы с ними выступать.
- Ну нет, я не умею на качающихся досках и с завязанными глазами на звук.
- А вот братьям я бы мог показать как можно заниматься. Принесите-ка сюда десяток чурбаков и расставьте вот здесь.
Когда все было готово с моей помощью: встал на один чурбак и начал махать ножами перед собой, перепрыгнул на другой, продолжая движения, развернувшись в другую сторону, продолжил воображаемую схватку. Сказал, что можно также и на камнях. Викинги так прыгают по бревнам в воде или вращают отесанное бревно своими босыми ногами. Могут бегать по веслам на лодье, когда та идет по воде. Затем повторил метание в крышку, но уже с сулицей. После этого Путислав предложил побиться со своими сынами на кулачках.
- Согласен, но так у меня мало времени, что драться буду сразу с двумя. Вначале братья приободрились, так как считали себя не плохими драчунами. Но когда услышали о то , что я поспешаю и настроен побить их, то сразу сникли.
Они приближались ко мне с двух разных сторон, но это было не наступление, а путь на заклание. Правильно меня наставляли, что удивить врага, заставить его растеряться это уже половина победы, которую ты подготовил своей головой, ну, а вторую половину останется доделать руками. Не знаю, заметили ли родители лики своих близняшек, но никто их не остановил, а отец, сделал это явно специально, чтобы не гордились ребятушки шибко своею силою.
Никаких подлых ударов, наносить я, конечно, не собирался, да и вообще: повалю на снег и ладно, больно-то не будет, скорее обидно. Когда братья приблизились на выбранное мною расстояние, я широким шагом–присестом, сблизился со Жданом. Все-таки, трудно спутать серые и зеленные порты. Упершись передней ногой и двумя руками в землю, задней, как палкой, крутанувшись, ударил по ногам. Не глядя на результат, перекатом, бросился в ноги Неждану. Не удержавшись на ногах, он упал, как раз, на брата. Вместе они немного побарахтались, не сумев сразу встать. Все это я успел посмотреть, стоя рядом с их отцом, который смеялся в голос, младшие дети хихикали, а мать их с жалостью улыбалась.
Когда сыны поднялись и тщательностью стали отряхивать снег со своей одежды, не поднимая голов, то строгий, с издевкой голос батюшки, не дал им эту надежду.
- Та-а-ак! Теперь вот еще выяснилось, что, вы, остолопы, и драться-то не умеете. Что вы вообще можете только канючить и носы крутить, да задирать их в небо... Вот оторву их вам вместе с ушами, пусть все видят ваш позор .... –Э-э-эх, и мой тоже, да что там.... Благодарите гостя, что он поучил вас уму-разуму, да на домашнем дворе, а то бы в другом месте ...ославились бы как пустобрехи.
Братья живо заголосили, но не стройными голосами ,в этот раз, видимо растерялись. Я, чтобы не смущать и не усугублять, быстро отнекался и попросился в путь.
- Я уже поеду, а то до темноты надо добраться до Княжьего погоста. Спаси Бог ваше семейство, благодарю за ночлег и гостеприимство, пойду седлать жеребца.
- С ним все в порядке, покормлен и напоен, - сказал Путислав, - там, рядом в мешке, еда, прими в добрый путь.
Змей встретил меня радостно, покрутился за оградой. Ему хотелось простора дорог, пусть даже и зимних. Совершив положенное, вывел его во двор .
Собачки опять отметились лаем, надеюсь прощальным и довольным, после еды, умаялись, поди, работая челюстями. Ждан с Нежданом растворили ворота, подошли попрощаться и еще раз поблагодарили за науку и наставления. На сей раз вышло у них дружнее. Как у них так получается, одновременно говорить. Улыбнувшись, пожелал им удачи и стараний. Сняв шапку, поклонился Путиславу с Глафирой.
- Поздорову оставаться! Живите с Богом!
Вскочил в седло и пустился рысью на нетерпеливом коне .

День был хороший, без ветра, солнышко частенько просвечивало меж облаков. Птицы, почуяв приближение весны, все увереннее заявляли о ее приходе, своими голосами. Дятлы выбивали частую дробь, выискивая свою добычу. Змей мой был сыт и доволен, у него лишь немного уменьшилась радость движения, если птицы пели голосом, то он выражал это игрой мышц и довольными всхрапами. Мне, как то передалось общее хорошее настроение, да и эти простые люди понравились. Братья, конечно, простаки и самоуверенны, но так это так и должно быть, в таких местах. Зато их наивность и честность подкупают и располагают к себе. А вот я ... соткан из лжи и хитростей, но жизнь заставила это использовать.
Я, конечно, тоже был таким как они когда-то, но тогда все было хорошо и понятно. Но и тогда меня учили, крепко учили,
готовили к будущему, к власти над людьми. Но сначала мне надо научится властвовать собой. С этой колокольни меня заставляли и направляли смотреть, но, чаще мягко и не сильно давя ... Мягче всех была, конечно, мама и у нее больше всех хватало терпения на меня.
Говорил, что пока я один наследник, а если Бог даст, будут и другие дети, то все равно я буду старший. Сейчас-то я знаю как появляются дети, 9 месяцев и вот вам подарок с неба. Интересно. Через 9 месяцев я появился у родителей и через 9 лет я их потерял. Цифра 9 судьбоносная и какая-то тайная, действительно странная.Любят её северный люд. Может я на Божий взгляд прошел свое внутриутробное развитие и дальше должен развиваться сам, конечно, с помощью других, принимая или отталкивая их помощь, заботу и наставления.
Дядька Бруни учил ратному делу еще моего отца, но они вместе и погибли. Тут же, вместо него появился - Боримир. Один я был всего несколько часов и, вот, новый спутник и наставник повел меня по жизни, а также стал моим опекуном. Как такие перипетии происходят в жизни, мне понять не дано, но хочется. Гадать и предполагать пустое занятие, да еще и вредное. Человек предполагает, а Бог располагает и ведет Он меня нужными для меня же дорогами. Человек, конечно, все время норовит куда-нибудь свернуть, да не туда. Тот же Бруни говорил, что есть на море такие штормы и бури, когда правильнее отдаться на волю волн и богов. Никакие усилия не помогают, а иногда и мешают. Коли уж суждено тебе быть сегодня в гостях на пиру у морского царя, то без тебя и не начнут. Бруни знал много всяких историй и саг, некоторые из них были неприличные, мама пыталась ограничить меня от таких вещей, но, зато, через это я учил нурманский. У отца и деда было мало времени для этого, но проверяли мои скромные знания они строго. Так и говорили:"Негоже забывать язык предков, если не знаешь, как поведаешь о своем роде и достойных пращурах. Что ты им ответишь на встрече ...В Валхалле тебя могут не узнать и не пустить пировать за свой стол . И будешь скитаться по другим столам и слушать чужие истории. Нельзя отрываться от своих корней, даже если ты саженец в чужом саду и садовник тебе не знаком , может хоть семечко вернется в свою землю".
Отец ездил в края, где родился, но даже и они с дедом поняли, что возвращаться некуда. Земли родовые утеряны, там уже новые владельцы. Воевать с ними нет смысла, слишком малы силы, да и конунг н останется в стороне. Люди-то верные и помнящие остались, пусть не так много, но даже и они рассеяны по свету. После той поездки к ним с дедом пришли несколько десятков воинов, но и они присоединились лишь на время похода. Землю или что другое дед не мог им дать, ибо сам не имел того. Так что, тогда и решили, что будут устраиваться на Руси, через службу князю.
Благо, что отец познакомился с Мстиславом, сыном нынешнего Великого князя. Мне тоже, видимо, предстоит такой путь. Но самому по себе к нему не заявишься, да и не время сейчас. Надо отдать долги, которые возможно закрыть сейчас, а потом уже думать и смотреть и, если, будет с кем, то посоветоваться. А такие люди есть только в Новгороде, не пойду же я сейчас к князю. Да, заканчиваю дела здесь и еду в Новгород, город, где начали новую жизнь мои предки. Я там начал учится всему, что считала нужным родня. Греческий и латынь от монаха и какого-то приказчика, мама со Снежаной, моей кормилицей и нянькой, словенскому. Нянька и дядька погибли . Внимание и забота Снежаны не менее ценна, чем наставление других. Вот же пригодились ее сказки и песни, ныне пел для других, а потом может своим детям сподоблюсь. Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Вот сейчас встретил этого Путислава, аж два раза. Познакомился с его семейством, ведь, наверняка, не случайно. Случай - бог дураков. Надо их запомнить, может когда встретимся.
Съезжу в Кунье, отдам прах Боримира. Зарытую им кубышку с серебром, в эту пору не найду, это ясно, надо чтобы снег сошел. Придется ждать, но за это время могу съездить к Некрасу, забрать причитающуюся виру, независимо от того: узнал он о смерти деда или нет. Убивать его видимо придется, зачем мне рисковать,
расскажет, не расскажет. Не хочется, а надо. Ведь, он единственный может поведать о моем участие в ватажке. Надеюсь, Заяц не проболтался обо мне. Что он знал? Ну, подобрали ватажники года четыре назад на берегу Днепра мальца, сироту. Ну научили скоморошьему ремеслу, а также воинскому ... татьба тоже была, но в боях и душегубствах не участвовал. От лихих дел дед меня берег, так что малец был на подхвате. Выведывал, высматривал, воровал, но… Ну, это я сейчас сам себя успокаиваю и оправдываюсь. Если Заяц, а тем более Некрас, расскажут под пыткой обо мне, то могут учинить розыск...Так, а в Турове, кто-то может вспомнить плохое? .... Вроде - нет ... Дед, вообще, здесь запрещал делать большее, чем кража. Мы с ним обычно ездили в Кунье, так что не сильно-то и примелькались, но все равно, отсюда надо уезжать. Весной, когда распогодиться, нужное ехать в Новгород и уже там, что-то решать. В этом пути мне совсем не помешают спутники, которым я мог бы хоть немного доверять. И, в конце концов, нужно создавать свой хирд. Смешно, но с чего-то нужно начинать
Может начать с близнецов? Да и примета эта - хорошая. Холопа, вернее на покупку холопа, я могу дать, серебра хватит. Думаю, они захотят поехать, скажу им и их отцу, что поступим в детские какого-нибудь боярина или даже князя. Это я на самом деле допускаю. Но, лучше бы встретится с бывшим дедовым варягом, куршем Вилхелмасом и его сыном Херкусом.
Ярл Ингольв, даже погиб, помогая им, там, в Куршии. Вот их приход в Новгород - самая большая удача, а то, несколько лет их не было. Надеюсь, мы узнаем друг друга, все же я стал вдвое старше, со дня последней встречи с ними.
Хорошо бы и Беляна взять с собою, но тут уж сначала с Голубой надо договариваться, а потом ему предлагать.
Стрелок-то он хороший, ну, как для мальчишки... А я кто? Вот же, вообразил себя вершителем судеб ... , ладно , все равно нужно думать о тех, кто рядом или кого хочешь видеть рядом. Продолжу: стрелок он даже, наверно, лучше меня, нож бросает, дерется ...тоже ..., плавать умеет, на лошади ..., вот здесь похуже, а вот что у него самое лучшее и мне его никогда не победить, это - знание леса, охота. Когда мы встречались в Куньем всегда соперничали между собой, но по-доброму, охотились ... Да, было бы хорошо его и близнецов взять с собой, парни они все крепкие, уже заметно, а сноровка придет. Вчетвером, все же, сподручней в пути и, вообще, лишними помощники не бывают. Белян и так мой ближник, коли он Боримиру племяш, то значит и мой родственник.
Признает ли меня новгородская родня? Это вопрос...
У куньевских так вопрос не стоял. Дед сказал, что племянник, сын Тихомира и все... Мол, умерли все во время мора. А я остался жив, лишь потому, что был в гостях, в Киеве, у дяди Боримира. Больше никаких объяснений и не понадобилось.
Ну и распогодилось ... солнышко балует теплом близкой весны. Уф-ф, взопрел даже, надо расстегнуть ворот, рукавицы тоже сниму на время. Шов на животе зачесался ...остановлюсь немного, оправлюсь и, заодно, почесаться и остудится... Полегчало, сейчас и спокойней ехать стало.
Что говорить на Княжьем погосте, если будут спрашивать? А и не надо сильно врать-то, так и скажу, что я из семьи Борща и Голубы, еду с ярмарки из Турова. Поотстал потому, что посылали меня еще и отвезти гостинец на заимку. Всех-то жителей Куньего они точно не знаю, да и, скорее всего, не будут подробно меня расспрашивать.
Ох и не просто ж было мне привыкать ко всякой лжи. Как же: я - наследник древнего рода ярлов и опущусь вдруг до обмана. Меня это сильно возмущало. Боримир меня успокаивал приводил пример, что наш Один этим частенько грешит и не считает это зазорным. Я горячо ему возражал: "Один - суть бесовская, ему, может, и положено так себя вести, ибо сущность его -падшая и по-другому он себя вести не может. А мне, как христианину это - грех, тем более, когда-то и я, как мои старшие предки, стану ярлом, вернее на Руси это - бояре и" ... Так я был в этом уверен, что и слышать не хотел ни о каких хитростях.
Слышать-то не хотел, а пришлось и не только научиться, но и применить. И дело было настолько важным и впрямую касалось меня и моих родителей..их трагического ухода из жизни.. И было это так. Дед отвез меня в Киев и послал приглядеться на княжий двор, к дружине. Надо мне было где-нибудь поближе пристроиться и незаметно посмотреть. Я еще помнил полусотника, который остался старшим там вместо отца. Боримир заранее меня предупредил, чтобы я, поначалу, не лез ему на глаза, а когда тот пойдет домой, то в тихом месте подойти и поговорить о произошедшем той ночью.
Когда я появился у этого полусотника на пути, то он - удивился. Узнал... даже объяснять не пришлось кто я такой. Осмотревшись вокруг, слез он с коня и подошел ко мне с какой-то слащаво - натужной улыбкой. Хорошо, дед предупредил меня заранее, специально несколько раз повторял: быть очень с ним внимательным и осторожным. Вот я и почувствовал исходящую от него опасность. Он стал выяснять-выспрашивать у меня, почему я здесь и кто еще остался жив. Узнав, что всего лишь я, один, чему-то обрадовался, но не так, как радуются о спасшемся от смерти.
Но я-то был готов к этому заранее! Дед Боримир, лишь услышав мой рассказ о гибели родителей, понял сразу, что дело это - не чисто. Что все это было заранее подготовленное нападение, а не случайный наезд проезжих татей или степняков, а следили за нами и нашим отъездом еще от самого Киева. Они, те тати, знали доподлинно, что отец - продал дом, тем более он должен был вести княжеское серебро на границу со Степью, по княжьему поручению встретиться там и передать его кому-то. С рубежа за новым сотником приехало пять крепких ратников, но и это не помогло и случилось то , что случилось...
Эта гнида-полусотник, пригласил меня к себе домой, что там все спокойно обсудить и там он подумает как мне помочь.... Все это он мне говорит, а сам тянет свои хищные лапы ко мне. И тут внезапно он - падает, как подрубленный. Из-за угла выходят два ратника, быстро идут ко мне. Я развернулся, чтобы бежать, но тут увидел деда, идущего с другой стороны и улыбающегося мне, просящего успокоится. Воинами оказались наши же, ватажники, Дубыня и Зима, а из пращи попал этому злодею, Храбр, он шел позади деда. Упавшего подняли и посадили на коня и эта, как бы, пьяная компания направилась к нему домой.
Дома у него и был разговор ... обстоятельный, без утайки... Он признался, что соблазнился на серебро, которое отец вез в степь, сговорился со знакомыми половцами. Вот они-то и совершили тот налет.
Рассказал он, наверно, все, что знал, так как выдал нам и место, где находилось его спрятанное богатство. Наши умели задавать вопросы. Этот гад боялся и каялся, просил оставить ему жизнь...У меня, малолетнего пацана, потерявшего, враз, родителей по его вине он просил прощения и милосердия... Наивный...
Не было у меня к нему жалости... Все решили, что он заслужил верёвку...
Вот выбить выбить чурбачок из-под его ног сам я не смог, хотел, а не смог...Зима помог... Из дома забрали всё ценное, хорошо ватага обогатилась через это дело, благодаря этому я и пришелся ко двору всем.
Деда я, после того уж, спрашивал, как он это узнал о том, что здесь не чисто... Боримир, улыбнувшись, отвечал: "жизнь по-смотрел". Откуда это приходит? Из общения и наблюдений, ну и размышлений конечно. Если иного человека попросить сказать о себе, то этот рассказа будет скуп, но, вероятней всего, он пошлёт тебя подальше ... А так, как мы говорили с этим злыднем, лучше вообще не говорить никогда, если только не возникнет в том острая нужда.
По простому, он бы отбрехался: ничего, мол, не знает и не ведает, но мы-то пошли на хитрость ... И еще помню дедовы слова: "А тебя, он убил бы, обязательно, так что мы тебе - жизнь спасли и показали урок, да ещё и помогли отомстить за твоих. Подлых людей, желающих обмануть доверчивых и открытых ,будет хватать . Надо всегда знать и помнить, что они - способны на многое, предполагать способы их обмана и как от них уберечься. Ведь, никто ни ставит силки открыто, стараются их чем-то прикрыть, чтобы жертва не видела опасность. Но, когда ты сам знаешь, как и где стоят силки, то сможешь и миновать их.
Весь вопрос в жертве, которую ты выбираешь. Ведь тебе не жалко того типа, потому что он правильная добыча, но без хитрости нашей он бы, возможно, и миновал того, что заслужил.
Возьмем, к примеру, поединок. Люди собрались отстаивать своё мнение, свою правду. Договорились о том, как биться, а один во время схватки, возьми да ударь подло и поверг честного, который соблюдал договорённость. Тот обманом взял победу и ещё злорадствует ... Но правда от этого не стало его ... А вот если ты готов к любой его подлости, то сможешь отстоять свою правду и честь. Всегда! Вообще, для таких людей, чужая честь служит для достижения собственных коварных задумок".
И он мне поведал, как он стал ватажничать: "Он - варяг, добывал честь и славу в открытых боях. Служил боярам, князьям и, даже, довелось и императору ромеев ... Родне своей помогал, как мог. Недалеко от Киева два моих брата имели землю, пахали, детей растили ..., род продолжали, не то что я шебутной ...
Закончилась моя рота с василевсом, приехал я к братьям ..., а никого и нет. Говорят: мор или полон случился. Те, кто на их месте поселился, новые владельцы земли - больше ничего не знаю. Они её получили, обрабатывают, князю положенное платят, всё чин по чину. Ну так и мои платили и я уже представлял о том, чтобы осесть рядом... Думал иногда, предполагал: серебра-то хватает, дом хороший и удобный поставим все вместе для меня, будем жить с братами по соседству, я же им помогал и они бы тоже не отказали. Добрые люди шепнули, что глянулась это место и хозяйство кому-то в Киеве. На братьев стали налагать лишку, они заупрямились, вот и получили колодки на шею или того хуже ...налетел мор на их семьи, но других-то он как-то не затронул .. Вот как бывает".
"Причастен к этому оказался один киевский роcтовщик, да еще градский тысяцкий, Путята, что при князе Святополке Изяславиче служил.
Я туда за правдой кинулся, а мне в ответ - виру за наговоры и угрозы. Посадили меня в яму до окончания суда. Но тут,к моему счастью, в Киеве смута началась. Народ киевский меня, вместе со всеми, кто там еще со мной был, освободил тогда из поруба. В той толпе и встретил своих поплечников (товарищей) Дубыню и Зиму, они же встретили еще свою ровню: Храбра и Щуку. Вот киевский люд и повеселился тогда, ну и мы с ними... Взял с обидчиков виру, да такую, что этого сундука с монетами хватит .... Ох и зол тогда я был на них ...напитал меч кровушкой ...
Затем вече киевское позвало в князья Мономаха, а мы все подались опять к ромеям. Там несколько лет служили, платили нам хорошо, исправно, но земля-то родная зовёт... Поехали домой, думаем откопаем сундук, да ...пустим корни на своей землице. Соглядатые нашлись наших прошлых дел... указали на Храбра и Щуку ... ну, и пришлось нам всем их защищать, ну а там понесла нелегкая. Вроде и не хочешь, но обстоятельства сами несут, брыкаешься, а только глубже тонешь, как в болоте. Обиды взыграли и всё другое. Так и стал я лихим человеком, но договорились сразу , чтоб с разбором…шалить.
Вот жизнь и заставила меня, внучок, извиваться и крутиться, чтоб не пропасть как зерно в жерновах.
По мне, вначале было тошно от соглядатовых дел: высматривать, подслушивать. Но Заяц с Ершом объяснили, что это как на войне - разведка. Военное дело мне ближе, столько лет отдал ему. Объяснили, ну, а там я сам скумекал, что "умелый лазутчик - успеху попутчик". К примеру: умный правитель и полководец, прежде чем пойти войной на врага, всё о нём разузнает и выведает. От этого и свои люди будут целее и живее. Где какие тропки-дорожки, речки, колодцы и другое, что надо. Постарается найти надёжных проводников. Для этого не пошлёшь же отряд ратников, а надо, под видом купца или ещё кого-то, человека способного внимательно смотреть и слушать и делать выводы. Когда идет войско в походе, вокруг него должна кружится дозоры, насколько это возможно.
Шагает гордый человек, сильный, уверенный в себе, никого не замечает и тут - препятствие, бах и споткнулся. Расшибся, получил увечье, а то и до смерти. Всё это подходит и нерадивому военачальнику. Ладно бы, только, он сам, а другие за что страдают или даже гибнут, из-за его самоуверенности и непредусмотрительности. А всего-то и надо было ему обратить внимание на свой путь.
Бывает и такая военная хитрость, когда врага заманят в ловушку, словно зверя и потом делают, что хотят. В этом талант и удача князя или другого...


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:26 | Сообщение # 100
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Я на войне встречал немало интересных людей. Вот у греков это было. Приедет в лагерь такой человек, даже можно сказать человечишка. Маленький, толстенький, худенький, щупленький, да разные они были. Не в этом дело, незаметные они и невидные из себя, смотреть-то не на что и внимания не достойны. Так я думал в начале, потому, что был молод и глуп, но зато сильный и ловкий, этим и гордился. Греческий тогда знал совсем мало, только самое простое, да и то, в основном, воинские команды. Наверно это и определило, что меня и ещё одного нашего, поставили в охрану такого человечка.
Улыбается этот человечек нам, что-то там воркует по-своему. Иногда еще озабоченно смотрит, но не кричит, не сердится. Мы с товарищем ухмыляемся вовсю, забавным он нам казался.
Тогда была война с одним из султанов. Так вот, этот дядечка поехал в стан этих поганых и мы двое при нем. Мы было немного заробели, поди узнай, что у них на уме, а этот - едет спокойно, как будто на прогулке, мурлычет себе что-то под нос, а может молился. Доехали, в шатре начали с теми о чём-то говорить, всё спокойно. У их народа голоса какие-то противные, что у той вороны, а предводитель их, тот ничё, певуче излагал, что ручей бежит, вот и пойми. Назад возвращались к себе, наш довольный, но какой-то задумчивый. По приезду, похлопал нас каждого по плечу и дал по золотому. Наверно, понравилось как мы держались, а может на радостях...
Но не всем эта поездка принесла хорошие вести. Мы остались у его палатки и видели, как пришёл комит тагмы. Наш начинает с ним говорить, а этот грозный воин и ещё более строгий начальник, ведет себя как мальчишка-новик. То краснеет, то бледнеет и блеет, как овца. Я такого ранее и не видел никогда и не ожидал увидеть. Тот богатырь хлоп на колени и смотрит побитой собакой. Потом его увели и кажется казнили. Наш десятник, после моего рассказа, вздохнул и сказал, что я еще молод и ничего не понимаю в людях, вроде бы недавно с Руси, а позабыл, кто в тихом омуте водиться. Те поганые отступили, а мы продвинулись вперед и там войны не было года два. Вот тебе и человечек, один развернул врага на его рубежи.
Вспомнив этот случай и другие, я согласился с Зайцем и Ершом и тебе говорю, учись от них: пригодится обязательно. Когда-то ты станешь ярлом, а может и выше пойдешь, много зависит от тебя. Но, пока, тебе гордится нечем. Ты мало что умеешь и знаешь. Кому ты такой нужен, кто за тобой пойдёт. Придётся тебе смирится по примеру вашего Бога и искать удобного момента. Надо забыть на время, что ты - наследник славного рода. А если люди узнают об этом, то могут тебя преследовать своими насмешками. Многие злорадствуют, когда другому больно, а если он еще беззащитен, так это даже слаще. Что поделаешь людишки часто низменны, человеческое достоинство тяжело нести. Так и у вас, по вере есть же что-то про равность господина и раба, вот и пробуй. Что ты может предоставить миру, свои обиды, слезы и горечь потерь. А другие тебе покажут свои болячки, ну и у кого больше? Никто! Никому! Ничего! Не должен! Ты должен - сам себе и своим близким. А посторонние должны сами захотеть тебе помочь, это в лучшем случае, конечно, хотя, часто приходится их к этому подталкивать, разными способами.
Научись быть маленьким, но достойным человеком. Когда, со временем, станешь большим, то достоинство твоё никуда не денется, если, только, сам его не лишишься. Твой земляк, Олаф Трюггвассон, вообще, был рабом какое-то время, а потом стал известным конунгом. Чем больше и лучше ты сможешь распознавать людей и понимать, что они хотят, тем легче и лучше будешь ими управлять".
Вот за такими воспоминаниями о былом и прошла дорога до Княжьего погоста.
Ворота в Княжий Погост были ещё открыты, быстрые зимние сумерки еще только начинали сгущаться. Когда я подъезжал, то так совпало, что одни сани выезжали мне навстречу, с веселым пьяненьким мужичком, а другие вот-вот собирались въехать.
Такой же веселенький стражник провожал его, о чем-то громко шутя. Но, при этом, успел сказать другому привратнику, чтобы он заканчивал и закрывал на ночь ворота.
Я спешился, разминая ноги, пристроился сзади въезжающих саней. Стражник выяснял у возницы: почему тот долго не ехал и не вёз потребное. Кто сейчас будет-то привезенное считать по темноте. Мужик сник и винился, говорил, что согласен ждать и до завтра.
- В хлеву ты будешь ждать, - горячился страж, - где я тебя пристрою, местов нет.
Мужик понял, что от него хотят и перешёл на доверительный тон, стал просить:
- Да, неужто не найдётся кака лавка для мени, али сундук.
- Ага, а ты - в тот сундучок шасть, и взял, чё надо, - отбрехивался воин. - А за добром твоим, кто будет смотреть, я что ль? А утром скажешь еще, что у тебя там пропала гривна серебра. Нет уж, ночуй-ка ты в хлеву и сам за своим добром и смотри!
Мужик что-то стал совать стражнику в руки. Тот замолк и заинтересовался, что там такое. Видимо, ему понравилось. И он уже примиряющее–недоуменно изрёк:
- Ну что я могу поделать, не разорваться же мне..
Тут уже и я встрял:
- Дяденька-стражник, а вот я могу в хлеву присмотреть, я - умею.
Стражник посуровел, но не по-настоящему, придвинувшись ближе ко мне, обдав хмельным духом, спросил:
- А ты, малец, что встреваешь, откель и куда едешь?
- Да меня тут тятя посылал на заимку гостинец передать, а я припозднился в дороге. Мне место в доме и не надо, я могу и на сене, у меня епанча теплая и варежки еще.
- Ишь, варежки у него, - добрея голосом, проворчал страж.
Я продолжил:
- И вам не придется тревожится, всё будет хорошо, за скотиной и возом присмотрю.
- А конь, паря, у тебя бывалый, но уже не тот… - не очень-то интересуясь Змеем, а больше думая о чем-то о своём, проговорил привратник.
Тогда я решил еще добавить жалости:
- Уж очень не хочется ехать по темноте... вдруг, волки?
- Правда, а пусть малец за санями присмотрит, - это уже подал голос будущий постоялец.
- Эт точно, волки могут встретится, - не обращая внимания на мужика произнёс страж. В голосе его появилась решительность и, видимо, готовое решение трудного для него, в этом его состоянии, работе мысли.
- Хорошо, "лучше тебе не бежать, а в овине полежать". Заводите своих коней. Ты, паря, обиходь их, раз ты умеешь, - улыбнулся воин, - а мы пойдём в дом, ну и там… Внутри хлева лучины горят, так ты, это зажги от них масленые плошки на ночь, хватит в них до зари. Задай там корму и воды, увидишь кому. Приду - проверю! Спать-то, потом, найдешь где, пристроишься, там пару старых попон весит. Кожух (тулуп) имеется, - быстро смерив меня взглядом, продолжил, - тебя с головой накроет, возьмешь. Ну, кажись всё, пошли, - кивнул он мужику.
И они оба ушли, оставили меня одного. В той стороне куда мне указали, были разные хозяйственные постройки, примыкающие одна к одной. И отхожее место приметил. Хлев был велик, чтобы не мучится загнал сани прям туда. Местная животина отметилась всяческими голосами, помычала и похрюкала. Даже куры пошумели из пристроенного вплотную курятника. Имелась и дверь, ведущая туда, завешанная дерюгой да старой мелкой сетью. Видимо от нежеланных гостей, жаждущих отведать курочек. Все что надо скотинке сделал. У большинства из них ещё была еда и питьё. Чуть в сторонке от главного прохода была вкопана небольшая куренная печь. Горящие уголья внутри неё указывали, что обиходчик животных недавно потрудился. Рядом было охапка поленьев, которые чуть позже надо будет использовать. Волоковые оконца были открыты, так что не угорю. Осмотревшись нашёл масленые плошки, закрепленные на бревенчатых стойках. Зажёг их от лучины, которую тут же потушил. Света от горевших жировиков хватало. Достаточно было сена и внизу, а также под кровлей. Распряг и обиходил лошадок. От хозяйских щедрот задал вкусного чужого корма. Только начал себе присматривать место для еды и сна, как пришел владелец саней, сообщив, что стражник-то навряд ли придет сегодня, так как крепко засел с одним приезжим за кувшином с вином. Посмотрев своего коника и сани, пожелал спокойной ночи и ушел. Поел спокойно дорожной снедью от Глафиры. Пошел облегчиться перед сном. Собак во дворе не бегали, видимо из-за постоянного присутствия чужих людей их держали на привязи около своих будок. Дружным лаем-переливом в несколько ленивых глоток они конечно отметились. Около какого-то дома шатающиеся и громко шепчущие мужские тени, справляли малую нужду. Ночного дозорного не было видно, но это как-то не встревожило меня. Чуть доносящиеся из дома совместное мужское пение, сумерки, снег, навеяло чувство заезжего гостя на чужую свадьбу. Внезапное наступившее спокойствие порадовало и обещало хороший отдых. Обустроился в своём лежбище, как водиться, прежде чем уснуть, поворочался на сене с кожухом. Животинка издавала умиротворяющие звуки, способствующие засыпанию. Но не тут-то было. Ворота заскрипели и с порога раздался громкий шепот:
- Э-эй малец, ты где? Это я…, который с санями.
О-ох. принесла нелёгкая, этого… "попутчика", да он видимо навеселе, судя по голосу.
- Да здесь я, - приподнявшись махнул рукой.
- Как ты тут, не замерз? - Подходя к моей временной лежки, озаботился он. Подойдя ближе, почувствовав тепло, исходящее от печки и взглянув на нее и уже без всякой заботы заявил:
- А ничего тут у тебя, тепло. - Через миг, радостным голосом продолжил. - А у нас ещё и весело, ну и жару поболее.
- Сейчас и я подброшу дровишек. - Сказал я, подойдя к печке. Мужик, кивнув на печь, поинтересовался - сам ли я её зажег и можно ли. Когда узнал, что печь была оставлена горящей, то ухмыльнувшись, заметил:
- Ну-у и хозяева, "хоть дом гори, а брагу вари". Немного помолчав и вытерев рукой рот, добавил: - Хотя и неплохая получается у них.
Затем он начал предлагать пойти покушать и угоститься в дом, к людям, а потом и переночевать среди постояльцев. Но поняв тщетность уговоров, стал пояснять, что ему тут хотелось бы провести ночь. Но и тут я не поддался.Тогда он заговорил более решительно:
- Понимаешь, встретил я тут одну девку, которая мне глянулась, ну и я ей, кажись.. А может и нет, да это и не важно. - Чуток задумавшись о чем-то своём, продолжил: - А ведь они навроде заодно, тот стражник и эта девка, Он же мне её и подсунул, ну-у, аспид-искуситель. А-а, гори оно огнём. Одним словом, я им пообещал по шкурке дать утром, за ночную усладу.
Заметив мой недоуменный взгляд, кивнул головой, указав на живот, с усмешкой спросил:
- Твой фитилек-то возгорелся уже?
- Какой фитилек? - не понял я.
- Ну тот, который между ног, - сдерживая себя хихикнул мужик.
Поняв, что он имел ввиду, засмущавшись, а от того и рассердившись на него. Буркнул, что "нет и вообще ему какое дело до того". Мужик примирительно выставил руки и сказал, что действительно это не его дело и вообще, что это и хорошо и я молодец, что храню себя от этой губящей сладости и так далее. Затем оправдываясь пояснил:
- Понимаешь, паря, у меня жонка на сносях, уже несколько месяцев, и к себе не подпускает. Это и правильно, но мне-то хочется, да и род надо множить. Браты смеются, что у меня, "как тюк так и детюк". Мужик, не сдерживаясь, засмеялся и улыбаясь продолжил:
- У меня одних сынов вдвое против их. Помощники подрастают… Ну да ладно, я не о том. В дому да при работе и детях как-то полегче, отвлекает, а тута на свободе, да не на глазах… Взыграло у меня, похоть, растуды её коромыслом. Страж ентот, да девка видать знают к кому подлезть с искушением, ну и заработать на мне, а как же без этого. Одним словом, хочу сюда её привести, ну и устроить купальское игрище на траве–мураве, только сухой. Вот я и прошу тебя погулять малость, что б нам сподручней, ну и тебя не смущать и в грех не вводить. Опять же я тебе утром окорочок малый дам, да с хлебцем, в дороге - самое то. Ну как, парень ?
- Не хочу я, дядя, ни в дом, на пьяных глазеть, ни на дворе собак дразнить. Ну и участвовать в потакании твоего греха …
Мужик оживленно запротестовал руками и бросив быстрые взгляды по сторонам, доверительно зашептал:
- Насчёт последнего не беспокойся, я уже всё придумал. Здесь же поп есть, так я утром сразу на исповедь, очищусь от скверны и домой явлюсь со спокойной совестью, грязь даже до дома не доедет и мира не нарушит. Было один раз в другом месте такой вот случаАй, приехал к дому без исповеди и причастия, так весь извёлся. Жилы рвал на трудах, даже жена пожалела. А мне ещё больней от того. С трудом дождался службы в храме, бухнулся в ноги к нашему батюшке .Так и он меня измочалил своими спросами, да наставлениями. Еле выдержал, а что сделаешь? Он же всех нас знает и всю родню крестил, святил и молил. А вдруг лукавый и к ниму подступит и не выдержит он и не удержит тайну? Не должно, однако тревожно, вот и пришла мне мысль, что надо выжигание греха доверить незнакомому попу. Так-то сподручней и не так страшно, слова и слезы сами льются, ведь знаю себя окаянного. Ну соглашайся, паря! - с надеждой закончил он.
И я согласился посидеть тихо "мал час", подальше от тепла очага и опаляющего душу блуда. Я уже знал о тайнах ночных отношений между мужчиной и женщиной, но это было вне семьи, вне дома. Лишь бурная и разухабистая ватажная и скоморошья жизни открыла эту сторону взрослой жизни. Дед и от этого уберёг меня, говоря что мужчина должен сначала стать воином, а лишь потом познать женщину. Слишком много сил она у них забирает и думать мешает. Наперёд пусть он привлечёт очень ревнивую женщину по имени Удача, встанет на путь Славы и Отваги и лишь затем выберет встретившихся на этом пути достойных попутчиц. Как там было у родителей - я не знаю, но они были для меня чисты, таковыми уже и останутся. То немногое, что видел и слышал, было любопытно, но не более. Важнее дела были предо мною … О том, что можно вернуться на свою лежанку, понял по скрипу и хлопку ворот, а также собаки своим лаем позавидовали … сей "собачьей свадьбе". Вернувшись на место, кожух уже повесил на жердь … Обойдусь своими вещами. Немного покрутившись, наконец-то заснул.

Проснулся от клича дружка-петушка. Немного повалявшись, встал, осмотрел ни чем и никем не нарушенный порядок. Поели со Змеем, каждый своё и стал собираться в путь. Выйдя на двор - увидел давешнего стража, который поправлял здоровье и внешний вид. Сняв шлем и тулуп, самозабвенно растирался снегом, громко крякая и фыркая при этом. Отерся рушником, расправил бороду с вихрами на голове, сел на лавку и принялся поглощать какую-то жидкость из кувшина. Медленно, с расстановкой выпил, прикрыв глаза и приоткрыв рот, прислушался к своему телу. Тело его, видимо, одобрило деяние хозяина и возвестило об этом небольшой отрыжкой. Открывшиеся глаза лучились жизнерадостностью, пунцовые щеки подтверждали это. Таинство поправки самочувствия успешно закончилось и теперь можно было к нему подходить. Весь этот процесс я наблюдал чуть в стороне, успешно делая вид, что занят со сбруей своего коня. Если вовремя подойдешь, то можно вовремя и уйти. Эту грань Заяц с Ершом, на пару, мне хорошо и не раз наглядно показали.
- Доброго здоровья, дядечка и хорошего дня!
- Аа-а, "варежка", благодарствую.. - Вид он имел довольный и мечтательный. - Ну что, как ты, не замерз … "в варежках"?
Чего он привязался к этим… рукавицам?
- Поедешь уже?
- Да, уж пора мне.
- И я скоро поеду, - расплылся он в улыбке. Подняв глаза кверху, стал причмокивать губами, как бы что-то смакуя или пробуя на вкус. При этом тихим голосом повторяя: - Варя-Варвара …ээ.., варежка...
Не удавшаяся попытка опустила его голову.
- Варя, варежка, Варвара …ээ, до чего же ты - красава! - Концовку он почти выкрикнул и на его лице расплылась довольная улыбка. – Во, как здорово! - встав оживленно заходил он рядом со Змеем. Что-то подмывало меня присоединится к его сочинительству и я спросил:
- Дяденька, можно мне сказать?
- Ну, давай, малец.
- Варя, Варежка, Варюха, до чего же ты - толстуха!
Он, даже, не засмеялся, а - заржал, да так, что Змей мой от него отстранился, кося удивленным глазом. Сквозь смех он пытался повторить все снова, но захлебывался и прерывался до следующей попытки. Наконец, более или менее, успокоившись и отсмеявшись, добродушно хлопнул по плечу.
- Ну ты, паря, даёшь! Ну, отчебучил, как угадал! Ты мне, тоже, мал гостинец дал, молодец, прям скоморох. Ну, езжай-езжай, "варежка", а то держу тебя тут зря, да и меня, ждут …толстухи... - И он опять весело заржал.
Чуть раньше этого во дворе появился "ночной гость", зайдя к своим саням, вернулся с небольшим куском мяса и хлеба. Отдавая его мне, тихонько подмигнул и глянув на стража, пояснил:
- За догляд. - Страж кивком подтвердил согласие.

Вот и снова я в пути. Опять вокруг меня лесная заснеженная дорога , солнышко все решительнее золотит верхушки деревьев, кругом лесная красота зимнего леса и тишина. Рассветная тишина, мир замер перед новым открывающимся и народившемся днём. Как-то меня потянуло на сочинительство. Может это карлик Квасир из нурманских саг дал мне испить своего вдохновенного зелья? Интересно, связан ли напиток квас с Квасиром? Видимо, мой славный ангел-хранитель подсказал шутку мне с этой "варежкой". Может, это - душа деда Боримира сопровождает меня в Кунье? Ведь учат, что душа человека, отделившись от бренного тела, не сразу покидает его, а кружит рядом и посещает близкие и приятные для нее места и людей. А ведь точно, дед! Прах-то его со мной, вот он, а в каком он виде это не важно. А в Куньем, среди близких и родных ему людей, ему было хорошо, там он отдыхал душой. Тебя и твоих близких, обещаю не забыть, говорю перед этим великим , прекрасным небом, пока буду жить сам, буду этому служить. Опять Квасир, что ли, отметился своим слогом?


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:27 | Сообщение # 101
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 4


Прибыл я к следующему моему пристанищу уже под самый вечер, когда уже темнело. Кунье встретило меня крепко- накрепко запертыми воротами, но я не переживал, здесь у меня было много знакомых. Постучал, сразу же услышал вопрос о том, кого тут носит нелегкая. Когда назвал имя Голубы, из-за ворот еще уточнили, племянник ли я Боримира. Узнали меня. Справились, где он сам. Ответил, что хворает. Не буду же сходу рассказывать о случившемся. Отворили и впустили, уточнив, помню ли я дорогу. Простые люди, лесовики. Я и не помню, ну-ну.. У Голубы ещё не ложились, даже меньшие. Повторил о болезни деда и стал доставать скромные гостинцы. Голуба сразу почувствовала что-то недоброе, но вида не показала, насторожилась только. Покормили, за столом больше мне о своей жизни рассказывали. После, сославшись на то, что надо мне обиходить Змея с дороги, пошел в хлев. Голуба сказала, что сама покажет, где и что находится. Только закрыла за собой и сразу же с порога спросила:
- Говори скорее, не томи, что стряслось-то?
- Нету у тебя больше брата,- огорошил ее я,- на земле,- но дух его - здесь, рядом с нами, а прах - вот!- и достал горшок, наполненный пеплом.
Она, не глядя, так и села на какое-то ведро и тихо завыла, крупные слезы градом катились по ее щекам. Раскачиваясь из стороны в сторону она начала бессвязные причитания. Я подошел к ней, присел на землю возле неё, стал гладить её руку, утешая...Меня б кто утешил...
- И я, Голуба, теперь опять осиротел, ведь твой брат Боримир был мне опекуном и наставником, словно дед родной, даже лучше. Может, кроме вас у меня никого и нет. Что-то ещё говорил похожее …
Постепенно приступ отчаяния отпустил её, всхлипы и причитания закончились и она попросила рассказать о том, что произошло и как. Рассказал ей, вроде всё, что знал. Она попросила дать ей горшок, прижав его к груди, просидела так немного, а потом подняв голову сказала:
- А ведь тебя, Волк, ваш Бог сберег! Боримирушка говорил, что ты - христианин. Мне советовал, что когда будут заставлять крестится, то не супротивится, а принять. Он - знал, что Христос ваш - сильнее всех и над всеми, но сам вере предков не хотел изменить. А наши тоже всё брыкаются здесь, особенно некоторые, вот и теперь куда-то пошли бить попов с их защитниками. Вчера, как раз и ушли, прибегал гонец с этой вестью о походе. Так что ты – не опоздал. Где-то схлестнуться в лесу, а там как знать... Только, чую я , что добром это не кончится, доберутся и до нас… люди с крестами и мечами. - Помолчав, подумав, продолжила - Ладно идём в дом, не говори моим пока, на ночь-то. Утром - сама скажу. Хватит и того, что я одна спать не буду и с ночкой беду свою коротать и переживать.
Взяв горшок с прахом Боримира с собой Голуба и я из хлева, где состоялась эта беседа, вернулись в дом. Спать меня, как всегда, положили с Беляном. Он пытался было разговорить меня, но я, сославшись на усталость от дороги, быстро заснул. Все-таки, под знакомой крышей рядом с близкими людьми приходит спокойствие и уверенность, что ничего плохого не случится и случиться уже больше не может. Ты, я, да и любой из нас как бы находится под защитой родных стен и людей, и их доброжелательность и миролюбие хорошо расслабляют и успокаивают. Сколько я слышал и знал об опасности такого состояния и скольких людей оно подвело... Не перечесть... Но человек, как любое животное, имеет или ищет такие места, названия у них, конечно, разные, а суть-то одна: дом, нора, берлога, логово...
Вот и я сейчас так: за последнее время впервые оказался в таком месте. Это успокаивает и даёт силы. Как же многие люди теряют связь с корнями, забывают ценность таких мест и людей, живущих рядом. К сожалению, чтобы это понять нужно потерять.... Будет же и у меня когда-то такое убежище! Свое! И я всё сделаю для этого.

Утром встал чуть позже других, чтобы не мешаться под ногами. Ну и хотелось беззаботно поваляться и потешить Лень-матушку. И правильно сделал.
Голуба уже рассказала детям о том, что их дядя Боримир погиб в схватке с ворогами, что я, Волк, проводил его в вечность по воинскому обычаю. Прах его привез ним, его самым близким и родным людям, чтобы мы, все вместе, смогли попрощаться.... Сейчас же, прямо с утра пойдем на капище и совершим, что положено по обряду.... Волк, пока, останется здесь. Так надо. Он уже попрощался...
Когда они вернулись, то старшие сыновья Станимир и Разумник ввели мать под руки . Оказалось, что она на обратном пути с капища, было очень не внимательна, ну, оно и понятно, споткнулась-поскользнулась на корне дерева и подвернула стопу. Тутошняя бабка-травница, к которой обратились за помощью, покрутила-поправила, обложила распухшее место травами и велела пару дней не ходить и хозяйством не заниматься....
Вот так, все эти дни полными хозяйками по дому были её дочки Милава и Ладислава, их это не сильно огорчило, а даже преобразило в лучшею сторону. Они как бы повзрослели и в свои 10 и 8 лет вели себя, как отроковицы, которым можно уже что-то поручить. Братья как-то сами собой распределили остальные домашние обязанности. Старший Станимир в свои 16 лет крепко любил труд на земле, средний - Разумник тянулся ко всяким поделкам по хозяйству, а вот Белян, мой ровесник, готов был шастать по лесу целыми днями.
Из задумчивости меня вывел голос Милавы, попросила подойти к матери. Голуба сидела и поглаживала ногу около лубка.
- Тётя Голуба, ты меня звала?
- Да, подойди, присядь поближе, "племянник."- сказала она, произнеся это с какой-то иронией.
- Хотелось бы от тебя самого услышать как и что у Тебя произошло...
- Так я ж, вроде, всё рассказал уже, остальное - не важные мелочи...
- Нет, - остановила, подняв руку. - Не сейчас, это-то я поняла, а ДО того как ты встретил моего брата, ну, и потом, что посчитаешь нужным.
-Хорошо, сейчас соображу, Что следует рассказать....
На короткое я время задумался: а зачем ей это опять слушать, однажды уже услышанное? Может быть, хочет поймать меня на вранье или сравнить с рассказом брата? Нет, не такой она человек... А, скорее всего, ей надо определится, как ко мне относится! Раньше-то был брат, он решал, как он сказал - так и верно, старший он был и мужчина, которому не возразишь... А сейчас ей самой можно и пересмотреть моё положение в ее семье, вернее, запросто для меня, вообще его лишится... Да, ситуация.. Сказать ей, что я просто знакомый, часто бывший здесь в гостях, который, вспомнив о чести вскоре покинет этот гостеприимный дом.
Так, еще раз. Раньше главой семьи был трудолюбивый муж, Борщ, он погиб, но остался щедрый брат - Боримир, но и он -погиб. Кто будет поднимать хозяйство? ...Зная мою слабую склонность к хозяйству вообще, буду ли здесь нахлебником или... Ведь, по сути, я - чужой для них человек, но волей покойного брата ..., но об этом знает лишь она. И как это будет выглядеть просто по людски, что она выставила малого парня, сироту за порог... Её же не только мир осудит, но и свои дети не поймут. А, вдруг, она думает, что я на что-то претендую? Да-а... тяжело тётке, надо успокоить.
- Надо начать мне о себе рассказывать немного раньше нашей встречи с твоим братом, тётя Голуба. Вот что могу поведать:
Моя мама из новгородской купеческой семьи. Там они познакомились с моим отцом, он служил в дружине у князя Мстислава, в детских. Отец, по их с мамой уговору, увёл её со двора без родительского благословения . Её отец был против. Не признавал, не увидел в моём отце желанных достоинств. Через несколько лет отец уже был десятником при киевском столе, а затем и полусотником гриди.
Мы, по поручению князя, поехали на степной рубеж, где он должен был принять сотню. На одной из ночных стоянок напали половцы... все погибли. Похоронив мать, я, наверно, громко плакал и меня заметил проезжавший мимо Боримир, ну и взял с собой. Потом уже обнаружилось , что он знал моего нурманского деда, решил помочь ...
В Киеве выяснилось, что нападение на нас подстроили отцовы завистники. Боримир повез меня в Новгород, к семье матушке, там опять не признали родства. Может позже, после смерти деда Стояна... признают...Не ведаю сего...
Тогда твой брат и стал моим опекуном и наставником. В разных местах, где довелось побывать...вместе с ним... я был для всех остальных то его внуком, то племянником, как у вас. Он решил помочь мне встать на ноги...
- Что именно он имел ввиду? - прервала меня тетка.
- Например: когда я поступлю в дружину, в детские к кому-нибудь или когда признает меня новгородская родня.
- Так, погоди, ты же крещён?
- Да и родители венчаны, но...
- Ты у нас не можешь долго оставаться. Что крещен - узнают!
Эта, вдруг выскочившая фраза, для самой неожиданная и не уместная, привела её в смущение и она поспешила оправдаться:
- Ведь, рано или поздно, но прознают, что ты с крестом, беды не оберёшься ...всем нам достанется... А ведь креста снимать нельзя и стеснятся его тоже. То мои знакомцы поведали… Здесь, в Куньем, крещеных очень сильно не любят... и боятся...до смерти.... Пойми: я не знаю как быть, что делать... может ???
И она посмотрела на меня вопрошающе.
Я тут же решил её успокоить в ее сомнениях.
- Тётя Голуба, я, ведь и не собираюсь оставаться здесь надолго. Перед тем, что случилось с Боримиром, он одолжил серебро человеку, живущему в нескольких днях от сюда. Мы с Беляном, если ты его отпустишь со мной, съездим и привезем серебро сюда.
- Велик ли долг-то? - уже с какой-то хозяйской интонацией спросила она.
- Достаточен.
- А почему только вдвоём , мог и старших взять.
- Нет ,всем не надо, они – не воинские люди, да и здесь, тебе по хозяйству, помощь нужна.
- А, Белян мой, что, значит - "воинский человек"? - хмыкнула недоверчиво она.
- Он один - их двоих стоит. Как и Станимир - один заменит нас двоих на пашне.
- Да уж не в отца Белян пошел, а в деда нашего - Всеслава и дядю - Боримира.
- Тетка Голуба, хотелось бы спросить, раз уж у нас пошел такой разговор: не отпустишь ли Беляна со мной в Новгород, в дружину. Ведь дед мой новгородский, Стоян - купец не малый, но и он не вечен, а дело сыны его продолжат, а они ко мне не так плохо относятся.
- Ты чё удумал-то! Воевать пойти и, маво еще собой тащишь туда же, с пути сбиваешь.
- Никто из старших ратных нас, молодых, там никуда, на серьёзное, не пошлёт. Несколько лет нам придётся учится и быть на посылках, а лишь потом... У купцов-то не только воины, но и другие имеются. Да и самого Беляна надо спросить, может не захочет.
- И спрашивать не надо, я уже ответ его знаю, - вздохнула огорченная Голуба. - Только он тут, повзрослеет немного и уйдёт от меня, также как и шебутной Боримирушка когда-то оставил наш родительский дом.... Она еще помолчала и уже совершенно другим тоном спросила:
- Когда ты хочешь ехать к тому человеку ...за долгом?
- Надо поговорит с Беляном и через пару дней, думаю: двинем.
- Хорошо, но в Новгороде, тебе придётся рассказать ему правду и он узнает, что ты не его братан.
- Если пойдёт так, как я предполагаю, то это будет уже не важно, пока пусть остаётся как есть.
- А, когда в Новгород?
- Решим, когда вернёмся с долгом .
- Интересный ты - Волк, первый раз мы с тобой так разговариваем. Ты совсем не похож на мальчишку.
- Горе и несчастья взрослят не по годам и делают взгляд на мир серьёзней. Взгляни теперь сама на своих дочек..., дай им сейчас куклу, так они с ней начнут не играть, а будут учить её варить кашу!
- Ах, я раззява, с этим клятым корнем, чтоб его ... Дочек малых взрослю не ко времени... Так хочется побаловать... ведь дети же совсем.
- Это ты так говоришь, потому что уверена в их умениях, наученных тобою. А вот если бы они были неумёхи, то по-другому бы причитала.
- А и верно, пусть привыкают. Я старею, болячек прибавляется, да и расшибиться могу, невзначай, а они уже уметь что-то будут!- улыбнулась она.
- Ну, я пойду-поговорю с Беляном.
- Ступай, сынок, - неожиданно сказала она.
Я так растерялся от этих ее ласковых слов, что и не нашёл как ответить. В её глазах и на лице увидел извинение и заботу. Молча кивнул и вышел.
Сейчас я не собираюсь говорить про подарок Боримира - про зарытое серебро, укрытое здесь, рядом с Куньем.
Так бы она, наверно, могла отнестись по-другому к отъезду в Новгород. Не отпустила бы Беляна , пока он бы не сбежал отсюда сам через несколько лет. Я и не собирался присваивать ту кубышку себе. Пусть-ка она тут побудет, ибо такое богатство сразу, таит в себе большую опасность. Такое - надо давать частями. Все полученное от Некраса я собирался дать ей и посмотреть, как она этим распорядится. Проверкой бы послужила бы и просьба дать на дорогу. С Путиславом-то он бы расплатился сам, без её ведома. Надо, все таки, брать тех близнецов с собой, по крайней мере попробовать предложить . Отца-то их, точно, необходимо умастить и усладить чем-то, желательно звонким и весомым...
Белян моим новостям, как и следовало ожидать, обрадовался и сказал о том, что он - всегда думалось о воинских делах, а не каким-то ожидаемом урожае, да и будет ли он.
Я, засмеявшись, сказал:
- Да, Белян, не скоро еще в тебе проснётся хозяин, а, все же, и про эти вопросы тоже надо думать уметь, может воину даже и больше, чем землепашцу.
Белян было слегка обиделся, засопел угрюмо...
- Да ладно тебе. Есть вещи поинтересней! Пойдём завтра на охоту?
- Пойдем!
- Вот здорово!
- Да, Белян, покажешь какой ты стрелок?
- А ты покажешь как метать ножи?
- Покажу. А ты покажешь как ваш Ярик ходит под тобой, а ты на нём. Можно ли на нём пускаться в дальнею дорогу?
- Согласен, давай сразу коней оседлаем, поедем постреляем, ну и посмотрим.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:28 | Сообщение # 102
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 5


Как и следовало ожидать Белян лучше меня стрелял из лука и стал лучше сидеть в седле. На следующий день поехали мы с ним на охоту. Ничего особенного мы не добыли, да и сильно-то не старались. Братан был настроен мечтательно, представляя будущую службу и всяческие приключения. Чаще задавая вопросы чем высматривая добычу. Меня самого, если честно, не меньше его одолевали думы и размышления о нашем и моем будущем... Настоящая цель той охоты была не нужда в пропитании. Белян как бы прощался с местами, знакомыми ему с детства и пытался их запомнить, всматриваясь в не раз хоженые тропы и буераки. Мне вспомнилось пребывание здесь Боримиром, гостевание ...
Сделал так, что проехали рядом с зарытым Голубиным наследством, последний большой гостинец от брата. Приметные деревья были на месте, а вот камни и пни находились под снегом, так что ждать придется, ну да - ничего, время пока терпит. Попросил и Беляна запомнить место, но не объяснил почему. "Просто: запомни и все.."
С первыми сумерками вернулись домой, немного грустные, но - довольные. Завтра предстояли сборы в дорогу. Всем семейством легли спать рано, все таки усталость взяла своё. Сестрёнки умаялись также, но Голуба их хвалила и они, довольные уснули, на игры и разговоры не осталось сил.
Во сне увидел Боримира, он смотрел строго, будто чего-то ожидая от меня, но ничего не сказал и не показал. Уже под самое утро приснилась мама, она гладила по голове и спине, прижимала к себе и говорила:"терпи сынок, ты - сможешь". Потом она преобразилась в Голубу, я недоуменно осматривался, ища матушку.
- Да-да, сынок, иди, посмотри, что там происходит.
- Где, там? Где, мама?
Но Голуба почему-то молчала, продолжая гладить меня по голове.
- Ну, что там, сынок, что не понятно? Станимир, ты можешь толком сказать, пошли Беляна, он шустрее...
При чём здесь Станимир и Белян, где мама, я спрашиваю...
- Во двор, все во двор, я кому сказал!
Это, что дед, что ли? - пытался понять я, почему , откуда ..? Какой-то факел перед глазами, неясная чья-то тень и она хватает меня и бросает в темную пропасть... Я лечу и кричу от страха... Ма-а-а-ма! Махаю ногами и руками, пытаясь предотвратить падение, но, все равно, ударяюсь о дно пропасти, замираю и с ужасом жду появления боли, боясь пошевелиться, ибо тогда придет вновь она - бооль... Меня кто-то трогает, тормошит и говорит: "Пошли!" И тянет куда-то, боли нет, это - уже хорошо, но какая то тупая безразличная вялось и беспомощность.
Появляться небольшой свет и шум. "Где, мама?" - пытаюсь крикнуть непослушными губами ...
Чувствую, что кто-то трясет меня за плечи. Перед моим лицом возникает Разумник и, продолжая трясти за плечи, говорит:
- Да проснись же ты, Волк, наконец! Проснись! Ну же, пошли во двор.
Я тупо иду за ним. Ничего не понимаю. Свежесть, вернее, холод, встретивший нас во дворе, сделал своё доброе дело. Проснулся окончательно. Ох ты ж....Вот же с трудом проснулся...
Морфей постепенно отпустил меня из своих объятий. Не даром говорят, что самое трудное находится между явью и навью. Где находятся неприкаянные души? Как раз, в таком подвешенном состоянии, где я только что и находился, между мирами. Где нет ничего твердо уверенного. Всё зыбко и шатко, нет опоры и не отчего оттолкнуться. Все хотят знать правь - истину.
Пока я приходил в себя, то во дворе вся семья торопливо обувались и одевалась. Передо мной тоже появилась моя одежда.
Из дома вышел суровый воин и крикнул второму, который, оказывается, был у нас за спиной:
- Ну, что там у тебя, всё в порядке?
- Да! - послышался ответ.
И, уже подойдя к нам, первый спросил, обращаясь к Голубе:
- Ну что, баба, Твои-то, все здесь?
- Все.
- А это, где мужик-то твой?
- Погиб...
- Что? Против нас ходил?- спросил ратник угрожающе.
- Медведь его... заломал, в том году еще...
- А-а,- примирительно, отозвался он.- Хорошо.
- Что же тут хорошего-то? – удивилась Голуба - одна, вот, ныне всех тяну ... - кивнув на нас.
- Хорошо, говорю, что супротив НАС не пошёл ..., а то бы и ты сейчас - горевала, а так ...свыклась уже, небось. - А, ты, что ж, хворая? - Кивнул он на ногу.
- Да вот, оступилась на днях.
- Ну, что ж, хромая утка - далеко не убежит, да и выводок твой рядом. Так что не с руки тебе бежать-то, вернее, не с ноги. И загоготал, довольный своею злою шуткою. Но он был прав, как не крути.
А затем, видимо, решил успокоить и ее и нас, и показать счастливое будущее. Коли сейчас нам плохо, то потом будет хорошо.
- А мужика справного и работящего мы тебе - найдём. Ибо сказано.. .э-э, как там...."не хорошо быть человеку одному", вот!
Сдержано отсмеявшись , продолжил .
- Баба ты ладная, вон детишков сколь, хозяйство - справное, что ж, одной горевать-то.
Голуба со злостью спросила:
- А ты, что, сват али купец какой, что меня, да хозяйство мое так оцениваешь? Что сам-то тут делаешь, "мил человек"? Ишь,"заботливый" выискался, разбой чинишь и смеёшься над нами же!
Что, наши слёзы сиротские, своим смехом вытираешь, пустомеля?
-Ладно, хватит шуметь, - примиряющее ответил воин. - Идите-ка все на площадь, там всё о себе и узнаете. Салазки-то есть какие? Отвезли бы мать, а то... - обратился он к нам, ещё спокойней.
- Найдём, - пробурчал Разумник.
Когда покидали двор, этот незнакомый ратник строго предупредил нас, чтобы не думали бежать, а то - смерть. И добавил, как-то извиняющее:
- Шутки-то у меня уже кончились, стрелы острые - остались...
Успокоил, называется…
На площади Куньего, где, в другие времена, совершались их сходы, встречи и иные мирные дела, сейчас стоял шум и гвалт, голосили разбуженные дети, творилось сплошное непонимание всего происходящего.
То, что я тут увидел, больше всего напоминало кровавую ярмарку. Шутки здесь были черные и смертельные. Толпа колыхалась из стороны в сторону, как бы ища ответы во всех сторонах света "Купцы и покупатели товара" кружили верхом вокруг, покрикивая и обещая купить, но плата была не звонкой монетой, а... звонкой стрелой. Две проданные и купленные жизни лежали тут же, бездыханные...
Голуба нас предупредила, чтобы вели спокойно. Так и сказала: "Если и надо было что-то делать то уже - поздно или же надо ждать подходящего момента для бегства. Но не сейчас и не ближайшие дни, в которые легче умереть, чем что-то исправить".
Молодец, смышлёная баба, словно прочитала мои мысли! Не успел порадоваться за неё, как она тут же щелкнула по носу моего самомнения:
- Ну, что, "воины", нравятся вам такие вещи? - произнеся с издёвкой .
- Нет,- опустив головы, пробубнили мы с Беляном и вздохнули.
- Мама, а куда мы сейчас? - наверно, решив отвлечь, спросил он, но не угадал.
- А-а, так это, - "за серебром"!- С ещё большей издёвкой прозвучал ответ.
Девчонки младшие первыми не удержались и спросили: "За каким-таким серебром?"
- Вам, резвушкам, "на приданное", -тем же тоном прозвучал ответ.
Старшие братья предусмотрительно молчали, смотря по сторонам. Мы с Беляном присоединились к ним, что бы не получить еще большие насмешки.
Пока стояли на площади, приходили в себя, выяснилось, что все село Кунье, взяли в полон, воины из села Ратное. Стало понятно, что попы-то из Турова здесь не при чём. Их, этих суровых ратников, привёл сотник Корней Лисовин, которого куньевцы, оказывается, чуть не убили со всею роднёю. Он и пришел наказать и взять сполна виру за все козни, что делали лесовики, пустить на поток. Да уж досталось им, наверно - заслужили. Вот и Голуба ещё до этого говорила, что НАДО мирится, а не бранится. И что их горячие головы доведут до беды всё село.
Вот так. Не прошло и трёх дней и ... я уже холоп ... Нет, пока ещё нет, но скоро могу стать. А то и в вечные вирники запишут, с них станется. "Хрен редьки слаще", аль нет? Да какая разница. У сильного всегда слабый виноват . Надо что-то думать ...пока это не скрепили обельной грамотой...
Подожди-ка, поймал я себя на мысли, Ратное это ж - то самое село, про которое мне говорил недавно Путислав и его близнецы.
У них там еще какая-то "младшая стража", которая всем понравилась в Турове. Интересно... надо будет присмотреться и разузнать. Путислав ещё советовал мне туда съездить, посмотреть. Ну и ну, не думал, что таким способом придётся ...съездить. От предложения гостеприимного знакомца Путислава, я тогда отмахнулся, да и не сильно заинтересовался. Ну а сейчас… Как же их лучшего мальчишку зовут-то.. как-то знакомо, ведь говорили же.. ..Да! Точно - Михаил! Как отца ... Этот Корней - Сотник у них в Ратном. А вот отец-то так им и не успел стать ... Мог бы так же брать силища на щит, вернее, в степи-то становища и вежи . У кочевого народа другое...
Через некоторое время , когда всех собрали, то Корней сказал слово. Да уж, голос этот Корней имел грозный и вид суровый: настоящий воин. Сказал, что их земляки совершили над ним злодейство. Да еще какое! Душегубство против кровных родичей замыслили... Кровь невинных отроков пролита, но Бог уберёг от больших потерь и в таком случае, он, в своем праве , берёт законную виру, но не их жизни, а свободу. Но и то, со многими оговорками. Одну из них он сейчас назовёт, а другие они услышат в Ратном.
Единственная причина, по которой они, туда не попадут - это смерть ...по собственной глупости.
Потом попросил объявиться родственников его невестки Загляды, в крещении - Татьяны
Поднялся небольшой гул и оживление, местами до скандала .
Корней гаркнул, потребовав успокоится.
- Если кто дёрнется, больше чем надо, получит - стрелу. А если потом выяснится, что это был его сродник, так и быть: разрешу закопать по-быстрому. И пусть радуются, что он чтит кровное родство.
Велел идти по своим бывшим домам - собирать скарб и выезжать быстрее из городища. Так как Кунье, будет предано очищаемому огню, по княжескому наказу за участие в бунте.
В оставляемом хозяйстве Голубы мы, все вместе, собрали всё, что могли, тут и мой Змей пригодился.
Потом был долгий и опасный путь с хладными телами на обочине. Ратненцы - суровые воины. И справедливые, как мне показалось. Даже своего казнили, из воинов, ибо проспал каких-то врагов в дозоре. Чувствуется, что это глубоко воинские люди. Так поступают воины в походах, это - не совсем разбойники. Про такие порядки мне рассказывали отец и деды.
Путь был опасен для тех, кто пытался сбежать по дороге. Некоторым - это удавалось, но многие и гибли.
Узнал, что этот отрок Михаил, тоже в обозе, раненый лежит и это сделали - куньевцы. Главное - живой. Ох, если бы не это, то и не знаю, чтобы Корней сделал бы с этим селищем и его жителями. Про него тут всякое болтают... Оказалось, что этот самый Михаил - внук сотника. любимый. Наследник, как говорят...Страшно подумать, если б убили...


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:30 | Сообщение # 103
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 6


Всё когда-нибудь заканчивается. Закончился и наш тяжкий путь, с его неустроенными ночёвками и стоянками. Дошли...
Но больше всех тяготила неизвестность и резкая перемена. Ещё вчера ты просыпался от песни петушка в курятнике или от нежного прикосновения к плечу ..., а сегодня тебя будят и поднимают, резким и грубым окриком. Мужчинам это было более легче перенести, а вот женщинам и детям было очень не легко, слёзы на их щеках были частыми гостями.
Надо было привыкать к отсутствию или малому наличию привычных и нужных вещей. Мне вот как-то было неуютно чувствовать себя без оружия, но ножей-то не отняли, уже хорошо. Голуба большую часть пути провела на санях, но если была необходимость, то отходила, опираясь на клюку, который смастерил Разумник. Мы с собой везли достаточное количество вещей и еды, очень пригодился Змей, так как на него смогли нагрузить и дополнительную поклажу. Вьюки распределил так, что бы они не сильно давили на спину, да и сами они были меньше, чем у других лошадей.
Поговорили с Голубой. Решили выдавать меня за её сына, так будет проще для всех нас, да и держаться в такой беде нужно вместе. Все младшие моей новой семьи обрадовались, а старшие братья приняли это спокойно, но также, одобрили предложение матери. Сколько это тайна продержится не так уж и важно, главное сейчас: попасть в одни господские руки.
Да, мы готовились принять неизбежное холопство, но чувствовали и знали, что оно - временно и мы выкупимся обязательно, а с одним хозяином всегда легче договорится, чем с несколькими. О том, что выкуп обязательно состоится, больше всех знал я. Я же и постарался убедить в этом незнающих членов семьи, намекнул. что есть способ, но предупредил , что бы не болтали зря об этом, а то завистники могут найтись и постараться и шепнуть хозяину об увеличении выкупа. Так что о сохранности тайны такого будущего, я ничуть не сомневался.
Придется и мне, какое-то время, побыть холопом, как моему великому земляку, а вот смогу ли повторить его дальнейший путь и подняться над всеми, это - зависит и от меня и от моих будущих покровителей. Нужно искать таких везде, где только можно, даже здесь, в этом самом селе. Судя по подмеченным порядкам, здесь - неплохие вои, хотя количество ратников не так уж и велико, говорят: раньше было - больше.
В лучшие годы мой нурманский дед Ингольв мог выставить десять драккаров ! После же, когда покинул родину предков, больше трех уже и не собирал и здесь, и у ромеев. Из своих, близких, с трудом набирался один драккар, другие - все пришлые, вольные как ветер, а многие - такие же изгои с похожими историями. Интересно, с чего начинал своё возвращение Олаф. Ему помог великий князь Владимир. Но, Олаф был - из рода конунга, а я-то, всего лишь, из рода ярлов или бояр, как можно сказать на Руси, но пока и этого нет... Мне и следует действовать также, но - осторожно. А то, кончится все может для меня плохо или …
Представил себе: "Княже Мстислав, тут.. к тебе какой-то холоп безродный ломится.... Почто, княжеское имя, почём зря, треплешь, рядом с собой произносишь, знакомством кичишься, откель взялся только, такой шустрый? ... Сейчас-сейчас, он нам, на дыбе, опосля правежа, всё, как есть поведает, можа, тогда и нам, сирым, придется пред ним шапку ломать, да в пыли валяться... Ну-ка, пойдем, милок, правду дознаваться, повесишь чуток, можа, что ещё вспомнишь антиресного..."
Уф-ф, как представил, аж всего – передёрнуло и холодом пытошной повеяло ... Нет, не хочу, бр-рр... Надо – тихо и с умом. Бог даст, случай и людей пошлёт, способствующих такой встречи. Благо то, что сейчас можно будет в церковь пойти помолится. Хотя... Нет - нельзя, я же, сейчас, как бы лисовик-язычник, вот тоже - новость. Что ж мне делать? Про это, я и не подумал, вернее - подумал, но, в последнею очередь. Прости Господи, мою многозаботливость...
Скорее всего, нам, холопам, предложат крестится или даже - заставят. Надо соглашаться, при первой возможности . Пусть будет, как в требнике:"…аще не крещеный..." Бог меня - простит, столь малый грех ..., эх, да за мной есть и поболее, и нераскаянные, так что ...

Ну, сейчас точно, всё, выехали из леса и, в конце поля, показался защитный тын из-за него виднелся купольный крест, а крестится на него мне - нельзя, заметят и …, но можно же изобразить крестное знамение глазами, как учил меня поп Василий, вверх - вниз, вправо - влево. Слава Богу, прибыли...
Само, Ратное, к которому нас привели, было, конечно, больше, чем Кунье, но, не намного. Что-то поворачивают в другую сторону, а-а, понятно, чтобы их новые холопы ждали своей участи вне сельских стен. Разумно... А вокруг - снег...зима...
Несколько дней нас всех держали в неведении о дальнейшей нашей, холопской судьбе. С хозяином, пока, не определилось , ходили мужи, смотрели, спрашивали что, да как, что умеем, кто и что имеем... Даже мальчишки какие-то непонятные нами интересовались. Когда осматривали и расспрашивали, то нас всех просили стоять семьями.
Также предупредили, что будут крестить всех, но, не сразу, а - постепенно. Я улыбнулся такому известию и своим догадкам. Ну, что же, совершим обряд крещения - повторно, укрепим веру. Ничего плохого в отношении своих будущих хозяев, я не задумывал, про побег - тоже, это будет только хуже для моих.... Я – сбежать всегда сумею, а они … пропадут еще из-за меня...
В один из дней ожидания приехал сын Сотника, Лавр, в сопровождении двух отроков, все - в броне, на конях, красиво смотрелись. Вот бы мне - такую … Лавр Корнеич назвался, сказал, что сейчас они выбирают мальчишек на воинское обучение, в Младшую Стражу. Те, кто туда попадут и хорошо себя покажут, то - их семьям будет разрешено выкупиться. Потом... Если же, кто из них - погибнет, то, всей оставшейся семье – даётся вольная.
Мы, с Беляном и Голубой, переглянулись. Я не мог удержаться от укола, улыбнулся ей и сказал : - А мы с Беляном - и так, воины, так что нам - туда путь и лежит.
- Ну, в таком разе, идите - "воины", записывайтесь, да , может, они вас и не возьмут еще – с горечью усмехнулась она. Но, было понятно, что нам всем не до шуток...Приходилось выбирать свою дальнейшую стезю...Какой-то она будет...
Голуба еще помолчала и добавила:-- А как не глянитесь вы новым господам, "воины"? Тогда и будете вместе с нами землю пахать, да навоз всю жизнь убирать...
Беляна аж всего перекосило от таких шутливых слов матери. Я поспешил его успокоить:
-- Матушка твоя шутит, хочет тебя позлить и, хоть, чуть - чуть, да наказать, за твою прошлую лень и слабое желание работать по хозяйству.
-- Это когда такое было? Я - завсегда, когда надо помогал...
-- Но, ведь, с ленцой?
-- Это - верно. Неохота мне навоз месить.
-- Ладно, Белян, меня это – тоже касается, всё, давай закончим, а то, тебя, с такой рожей, точно пошлют ...что-нибудь молотить, но не мечом... А то, и тебя побьют...
-- А это за что еще?
-- А чтобы, смотрел веселей. "Угрюмый - сидит на печи, да жуёт калачи и ничего не хочи".
-- Я...я - так не хочу, вот! ...сидючи. И он улыбнулся.
-- Ну вот, сейчас стал похож на удалого мoлодца. Всё, уже подходим.
И,... нас приняли, после некоторого расспроса.
Затем, всех отобранных отроков увели в сторону, поделили на десятки. Белян - попал в десяток разведчиков. Там, среди них, был еще сын того самого охотника, Стерва, который убил медведя, задравшего Борща, отца Беляна ...Мы с Беляном сразу договорились, что свои знания и умения не очень будем показывать какое-то время, чтобы не выделяться среди остальных.
Про крещение нас предупредили загодя. Парни-то не очень артачились, больше для порядку поворчали, а я, так вообще, молчал по этому поводу. И, вот этот день, пришёл. Я, почему-то , стал волноваться, наверное, передалось настроение Беляна и Голубы. Кстати, крестили семьями, кто с кем пришел..
Перед купелью, нам сказали-объяснили, Что и как делать. Чтобы не забыли свои новые крестильные имена, нам начали раздавать кусочки бересты с этими именами. Просили их сохранить некоторое время, для напоминания.
К каждому из нас подходил десятник Василий, доставал из короба бересту, читал имя и вручал новообращенному отроку. Он приближался уже и к нам с Беляном, первым стоял он, потом я. У меня началась какая-то внутренняя дрожь, которую я, с трудом, сдерживал.
Беляну уже прочли его новое имя - Прохор.
Василий встал напротив меня и, доброжелательно глядя, опустил руку в короб, достал белый кусочек, опустил на него взгляд и произнёс: - Степан.
Его достаточно тихий голос прозвучал для меня, как гром с небес: СТЕПАН!!!
Я вздрогнул, последний раз, как больной в приступе, и замер. Дрожь прекратилась , но наступил ступор.
Бог явил мне Свою Волю и Своею Десницею, Указал, что Он - ведет меня по земному пути. Моё имя – вернулось ко мне! Имя мне дали в честь мамы, которая была в крещении - Степанида. Отец очень любил её и, чтобы показать это и, особенно её родне, крестил меня под этим именем, да и по святцам было - близко. Были, конечно, и другие, но это – было более звучно.
В Киеве, грек - поп, что учил меня, тоже, кстати, - Василий, рассказывал, что, по преданию, в преддверии будущей райской жизни, Ангел Божий, каждому вручит белый камень с его настоящим именем. Которое и было дано изначально этой, человеческой душе, самим Богом.
На этом камне предначертано не только его имя в вечности, но и Путь.
Человеческая душа прочтёт своё настоящее имя и его пронзит Истинна о нём самом. Каждый поймет о себе всё, кто он и что ему предназначалось и чего он достиг или не достиг.. . Душа же – поймёт свою сущность и своё место в мироздании. Мир для неё приобретёт целостность и завершённость. Как бы, рассеется туман и предстанет новый, прекрасный Мир. Вечные вопросы бытия отпадут сами собой ...
Сейчас же один вопрос уже прояснился. Решено! Я – остаюсь здесь и никаких побегов. Моя жизнь будет навсегда связана с этим местом и с этими людьми, где бы я потом не находился, чего бы не достиг, я всегда приду им на помощь, а, может, и они - мне помогут. Но это надо ещё заслужить. Боже, призываю, узри чистоту моих намерений!
Так. С кем - этот вопрос теперь ясен. Когда? Бог даст Знак мне в нужный срок! Надо - лишь терпеть, стараться и ждать. Если уж, я - Степан, ничтожная песчинка мироздания, букашка на Ладонях Его, и то, храню свои тайны, то - Создатель Вселенной, тем более, имеет право на них. И , не надо спешить, всему - свой срок. Надо лишь - довериться Ему и....
Меня тряс за плечо Белян , вернее.. ээ.. Прохор, надо привыкать к новым именам.
Почувствовал, что стою столбом, с лицом полного дурака или блаженного. Ох, наваждение, пора заканчивать с этим, а то - подумают, что с головой моей – не всё в порядке. Зря опасался, Прохор понял это всё гораздо проще:
- Да ладно тебе, не расстраивайся, вроде нормальное имя - Степан .., звучит.
Вон, у дядьки Стерва, такое, что даже сам он не может сказать, не то, что другие, такое накрутят ... Пойдем, уже зовут нас. Сам же говорил: "держаться молодцами".
- Да я ничего, я – не возражаю, просто, не привычно... Пошли, действительно.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:31 | Сообщение # 104
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 7
Потом началась у нас новая жизнь, воинская. К ней я стремился, её, в результате, и получил. Но там и тогда, где никогда бы ранее и не подумал. Не в стольном городе, не в дружине княжьей... В глухом лесу, в селе, хоть и воинском, порубежном, но... Этот рубеж уже давно отодвинулся. Я себе в мечтах представлял, что обучение мое должно будет проходить в детинце какого-нибудь князя или важного боярина, но жизнь преподнесла мне и такой урок. "Не будь презрен к малым сим".
Всё мне нравилось в нашем обучении, да и окружавшие ребята тоже. Пока ни с кем еще близко не подружился, да и времени на свободное общение было мало.. Так уставали с непривычки, что не очень-то и могли долго болтать. Естественно, Прохор был моим самым частым собеседником да ещё Андрей из Куньего, они и ранее - дружили. Десяток разведчиков чаще всего посылали на занятия в лес, но и мы тоже там бывали. Познакомился с тем охотником, Стервом. Узнал от него столько нового, что даже неожиданно как-то стал больше понимать страсть Прохора к лесу.
Мы все тут, в обучении, были примерно одного возраста и умения. Кто-то на год старше,кто чуток младше, но в целом - ровесники-погодки. Если б по-иному пошло, попал попал, к примеру, в детские, то там точно не избежал бы насмешек и подначек. Несерьёзность отношений старших ратников, преследовала бы молодого и неопытного несколько лет. А здесь - нет, все равны, лишь твоё умение и старания могут выделить и выдвинуть тебя из равных.
В начале мне было нелегко скрывать или уменьшать своё умение, но парни так быстро и охотно учились, что необходимость в этом вскоре отпала. Многие же вещи я, вообще, узнал впервые или взглянул на них по-другому. Самострел и кнут как оружие, мне были совершенно не знакомы, вернее, незнакомы все способы их применения. Кистень тоже открылся заново с новыми возможностями. В борьбе и драке, также ждали неожиданности. Сколько новых слов и названий я узнал за такой короткий период... Источник всего этого, Михаил - внук сотника. В преданиях говориться, что самый умный из людей, был тот, который давал названия всему окружающему миру, это – Адам, он прожил тысячу лет. Но тут ... - мой ровесник и такие познания ... Явно, Архистратиже Божий Михаил благоволит ему и оберегает!
По жребию, мы - семья Голубы, попали в холопы к сотнику Корнею. Труд был привычен, а Разумник был даже доволен, так как был освобожден от иных хозяйственных дел и занимался только ремеслом, в кузне Лавра. Именовался он сейчас - Николай. У всех моих родных появились новые имена. Голуба стала Зинаидой, Станимир – зовется Васей, Милава - Фотинией, Ладислава - Марией. Все трудились по мере сил, но никто жилы не рвал. Кормили сносно. Не обижали.. Свобода была, конечно, ограничена приказами и разрешениями, но... жить можно, грех жаловаться....
У меня у самого было предчувствие, что выкупиться все мы сможем и своими силами, без того серебра, оно – нам ещё пригодиться для других дел ... на свободе. Об этом мы поговорили с тёткой Зинаидой и Прохором, другие наши оставались в неведении, ни к чему им лишнее знание..
Я попал в десяток Василия или Ростислава, но, чаще всего, мы, между собой, его называли Роська, конечно, за глаза. Ибо он, был ревностный христианин и призывал использовать имена своих небесных покровителей, а языческие - постараться забыть, но сам же и был подтверждением обратного. Я своё родовое имя не собирался забывать, не след это. Конечно, использовать его надо к месту, но не в церкви же ... Там у меня свой - небесный Заступник, но и род стоит за меня, а я, когда понадобится, должен буду встать за него.
Роська оказался хороший десятник, не в смысле знаний, этого ему самому явно недоставало, в старании и заботе о людях, в справедливости, легкости и простоты отношений с ребятами. Самый воинский отрок среди нас был десятник Дмитрий, вот он - очень надёжен, спокоен и уверен в своих знаниях и умениях. Правда, душевности в нём было мало, а может, это только в сравнении с Роськой? Служба и выполнение своих обязанностей для него было всё. Отдыхающим и нечего не делающим, я его и не помню. Если даже просто сидел вечером на скамейке с кем-то, то обсуждал прошедший день или готовился к новому. И постоянно руки упражнял, то с кинжалом, то еще с чем... Настоящий воинский начальный человек! Не даром, Михаил больше всех других давал ему какие-либо поручения. Хорошо иметь такого боевого товарища, но жаль пока, не друга, а может.. сойдёмся когда-нибудь ближе, кто знает? Вот с кем я бы, действительно, хотел подружится, так это с Михаилом. Почти всё мне нравилось в нем, в его поведении, взглядах. Мы - многие, старались ему подрожать, как могли, и я в том числе. Он показывал пример: каким может быть Командир, не только отдающим приказы, но и первым их исполняющим. Мы все - его подчинённые, иногда, буквально жаждали выполнить его волю, не задумываясь при этом. За что, порой, и получали нагоняй от него же, но зла не затаивали. Были, конечно, и такие, которые его не понимали и не собирались понять, но их, среди нас - было меньшинство.
Вот что значит кровь предков, воинское поколение! Говорили, что у него - бабка из Рюриковичей... Он - достойный наследник и продолжатель дела сотника Корнея. Первый наследник, по обычаю, конечно, Лавр, но,... тому больше нравиться владеть тайнами кузнечного дела, чем людьми. Молот Тора он явно носил с собой. Так бы сказали мои предки. Как рассказывал мне Николай, то он, судя по всему, и не стремится к власти, даже избегает её тяжкое бремя. Его, мол, устраивает такое положение.
А вот Михаил, видно имеет какую-то иную цель и упорно стремится к ней. Мне тоже нужно такое упорство, ну а цель свою - я знаю … или кажется, что знаю. Хочется верить в это! Вообще знания и умения Михаила так велики, что и не поймёшь, порой, где их рубежи. Говорят еще, что многому его научил дед Корней и местный священник, отец Mихаил, что крестил нас. Тот, мол, учился в Царьграде, но и мои наставники греки-попы оттуда же, но такое мне не поведали ... Хотя, может мой срок не подошёл, узнать да понять-осмыслить все это ...

Наконец-то, за многие месяцы скитаний, смог причастится. Исповедь моя, конечно, была не полной, но о том, что можно, я - рассказал. Когда же я смогу быть искренним с Богом в присутствии свидетеля? ... Не знаю. Тяготит меня всё это... Так можно закончить жизнь, как киевский монах Василий... Ведь он - был ранее воином, причём, из знатных ... Нет, даже думать не хочу об этом, нельзя мне. Всё, хватит об этом!
Наконец-то увидел, как боярич Михаил стреляет на звук, с закрытыми глазами...!!!...
Сколько же разных удивительных историй, сказок и песен он знает и все они, какие-то необычные! Ох, завидую я тем, кто сможет его слушать, на старости лет. Он может стать великим сказителем! А может, это - волхва Нинея одарила его этими умениями? Кто знает..
Первое время мы, отроки в воинском обучении, жили в деревеньке у этой самой Нинеи. Я её близко не видел, только издалека. Один раз наши ребята показывали своё воинское умение для нее. Она осталась довольная и все парни - тоже, от общения с ней. И вовсе, говорят, она не страшная, а добрая и заботливая... Да, уж... Волхва языческая! Ну не знаю... В тот день, когда это все происходило, я был в дозоре. А когда мы поселились в Михайловом городке, то встречал лишь её внучку.
Вторым десятником у нас был - Дмитрий. Он мне и раньше нравился, ну а когда сошлись поближе ... При нём я стал - младшим урядником.. .Оценил он мои умения и старание ...

Когда усмиряли заговор в Ратном против Лисовинов, случилась и первая гибель в нашем десятке и вообще в Младшей Страже, это был Григорий. Мы, обучаясь, даже и не думали, что есть, оказывается, люди, которым не нравится дела их сотника. У всех нас - отроков Младшей Стражи, напротив, уже появилось чувство единения, что это поможет нам в будущей жизни и поддержки друг - друга. Наверно, мои старания опять не остались незамеченными и меня назначили десятником, вернее урядником нашего десятка. Дмитрий - стал Старшиной .....
В походе на землях боярина Журавля, мы - воинские отроки, показали, что можем сделать многое, если правильно применить наши возможности и умения. Погибших и раненных среди наших ребят, конечно, прибавилось, но, зато, добычу взяли такую, что не всё тогда и смогли увезти-то …

...Защищали Ратное от ляхов и от них же освобождали Княжий Погост.
Тогда я.... сильно испугался возможной гибели Михаила. С ним я уже накрепко связывал часть моего будущего ...
Того веселого стражника, в Княжьем погосте, не встретил, наверно - погиб ... Бог знает, как...
Ляхов от себя - прогнали, но остались и еще, другие, которых тоже полагалось наказать.

.... А как лихо мы захватили пять лодей и увели из под носа ... Такую Знатную Добычу!!! Это вообще!!! ... Скальды и сказители должны славить в веках…, но они, скорее всего, и не ведают про такой город Пинск. Я о нем знал, но ранее не был, не добралась наша ватага скоморошья до местного торга. Но нынешняя ярмарка вышла знатная. И по торгу и по чести.

Сейчас - опять подвиг! Захватили Городненского князя Всеволода и потом освободили его семью от ворогов... Да! Именно так! Михаил наш точно рожден для княжения! На родине моих предков, ярлы и воины давно бы провозгласили такого удачливого предводителя - конунгом и тинг бы одобрил такое деяние! Дед - Воевода, им и останется, а Михаил - имеет княжескую кровь! Вот и надо им становиться, а мы - поддержим. Княжескую удачу он уже перенял!
Но сначала нужно, чтобы они - Лисовины, поддержали меня или хотя б не мешали.

Сижу тут, вспоминаю, но надо решаться на откровенный разговор и открытие себя. На днях тут объявится Корней со своим войском. Михаил, к тому времени, должен для себя что-то решить, что и как доложить. Потом, еще эти дела, с княжеским семейством. С ляхами, до сих пор, ещё ничего не ясно, да ещё я тут со своим признанием и просьбами. Голова кругом от таких забот, но ничего не поделаешь, сейчас - самое удобное время. Один из братьев-князей точно будет знать о том, что тут произошло из доклада Воеводы и Михаила. Доклад и рассказ о этих злоключениях будут слушать лично, а не довольствоваться посланником и, тем более, письмом. Как бы и мне к этому пристроиться? Если всё же, Корней с Михаилом решат преследовать врага лично, а князя Городненского с семьёй пошлют, скажем, в Туров, то опять же, сопровождать их должен и я. Как не крути, а это – самый удобный случай заявить о себе! Надо решаться. Бог послал мне столько знамений в виде всех последних событий, что надо быть слепцом, чтобы не увидеть в них Его Перст!
Не только горе и беда приходят внезапно, но и счастье, порой, тоже, сваливается на нас неожиданно. Кто быстрее выйдет из всего этого или сможет извлечь свою выгоду, тот и на коне окажется, тот - победитель.
Да, Змей мой стал все больше уставать и требовать больше отдыха. Стареет боевой товарищ... Надо выбирать нового...
И мне самому пора выбирать новое положение и состояние, а я вот, сижу в нескольких шатрах от Михаила и не решаюсь сделать эти самые, так важные для меня и моего будущего, шаги. Такое ощущение, что я словно перед каким-то прыжком ... назад пути уже не будет!
И, странное дело, волнуюсь я сейчас больше чем... перед разговором с Корнеем или даже Мстиславом. Там – это будут последующие шаги, а сейчас-то самый первый! Любой путь, каким бы долгим он не был, начинается с первого шага. Трудного, но необходимого. И любой путник знает, как он тяжёл, труден своею решимостью. Я столько лет скрывал своё прошлое, что трудно решиться на будущее. Первый шаг сейчас, а те - будут потом..., такое спокойное слово "потом", там, где-то, когда-то ... Это всё – отдалённое будущее, но надо жить и решать уже сегодня. Здесь! Сейчас!
Как в Писании сказано: ".. живи сегодняшним днем, не беспокойся о дне завтрашнем. Бог не имеет не прошлого, не будущего, у Него всегда настоящее...", вечность без времени...
Ну, хватит себя уговаривать, ты же воин, Степан, тем более - опоясанный, отдан приказ вперед и его надо выполнять! А то ведёшь себя, как мечтающая девка на сеновале... Всё, опричник, встал и вперёд, на встречу со своим будущим..., которое сейчас - в настоящем. Вот, уже веселее и смелее. А, была - не была!


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:32 | Сообщение # 105
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 8

- Боярич, разреши войти, урядник Степан.
- Разрешаю.
Откинув полог шатра, прохожу внутрь. Докладываю о том, что "в лагере порядок, посты и дозоры расставлены, свободные от службы отдыхают. Раненые - в лекарской, под присмотром. Погибшие погребены. Урядник второго десятка Степан."
- Ясно, свободен, можешь идти – с некоторым нетерпением, что его оторвали от важных размышлений, произнёс Михаил. Подумав, добавил: -Погоди, но, вроде бы, не ты же - сегодня дежурный урядник? Как это так? Тоже штабным, как Антоха, решил стать?
Боярич приподнял бровь и вопрошающе смотрел на меня.
- Нет. Это я, боярич, решил совместить чужой доклад со своим личным разговором.
Выражение лица у него от моих слов ничуть не изменилось и ждало разрешения.
- Да в чём дело-то??? - вопросительная интонация усилила внешность, но, по хрипу слышно, что горловая хвороба не оставила его пока.
- Прошу набраться терпения и выслушать меня до конца. Говорит нынче буду более я, а тебе сейчас, в твоем положении - полезнее для горла помолчать... и думать больше времени останется. Это - касаемо не только меня и моей судьбы, но, и возможно будущего … Погорыния!
- ???!!! - Удивление. Нетерпение убрало с лица боярича первоначальное безразличие к разговору. Сдерживающим раздражение голосом, Михаил произнёс:
- Да что ты стоишь, Степан, ведь разговор, судя по всему, намечается у нас с тобой долгий, как я тебя понял. Так что, видишь: стоит ведро, выплесни воду и садись давай рядом.
- Да уж, боярич, ты прав, длинный будет мой рассказ и разговор у меня не простой... Только, прошу тебя, наберись терпения и не удивляйся моему неожиданному вопросу.
- Попробую, - поёрзав на скамье отвечал мне боярич.
- Вот, Вы - с Дедом, в теперешнем положении, сейчас пошли бы - пасти коров?
- Что-о-о?!!! – громко воскликнул молодой Лисовин – Ты что, забавляться сюда пришёл? Шутки шутить?
- Нет-нет, что ты! - поспешил я остановить готовые сорваться из его уст ругательства. - Ответ твой я и так знаю. Просто, хотелось бы настроить тебя на нужный разговор...
- Ну-у! Считай, что - настроил, дальше-то что? - успокаиваясь завершил он.
- Ты просто вспомни, как это Воеводство и Боярство, для Вас - Лисовинов, трудно доставалось. Даже сейчас, еще, ничего до конца не ясно. Подтвердит его князь Вячеслав Туровский или даже сам князь Мстислав Киевский, еще - не известно. Всё-таки, положение ваше, не такое уверенное, как хотелось бы Вам и Нам.
- Кому это, "Нам"?
- Тем, кто ждет от Погорынского Воеводства успехов, своих личных и Ваших с Дедом.
- А, ты, как? Тоже - ждешь, или стоишь себе в сторонке, выжидая, чем всё закончится?
- Ну не просто жду, но и иду... с Вами.... Ладно, это уже касается меня и Вас с воеводой.
- Степа, у нас сегодня что: вечер загадок? – немного улыбнулся Михаил.
- Некоторые загадки я сейчас тебе раскрою, но они - не дадут на всё ответы. Наберись терпения, потом сможешь задать вопросы.
- Ну давай попробуем..
- Я внук нурманского ярла, - резко произнёс и замолчал на миг, переводя дух после первого шага. Тишина была недолгой и не по моей проворности. Михаил меня опередил такой же резкой фразой.
- А я - "папа римский"!
- Не понял???
-Да пошутил я, - раздражённо пояснил он, - а ты - тоже?
- Нет, я сказал правду! Дед мой действительно был ярлом Ингольвом из рода Ульвара, начал служить ещё Олафу Тихому. После его смерти, тинг провозгласил королем Хакона, но через год тот умер при загадочных обстоятельствах. Поговаривали что к этому причастен Магнус Босоногий. Дядька - наставник Хакона, ярл Торир, мой дед и другие ярлы, побили войско
Магнуса, но тот, хитростью и посулами смог внести разлад в ряды сторонников Хакона, а потом и подавить восстание. Всех бунтарей и недовольных наказали. Кого казнили, у других забрали владения, некоторых приговорили к изгнанию, а другие и сами покинули родину, как мой дед. Он взял трёхлетнего сына Бёдмода, это был мой будущий отец и на одном драккаре ушёл в Новгород. Тогда он уже был вдовец.
Кстати, у Журавля нурманы, что в его дружине, похоже, с того времени....
Ингольв пошел в Новгород по старому приглашению, моего другого деда Стояна, новгородского купца, вернее Семёна Молчана. Встретились они за четыре года до этого в полуночной стране Бьярмии. Тогда Хакон, Торир, Ингольв и другие были там в походе. Где торговали, где сами брали.... Так вот, дед как-то помог сыну одного новгородского боярина, за которого отвечал Семён. Для него самого тот боярин был как благодетель, и дальнейшая его судьба могла бы сильно измениться если что-нибудь случилось бы с сыночком ....
Но Бог, через моего деда ярла, помог другому моему деду.
- Какая-то "Санта-Барбара" вырисовывается..., - тихо промолвил Мишка.
- При чём здесь Святая Варвара? Они не были крещены. Что-то я не понял, боярич.
- Да нет, ничего. Степан, ты докладывал, что все раненные в лазарете, а может и тебе туда обратиться? Тебя в последнем бою, случаем, не ошеломили? А может ты решил, как я в Академии, перед сном сказку рассказать, точнее -интересную историю?
- Тогда и ты мне ответь: если бы некоторое время назад, подошел к тебя калика перехожий и сказал, что невместно рюриковичу коровам хвосты крутить, что бы ты подумал и ответил?
- ???
- Самое мягкое, что бы ты сказал: "блажишь ты, старче, иди - девкам поведай былины!"
После не продолжительного молчания, воскликнул:
- Хорошо, уел ты меня! Но ведь тогда, я не знал ...
- А я - знал это с тех пор как помню себя!
- Извини, что прервал, продолжай.

Чуть помолчав и собравшись с мыслями, продолжил.
- Так вот они познакомились: и сын боярский, ну и купец, пригласили его на службу в Новгород. Он, конечно, отказался и даже немного оскорбился, лишь хорошая плата смягчила гордыню. И вот через несколько лет это приглашение помогло, но боярин был уже не столь щедр к беглецу родовитому. Ингольв оставил моего малолетнего отца в купеческом доме, а сам пошел в Царьград с теми людьми, которые остались с ним или потом присоединились. Там он служил несколько лет, воевал … Отец же рос среди детей Семена, но и воспитывался в воинском духе дядькой Бруни, потом он ещё и меня пестовал. Дедова дружина со временем поуменьшилась и решили они вернуться поближе к своим более знакомым родным берегам. Ещё с нурманских времен был у него десяток варягов, куршей. Один из них, Вилхелмас, был сыном одного из вождей этого народа. Так вот, он попросил помощи у деда со всею дружиною в каком-то их местном споре. Оружно, дружиной той помочь... Помогли, с врагами и противниками среди соплеменников разобрались. Вилхелмас укрепил свой род, мало кто с ним мог спорить, одним словом, занял хорошее и достойное положение. После этого дружинники разошлись по своему усмотрению и желаниям. Часть пошла с дедом в Новгород, составили роту с тем боярином, а через некоторое время и с князем. Мой отец, когда подрос - пошел в детские в княжью дружину к Мстиславу Владимировичу.
- Какого Мстислава Владимировича? - оживился и насторожился Лисовин.
- Так того, чьего слова и решения ты ожидаешь с тревогой.
- Продолжай, - насупился Михаил.
- Ну, а когда отец подрос, он полюбил взаимно мою маму, одну из купеческих дочерей Семёна, Добромилу, в крещении её звали Степанида.
Миша посмотрел на меня и спросил: - Как звали твоего отца?
- В крещении - он твой тезка...
- Да-а …, а почему ты о них говоришь … в прошлом?
- А нет их … на земле, они там, - указал я рукой вверх…, - сирота я…
- Извини, я не знал …, - прервал опять.
- Ничего, я понимаю … продолжу.
- Так вот, перед тем как выяснилось про их любовь …, дед Семён претерпел большой убыток по вине деда-ярла, через это пострадал и тот боярин. Как там было - я не знаю, но мои родители говорили, что вины Ингольва не так уж много. Но, никакие объяснения не успокоили Семёна. Он ещё и чести лишился - быть в первой сотне новгородских торговых людей.
Михаил, с хитрой искринкой в глазах, глянул да и спросил: - Порушили Честь, говоришь?
- Да, а тут ещё, как на грех, мой отец заслал сватов к нему. Ну, и получил отказ на веки вечные .
- "Никогда не говори никогда", - прервал опять боярич.
- Верно, нельзя быть до конца уверенным, что будет завтра ... Я продолжу. Настоящая любовь не знает преград и ищет пути, сломать их или обойти, часто не замечая опасностей. Увёл ее отец из родительского дома и венчались они в Пскове. Незадолго до этого приходил с торговлей в Новгород, Вилхелмас, пригласил деда к себе, отца с мамой. Они решили этим воспользоваться, да и сбежали, на некоторое время, к куршам. Там и я родился. За это время дед, со своей небольшой, оставшейся дружиной, успел повоевать с пруссами и земгалами. Там он, потом, и сложил голову...

Меня назвали - Рунольвом, а мама звала - Волком. Через полгода вернулись мои родители обратно в Новгород, где меня и крестили, под именем Степан. Отец хотел показать свою любовь и покорность и смягчить тем сердце тестя. Пошли с повинными головами к Семену, меня деду показать.... А тот - и на порог не пускает: ".. нет у меня такой дочери, ну и внука тоже нет ..."
Стали жить в дедовом доме, отец служил тогда в дружине Мстислава. Потом уже, когда Мономах призвал сына к себе, отец мой также поехал с ним, в Киев, ну и мы с мамой при нем. Дед, к тому времени, уже отправился к предкам. Велхелмас привёз тело и дедову долю с последней добычи ...
Отец тогда уже был десятником и ездил в Царьград с поручениями или сопровождая кого-либо, так как мог обходиться без толмача.
- А ты, Степан-Волк, сам-то нурманский знаешь? - опять, с хитринкой на лице, спросил Михаил.
- Знаю. И не только его.
- Так что же Ты молчал-то!!! - с удивлением и не наигранным возмущением воскликнул Михаил, - Мог, ведь, учить...
- Кого это? – искренне удивился я .
- Да нас - всех, отроков, меня, хотя бы, наконец!
- Ага, "Степка – холоп учёный, учит боярича".
- Так ты же не холоп и твои... родные - уже, тоже не холопы, заслужил же. Кстати, а кто они тебе?
- Это - сейчас не холопы, а тогда ...
- Мог ведь, и раньше рассказать... признаться..
- Дослушай все же, боярич, до конца, тогда - поймёшь.
– Зови меня - Михаил, пока мы с тобой - наедине, а там, - махнув рукой куда-то в сторону, - пока по-старому. Ведь ты ещё пока не готов назваться "груздём" ...
- Правильно, надо дождаться князя Вячеслава, а мне так лучше даже и князя Мстислава.
- Ясно. Ну, а какие языки, ты - Степан-Рунольв, ещё знаешь?
- Греческий и латынь.
- Ого! И откуда так?
- От греков-попов учился, от купцов немного перенял, даже песни знаю. Нурманские, но, те больше неприличные, дядька Бруни-то, других мало знал. А вот матушка и Снежана, учили красиво говорить...
- А это-то кто?
- Моя кормилица и няня.
- Хм, прямо - "Арина Родионовна", - улыбнулся Миша.
- Нет, она не была крещеной, а отца её я и не знаю...
- Да это я так, о своём..., а скажи-ка, какие народы говорят или понимают нурманский?
- Даны, свеи, германцы, англы и саксы, исландцы, с этими - точно можно договориться, других не помню, но есть и ещё...
- А как дела у тебя с латынью?
- Этот язык я знаю меньше всего, но объясниться, чтобы меня поняли, наверное смогу.
- А где на нем можно объясниться ?
- Ну-у ... где есть святые отцы, в тех краях и можно, думаю.
- Так это ж почти вся Европа! - поднял брови Михаил.
- Что за Европа? Которую похитили?
- Ты, Степан, не обращай внимание, это так - мысли вслух и заметки на полях.
- Какие "поля"? Я не всё понимаю.
- Ты мне лучше скажи, выходит ты - Степан Михайлович, хм, а по роду -Волков, наверно..
- Нет, я из рода Ульвара, если перевести, то - может быть. Давай, я дальше буду рассказывать, а то, ты меня сбиваешь.. , хотя верно, с родовым … надо решить ..., а то грамоту ..., - понизил я голос .
- Что ты там бормочешь?
- Да ты, тоже, не обращай внимание, боярич.
- Ха-ха, - засмеялся Миша, - давай вместе не обращать внимание и нюхать ромашки, ..ох уморил, ну ты и выдал, ха-ха-ха!
Не знаю, почему и над чем, но стало как-то легче общаться... Мы дружно засмеялись...
- Какие-такие еще "ромашки" и зачем они нам?
- А для спокойствия ... ха, ха .. Ладно, Стёпа, это была просто веселая переменка, прости, всё . Это - у меня нервное напряжение так выходит....
- Да я слышал, так бывает. Ничего удивительного, вон как, ты, боя... Михаил, княжью удачу перенял. Сказители должны теперь соперничать из-за права слагать сагу в твою честь.
- Так ты... и по латыни умеешь ругаться? - весело спросил Михаил .
- Нет, её же со мной монах Василий учил, а он зело строг и благонравен ...
- Что-то мы не туда зашли, прости, Степа, я всё тебя отвлекаю, но мне же интересно... .
- Правда?
- Конечно. Продолжай свой рассказ.
- Потом... батюшка мой – стал полусотником, вроде бы живи да и радуйся. Для меня те Киевские времена были самыми счастливыми в жизни. Но вскоре все изменилось. Нашлись завистники в дружине, стали вредить отцу. Как там было, я не знаю, мал был, да и не сильно интересовался. Однажды вечером он нам сообщил, что те, "таки получили по носу и притихли", так как, сам князь – Мстислав вручил ему гривну сотника.
Как же мы тогда обрадовались с мамой за нашего отца... Но не долгой была наша радость. Князь придумал ему новую службу и посылал его на дальнее порубежье со Степью. Отец нам дома сказал, что мы - его семья, остаёмся в Киеве, а он - едет туда один. Обещал приезжать, по возможности. Матушка моя обиделась и сказала, что и она с ним поедет, а я вот, мал еще и потому - останусь. Тут уж и я запротестовал. Отец же уперся, и не в какую, так и твердил: "Один и всё!". Мама пристыдила его, напомнила, что она из-за него бросила родительский дом и родню, а он её - оставляет.... Я - тоже не отставал: плакал и просился ...Говорил всякие глупости, про свои успехи в воинском учении, про то, что не хочу один оставаться.... К ночи, отец так устал от шума и плача, что согласился.
Утро следующего дня не принесло мудрости, да и кто бы из нас услышал её тогда.... Это глупость - шумна и криклива, как балаган, а настоящая мудрость - тиха и не назойлива.
Через некоторое время за отцом приехали воины. Было их пять ратников из его новой сотни, чтобы сопровождать своего сотника к месту новой службы и для охраны. Потому как Князь с ними выдал серебро из казны для передачи кому-то в Степь, но этого я, конечно, не знаю. Потом уже догадался...
Вместе с купеческими лодьями, двинулись вниз по Днепру. Ночью на нас напали половцы и свои разбойники.
Меня спасло, что мать ночевала на малой лодке, рядом с ладьёй. Я спал на ладье. По приказу отца прыгнул в лодочку и поплыли, он и другие наши воины прикрывали нас, наш поспешный отъезд, сколь могли... Да видно, не судьба... Злая вражья стрела попала в маму, она упала на меня, прикрывая собою.... Я лишился чувств, видимо от удара. Когда очнулся - лодку нашу отнесло уже довольно далеко, да и эти... нападавшие... нас не преследовали. Может сочли мертвыми, да и темно было ещё, а может им нужно было делить захваченное добро.... На другом берегу я вышел, похоронил маму и ...

Затем мой рассказ повторился, как и ранее, у тётки Голубы-Зинаиды.... Поведал я ему тогда все, что со мной далее было, без утайки, о нашей ватажке, о киевских и новгородских делах...
– Так ты что, Степан, скоморохом был все эти годы? - немного удивился он.
- Ну, не совсем так, были и другие дела... лихие.
- Ты что - разбойничал? В розыске?
- Не волнуйся, никто меня не ищет, да мало кто про то знает. Боримир, как мог, берёг мою честь и не позволял меня использовать в душегубстве ..., ну какое-то участие я принимал, но... Да не убил, я никого , из-а рухляди или.. Ну ты понял.. Здесь, за это время, что в Ратном и Младшей Страже, убил уже больше людей, чем за все годы - там. Так что, Миша, не очень-то стыди меня.
- Дa-а, что-то я ....извини, продолжай. Нет, давай пройдёмся вокруг.
Мы вышли в сгустившиеся сумерки. Ветерок, с уже заметной долей холода, освежил нас. Судя по притихшему лагерю, уставшие люди почти уснули. Дозорные несли свою службу неподалеку от костров, готовые разогнать ночную мглу и стаи маленьких и надоедливых кровопийц. Последние дни выдались очень тяжелые, лишь успехи смягчали немного горечь потерь. Удача не оставляла нашего предводителя. Пройдя вокруг палатки, вернулись обратно. Предложил мне покушать и выпить. Поесть я согласился, а Михаил закусывал пиво рыбкой. Рассказ продолжил от Некраса и до Турова. Он, как-то вопросительно смотрел на меня, но не перебивал, тревожное ожидание читалось на его лице.
Неужто так сочувствует? Закончив свой рассказ о казни Боримира, я спросил:
- Вы может тоже там были?
- Где? - встрепенулся Михаил.
- У костра....
- А-а, да, глухо произнёс он. Дед мой там даже поцапался со стражниками.
- Верно. Они там со многими лаялись, подтвердил я .
- А, ты пытался выяснить … про этого Зайца.
- Не, я сам бежал как заяц оттуда подальше и попал... сюда. Да его верно, и казнили давно. Все, что мог он под пыткой показал, всё что знал рассказал. Обо мне он знал очень мало, да и зачем ему вздумалось бы болтать? Остался раненый в лесу, мож и помер уже. Некрас... , ну у того самого - рыло в пуху ..., но надо с ним заканчивать, чтобы более не рисковать.
- Да, Степан, ты уж с этим, как то... не тяни, в общем...
- Так я, и хотел с Прохором, съездить , ну, и взять со стервеца виру. И это лучше сделать до встречи с Мстиславом .
- Что ты ожидаешь от встречи с князем? Будешь боярство просить? От Лисовинов не хочешь, а, что скажешь, внук ярла? Зазорно?
- Помогать вашему роду почту за честь, ибо многому здесь научился, много узнал интересного и полезного. Но, у меня свой путь, который я должен пройти . Лестно, что готов говорить со мной о Погорынском боярстве. К сожалению, не могу довольствоваться парой деревенек и десятком личной дружины. Этим я воспользуюсь лишь в крайности, если не смогу сделать того, чего желаю и задумал! От вас с дедом, когда окончательно с ворогом разберемся, мне хотелось бы получить небольшую помощь: встретиться с князем Мстиславом Киевским или, хотя бы, посоветовать - попросить Вячеслава Туровского послать меня с его письмом к брату, а там уж я сам... .


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:34 | Сообщение # 106
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
- Что-нибудь ещё?
- Ещё подтвердить, если понадобится, что все эти годы, я был - здесь, в Туровском княжестве, у вас под присмотром - в Ратном и Михайловске воспитывался. Княжьи-то головы будут заняты другими вопросами, так что им будет не интересно, где так долго гулял мальчик Степан-Рунольв. Вот, собственно, и все мои просьбы.
- Так мало?
- Да, а зачем вас утруждать, да и приврать, ведь, немного придётся.
-Эх, Стёпа! Разве ж это - врать? Так, мелочь.. Приукрасить..Да на благое дело... Я-то, согласен, слово Лисовина, но решать всё равно деду. Вопросы-то, сам понимаешь, непростые. Княжеские... политика, куды ж без нее... Да и расклады все наш воевода намного лучше меня знает - когда и кому что говорить и как подать...
- Это-то, как раз, понятно, но ты уже согласен и это уже - полдела!
- Ну то, что я согласен - это не велика мудрость. А вот как ты попадёшь к Великому князю… Как-то мне с трудом представляется …
- Насчет попасть - это совсем не сложно: надо знать кому и что сказать. В голову слова потребные вложить, а в руку …, что поярче блестит. И полетит весточка быстрее голубя посыльного. Есть у меня мысли, но сейчас не об этом, рано.
- Ясно, Степа, я надеюсь боярство для своей родни ты у деда просить не будешь?
- Нет, не совладают сейчас... Да и не к чему им.
- А ты, Степа, значит, с боярством совладаешь?
- Мне другого пути - нет, обязан стать, этого от меня и ждут все мои предки: 12 колен ярлов. Если уж у меня не получится, то простят и поймут лишь тогда, когда увидят мои старания. А своим, куньевским, может позже предложу ко мне переехать, когда обоснуюсь и земли дам ...
- Завидую твоей уверенности. Ты так все это говоришь, как будто у тебя всё уже есть!
- Главное, у меня есть вера в Божий промысел и то, что я Ему для чего-то нужен!
- А откуда, Степа, у тебя такая уверенность, что этот промысел не закончится завтра и не быть тебе, не то чтобы ярлом, а вообще ... вручить придётся ныне ночью свою душу, Ему, Создателю нашему .
- Правильно, нет у меня такой уверенности, да и быть ее не должно. Каждый отход свой ко сну - молюсь, придаю дух свой в руце Господни, а по утру еще раз благодарю, что не призвал ещё к Себе с ответом. Верю: готов Он вести меня по тому пути, который мне видится. Он, больше меня миловал и спасал, чем наказывал, после родительской гибели. Значит сие, что у Него на меня есть какие-то виды. Вообще Он всех учитывает и ведёт, помогает в благом …
- Ну вот, будто Роську опять с его проповедями послушал, - улыбнулся моим словам Михаил. - Что-то я раньше не замечал за тобой такое рвение в вере.
- Так и ты, Михаил, во мне за все это время боярские повадки так и не разглядел.
- Конечно, такой тихушник-шифровальщик рядом притаился, что и не углядишь...
- Что за ...шифр... ээ, как ты сказал?
- А, это? Научное слово, означает, когда человек хорошо скрывается, таится, маскируется. Так понятно?
- Да, теперь понятнее стало. Откуда ты, Михаил, столько знаешь всякого необычного?
- Ну, так! Учителя, знать, хорошие мне по жизни попались....
- Так и мои, вроде как, неплохие были, всякому разному учили... А многого, что ты нам говоришь и показываешь - не ведали....
- Зато ты, Степан, меня, по языкам, за пояс запросто заткнёшь.
- А твои знания - интересней!
- Ладно, убедил: оба хороши! Лучше поведай мне: о чем будешь говорить с Мстиславом, если сможешь добиться встречи с ним?
- Ну, напомню об отце моем, по его делам отправленном и врагами убитом... Потом предложу помощь.
- Не перестаю тебе удивляться! Истину говорят: "наглость- второе счастье"! Чем ты можешь помочь Великому князю, ты - одинокий мальчишка! Царь без короны, принц Гамлет, мучимый тенью ..., да просто сапожник без сапог, наконец!
- Ну, я не царь и не принц. А что это за Гамлет, не знаю такого?
- Ладно, "не принц", поведай в который раз, мне свою тайну.
- Никакой тайны нет. То, что Мстислав так не оставит полоцкие дела, в этом нет сомнения. Их союзникам тоже достанется. Князь же не имеет там не одного друга. Если бы были, то полочане давно их извели из под своего бока.
- А ты, значит будешь тем самым другом?
- Ну, не я один, конечно, буду это решать, но, приложу усилия свои для этого союза - точно. Так как он мне - нужен больше всех и я буду стараться.
- И над чем ты будешь стараться?
- Над договором моего знакомца Вилхелмаса, одного из глав куршского племени и князя Киевского!
- Ого! Так ты ещё и политик, Степа! Не тяготит ли тебя урядничествов у нас в Младшей Страже?
- Нет, даже помогает, здесь я узнал много для себя нового и полезного. Но вам с дедом решать, когда меня отпустить.
- Вот, значит, как уже ставишь вопрос? Не ожидал...
- Разве у вас нехватка в возможных урядниках? Достойных парней - хватает.
- Ты прав, конечно, это я от неожиданности..., продолжай.
- Думаю, сейчас я скажу вкратце, а уже при воеводе и более подробно.
- Хорошо.
- Вилхилмас, сильный вождь куршей и уже не раз ратился с друзьями Полоцка, так что ещё раз их ослабить, он не откажется. И Мстиславу, также, не помешают друзья среди тех племен и народов. Если там уже есть друзья и сторонники Полоцка и Новгорода, почему бы не быть им и у Киева.
- Тут ты прав, есть над чем подумать и князю и нам.
- Михаил, помнишь как ты отказался от боярства?
- Я и отказался от своего боярства!? Ага, сейчас! "Сплю и вижу"... Ну, народ... Да не так всё было-то! Не поняли, напутали, да приврали ещё, приукрасили... балаболы..
- Ну, ты же хотел брать себе во владение другие, новые земли.
- Сейчас свои бы не потерять, так с этой политикой все закрутилось, а ты...
- Так я и не говорю про сейчас, потом, позже. Нет пока за мной никого, дружины-ватаги ближников нет.... Кстати, мне ещё надо будет обязательно побывать на родине, чтобы совершить обряд наследования. Так что год, а то и другой ни на какой новой земле я не появлюсь.
- Так ты ещё не наследник?
- Наследник, но, не до конца. Потом расскажу...
- С тобой никакой ночи не хватит, нужно ещё тысяча! Ну, "Шахеризада", бухти, как... корабли бороздят... моря и океаны. Ха-ха-ха!
- Я уже устал тебя спрашивать о не понятном.
- Во-во! Мы оба с тобой, такие все из себя - загадочные! Хи-хи ... И не понятные никому,... а может это и хорошо? - Мы оба улыбнулись, да хорошая шутка....
- Так что ты говорил про новые земли?
- Так в тех же краях у моря варяжского ты, Михаил! Можешь стать князем!
- Ну, Степа ты же один меня князем не сделаешь, даже если сам станешь там ярлом.
- Один - нет! А вече, тинг, дружина твоя, вместе - могут!
- Сам искушаешься и меня соблазняешь.
- Ты же перенял княжью удачу. Мы же не просто чужие отчины на меч возьмем, а новыми прирастём, а Мстислав Киевский - нас поддержит.
- А другие - окрысятся.
- Ну и пусть, как Мстислав скажет, так и будет. Главное: правильно преподнести это тем людям от кого это зависит.
- Ага, вот сейчас ты, мне, правильно преподносишь?
- Не без этого конечно, но и ты получаешь выгоду.
- Но курши-то через тебя ...
- А через тебя, Михаил - удача, она многого стоит. Любят тебя многие боги и Христос!
- Ты что, с Нинеей говорил?
- Нет, не разу, как то не встретились.
- А, Настёна?
- С ней да, говорил. А что?
- Да… просто, они обе также говорят. Только каждая – по-своему. А есть еще мой дед, а есть Аристарх.. И еще. Церковь.. С этим как, а?
- Да уж много кого и чего нужно учитывать.
- Ладно Степан, давай решать вопросы по очереди. Сейчас ты передо мной, вот и поведай как тебе у нас, и о том - не жалко будет расставаться с боевыми товарищами?
- Конечно жалко, но влечёт путь и предначертание, а вообще мне очень здесь нравиться учиться новому. Со многими отроками сдружились. Появилось удивительное чувство единения и понимания между столь разными людьми, даже какое-то чувство семьи разных, но близких мне по духу людей. Сиротство мое, горечь потерь родных, как-то притихли, лишь иногда напоминают о себе. Для меня и очень многих, живущих в Михайловске, ты, Михаил - причина и центр всех этих хороших ощущений. Мне хочется поддерживать, по мере сил, эти отношения и чувства. Когда будут свои дружина и земли – буду делать так же, как и ты, ребят учишь!
- Ну, ты уж, Степан, совсем захвалил меня, даже неловко. Лучше расскажи ещё о себе. Чем ты сам занимался в этой вашей... ватаге?
- Когда выступали скоморохи: ...пел, играл на рожке и бубне, ходил по жерди, по ней же лазал вверх, собирал вознаграждение... в основном, - этим.
- А в лихих делах? – продолжил интересоваться моим прошлым Михаил.
- Там-то я, больше, наблюдал, смотрел, слушал, запоминал и передавал, добытое таким образом, старшим. Этому меня научили, хорошо научили, людей чувствовать, говорить то что надо или молчать, когда это необходимо. Проникать в дом по-тихому, пролезть в какой-нибудь лаз, затаится, вскрыть замок, срезать калиту... Еще многому учили. Милостыню просить, собак отвлечь или попортить им нюх на время. Может, что и ещё, сразу-то и не сообразишь... Но сразу скажу: в лесных нападениях – не участвовал, лишь присматривал за возами в стороне, так что...
- Я понял. А вот милостыню, к примеру, просить чему здесь учится?
- Не всё так просто, Миша... Поначалу-то, и я ерепенился и не хотел ничего такого знать, потом уже, мне объяснили наглядно и не раз, что это - почти наука, а если, что высмотреть или подслушать, то это почти, как наши разведчики в лесу. Там, в лесу - деревья и кусты для укрытия, в городе – дома и другие постройки. В лесу: ручьи, реки, овраги и холмы, в городе: улицы, канавы, заборы и крепостные стены. В лесу – звери и другие твари, в городе же… другие твари, одним словом - почти так же.
Люди, в своем большинстве, очень рассеяны невнимательны и не наблюдательны. Если ему не надо, то он и по сторонам-то не будет смотреть, если, только, чтобы по дороге не упасть. Возьми нищего у храма или там, на торгу. Сядет в привычном для людей месте и те, в двух шагах от него, будут говорить так, как будто, они - одни, он же для них, словно камень или куст какой...
Дядька Стерв, наш наставник по лесу, сидя в лодке, смотря по берегам реки, сможет рассказать, что там, где и почему. А мои наставники Ёрш и Заяц, сидя при входе на торг или у городских ворот, могли, глядя на людскую реку, сказать о человеке, столь много , что казалось, будто они давно знакомы. С какой целью пришли люди, откуда, что могут купить. Отметят покупку или нет, сколько смогут пропить, сколько детей. Иногда угадывали и имена.
- Неужто, так много? От наблюдений за незнакомым человеком?
- Ну, это я ещё не всё и назвал, просто, что первое вспомнилось. Когда они меня поучали своей науке, то иногда, между собой бились об заклад, а я был им видоком. Зазывали жертву в корчму, поили, и под это дело всё выведывали у него что хотели, ну и сравнивали, кто больше угадал.
К примеру: полководец смотрит на своё войско и на поле боя он знает уже, что сделать, куда и кого поставить и направить, кто и что сможет ловчее исполнить. А они так, как тот полководец, смотрели на людское море и знали точно, кто перед ними, как хищник высматривает свою добычу и редко когда ошибается. Ошибся , не угадал , остался голодным или даже битым .
Потом, со временем, я и сам сие пробовал, интересно же..., но, у меня и четверти нет от того их мастерства. Боримир им в этих вопросах полностью доверял, когда они...выведывали, то никогда не возникали проблемы.
- Непривычные ты вещи рассказываешь, Степан... А у тебя в Турове есть еще такие же знакомые, как те Заяц и Ёрш?
- Таких нет. Пару похожих, вроде, знаю с лица, но что сами они знают и кто такие - нет, только ведаю, что тати и все. Я же уже говорил, что здесь, в Турове и возле него, мы ничего плохого не делали, Боримир запрещал, да и он со мной всегда ездил в Кунье... Ватажники, без него, без его строгого пригляда, наверно, немного... "шалили", но всё было спокойно.
- Хорошо, я понял, а в других городах как?
- Ну-у... в больших городах по 3 - 5 человек точно есть, знаю лично. Но, опять же, мастерство их сам не видел, не знаю. Это же не ратники, умения свои скрывают, иногда, только среди своих и то в большом подпитии. Хвастают своим кушем и удачей, но с оглядкой. Наушники, и княжеские и прочие, много где есть, им только - дай повод и сам не успеешь понять, как на дыбе очутился... А зачем тебе про это знать, Миша?
- Да вот, думаю: сколько опасных людей, можно там встретить, - и засмеялся.
- Ну они-то не самые опасные, такие сами оружие редко в ход пускают. Они умны в своём деле и стараются в драку зазря не лезть.
- Это-то меня и немного успокаивает и ... Хорошо, Степа, мы с тобой нынче поговорили. Жаль, припозднились за интересным разговором, а команда "Отбой" уже вон когда была. Давай-ка сегодня отдохнём уже и подождём воеводу. Как-то он все воспримет, что ты мне тут...
- Ну так я пойду?
- Да-да, ступай... с Богом!


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Вторник, 18.10.2016, 14:38 | Сообщение # 107
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 9

- Ну что, внучок, нагородил делов-то? Сейчас будем разгребать. Вместе!
- Так я... А что я сделал не так-то, деда?
- Да, вроде бы, на первый погляд, все и так, Мишаня, но опаска у меня есть. Кому не по нраву то, что ты сделал, скажут, что можно было и по-другому, по уму поступать... Даже я, сходу, и не разобравшись, могу тебе предложить несколько ходов, как надо было поступить, но сейчас - не буду. Надо решать так, как есть. Потом можно будет, за столом, да с кувшинчиком, а может и наоборот, в порубе... Возьми кто-нибудь да доложи князьям раньше нас, да переверни еще по-своему , как ему надо...Какой-нибудь прощелыга теремной, али сестрица князей стольных... Мало ли "доброхотов" вокруг власти подъедается, чтоб их всех...прости Господи... Ну, Бог не выдаст, свинья не съест!
- Тут, деда, есть ещё над чем подумать.
- Даа? А вот этот, как его,.. Гоголь, он, что может ляпнуть...?
- Этот ...может всё, что угодно ляпнуть и письмецо накропать, на всякий случай.
- Ну и отправить бы его от греха подальше.
- Хорошо деда, об этом горе… "писателе" Гоголе, потом.
- Подожди Мишаня, так он что, уже написал ?
- Написал или напишет это не страшно. Потом сожгет …, задумчиво вполголоса проговорил младший Лисовин
- Как сожгёт? - воскликнул Корней. - Откуда ты знаешь?
- Ну-у или сожжет, а может и съест, проглотит: какая разница? - так же отстранённо произнёс Михаил.
- Ты что дуру ломаешь?! - уже заорал сотник. - Я от него жду толковых слов, а он слова тут перебирает …
- Прости, деда, - как бы очнувшись и торопя свою предыдущую медлительность затароторил внук, -- просто я сейчас о другом думаю, не об этом… "фрукте". Ничего он писать и говорить не будет, не тот человек. На истерике - да, наговорит, а потом и сам забудет, а когда всё успокоиться, то и ладно.
- Ну смотри, - внимательно глядя на своего наследника изрёк воевода, - ты с ним говорил при разных обстоятельствах …, доверюсь тебе, - примирительно закончил Корней.
- Я не о том хотел сказать-то, начал Михаил. - Надо нам вместе подумать ещё об одном новом обстоятельстве.
- Что, ещё и не обо всём поведал? - вновь насторожено-раздражительным тоном спросил воевода Погорынский своего "героического" внука.
- Про это вообще никто не знает, ты будешь - "третьим"! Ха-ха-ха.
- Он ещё и смеётся, весельчак, в пору нам обоим духовную писать, а он себе знай хихикает. Хорош уже надо мной, старым и немощным, издеваться-то. Михайло, я ж - не железный, да и старый уже. Сколь времени в военном походе и всё на нервах, места себе не нахожу старые косточки успокоить... Давай, не тяни - выкладывай. Кхе-кхе.
- Объявился у нас ещё один боярин...
- Ты что тут, решил вместо воинов новых бояр из головы рожать? Уймись! Их, вон, и так, уже с десяток намечается или ты думаешь еще и "боярскую" школу открыть? Не рано ли?
- Деда, дай хоть сказать, а потом и ругай, если неправ окажусь. Этот боярин, нам бооольшую пользу может принести, а наши земли ему не нужны вовсе...
- А от других бояр, значит - вред? Как так: земли и не нужны? Что сие значит? А ну, выкладывай!
- Не удивляйся, но это - наш Степан!
- Какой-такой, еще, Степан и почему он - "наш"?
- Потому, что он - урядник второго десятка Младшей Стражи, опричник, опоясанный воин перунова братства.
Корней ошалело и с недоумением уставился на внука, затем с трудом произнёс:
- Я чего-то не понимаю? Ты ещё не всю дурь вокруг себя собрал или меня дураком считаешь. Он - бывший наш холоп! У него что? В походе, вдруг, ни с того ни с сего, родословная выросла или он оказался "внук" Нинеи?
- Внук, но светлая боярыня о нём и не знает. Да и, вообще, она тут нИ при чём. Он – внук нурманского ярла ...
- Что, из журавлевских, поди? Вы, что тут, с этим твоим, Степаном, оба, ума лишились? С князьями пообщались, так и в головы юные и горячие всякая хрень несусветная лезет?
- Деда, выслушай меня, прошу, я позавчера почти так же говорил и удивлялся услышанному, а сегодня уже готов обсуждать всё это серьёзно!
- А это не заразно, слушать такие, кхе, ... "новости"?
- Это, деда, похоже..., ну не знаю..., на сказку, что ли. Но, только вначале, а потом понимаешь, что жизнь может преподнести и не такие истории.
- Так ты хочешь рассказать мне сказку на ночь? Ничего не перепутал, внучок, или решил вернуть детские долги ..?
- Подожди и послушай немного спокойней. Есть там над чем задуматься.
И сия история отрока Степана повторилась в очередной раз. Дед, набравшись терпения, молча слушал, позволяя себе лишь кхекать и меняться ликом, иногда прикладываясь к кружке. Наконец занимательная жизнь нашего героя, в Мишкином пересказе была завершена. Повисла тишина, но не гнетущая, а задумчивая: что же со всем этим делать и как ко всему этому относиться. Первым нарушил молчание Корней.
- Вот же, даже и не поймешь сразу, радоваться или готовиться к новым трудностям. Говоришь, зовет тебя на завоевание и княжение?
- Почти как я тебя, тогда, на воеводство Погорынское.
- Вот, и пролез хитрым змеем в душу, а сейчас и этот еще подбивает. Раньше-то хоть одно ухо было свободным от твоих заумий, а теперь и Степа твой насядет с другой стороны. А этот, как его там... Вилхилмас, он вождь или князь?
- Точно не знаю, но думаю у них - вожди, но с княжеской властью. Степа его с малолетства не видел.
- Ох-ох, будто ныне он - "старец седовласый", - с издёвкой проскрипел Корней и тут же продолжил нормальным голосом. - А что, у этого курша-вождя, есть дочь?
- Не знаю, деда, Степа мне говорил, только про его сына: Хергус или Геркус... , не помню точно. Они виделись с ним в Новгороде перед их отъездом в Киев. Ну, тот уж, знал Степана с пеленок, хотя это, вроде бы, и не при чём.
- Да уж побросало парня, покрутило немало, да с малолетства! Характер, наверно, жесткий, строг к себе и людям. На посиделках кому рассказать… девки вокруг табунами будут ходить. Как он тебе вообще? Что сам про него скажешь?
- Парень он умный, осторожный, хитрый и мудрый, врагам опасный, не предсказуем, нам: мне и тебе - верный, умеет командовать: и раньше что-то умел и мы еще научили, выдержанный, хотя были вспышки гнева, в бою, видел сам.
- Гмм, да на себя самого посмотри, кого "Бешеным" с измальства кличут-то? А его выдержка тебе бы пригодилась. Очень. Это же надо! Столько времени ни пол-словом, ни взглядом, ни гонором, ни норовом, ни знаниями и ещё многим чем, не выдал себя! И все это время рядом, перед глазами... И в бою и в будни... Молодец парень! С ним надо дружить обязательно, даже если у него там ничего не выйдет. Его боярство – несомненно, тем более видаки знатные имеются , дай только срок, я уже вижу…, ну, а сейчас, хотелось бы увидеть его здесь. - Пошли кого-нибудь за ним. Заново познакомимся... с твоим Степаном. Ишь, как оно все поворачивается-то...
Внук, выйдя из палатки, кликнул дежурного посыльного. Тот, подойдя ближе, услышал приказ: "Найти урядника Степана. Срочно!" Вернувшись назад, в шатер, Михаил застал своего деда в задумчивости, глядящего в налитую кружку вина.
- Деда, что с тобой? Устал? Может быть, отложим этот разговор на завтра?
- Э-э-эх, внучок, где же ты, моя спокойная старость? Кхе!
- Ну ты, деда, прямо, как дружок твой дядька Аристарх, "на покой собрался". .
- Так, не даёте же.. А больше всех ты - репей! О-о, а ты, как тот же Репейка-то, приставуч. Не одно, так другое измыслишь. И все, ведь, какое-то такое.. этакое.... Ха-ха, к чему это мы оба старосту вспомнили? Наверно, душа домой рвётся, вот и... – Помолчав продолжил: - А тот старый воин... помнишь, поди, в Турове-то, на костре? Правильный он был, не мог он подлеца пестовать, значит видел в мальчишке сем - будущее и нам сейчас предстоит туда же заглянуть... Как, говоришь, его имя-то?
- Боримир.
- Вот он и боролся-то за жизнь с миром. Может, так, с миром, и отошёл. Опять я, как тогда на берегу, паскудно себя чувствую. Вроде и не виноват, а погано так на душе, гривна сотничья, князем пожалованная, аж жжёт, будто рабский ошейник ...
- Да, "тяжела ты, шапка Мономаха", - тихо проговорил Михаил .
- Какая шапка? - удивлённо спросил дед.- Та , что на воре горит?
- Нет, не та, просто, так говорят, когда корона или венец княжий слишком тяжел, когда груз власти и ответственности непомерно давит на ее владельца.
- Это - точно! Забыл уже, как радоваться просто за столом, всё давит и давит. Но, если не преодолевать этого давления, то удавят меня как того кутёнка, а тем более тебя, Лисёнок. Это у нас ты - "Бешеный лис", а там .. подальше от своего логова, от норы нашей, ты ещё, пока, ...боярич младой. Даже, не боярин, еще... Ну, да ладно, время, как известно, ещё и летит. Что там ещё, про Степана и его родню?
- У нас живёт вдовая сестра Боримира. Ее дети: Прохор – наш разведчик, из лучших, в десятке Якова. Два старших брата: один - пахарь, другой в кузне у Лавра, две девчонки еще младших. Степан и Прохор всех выкупили, хозяйство их - справное. Вкратце: всё.
- Так ты говоришь, что Степан и Прохор не знают про ваше...участие в Турове? Как так вышло, что всё прошло мимо их ушей?
- Я, деда, тоже, поначалу думал, ну вот сейчас он - проявится, надоест играть, как кошка с мышкой, да как бросится...
- Так ещё не поздно, может, он меня только и ждал, чтобы сразу ...обезглавить...
- Нет, деда, я его почувствовал. Он - искренен в своих чувствах, он благороден.
- Ага, снял одну личину, а сейчас - надел другую. Сам мне, только что, рассказывал, как его скоморохи учили...
- Так, ты, что, деда, боишься его?
- Нет, конечно, но не доверяю... Лучше всего для нас его отправить отсюда подальше... к морю, что ли. Хочет - вот и пожалуйста, а помочь, ну, чем сможем, тем и поможем.
- Я тут говорил уже со всеми нашими, кто был тогда со мной в том переулке, по-тихому. Так, все ребята - говорят, что и не трепались нигде о том, да и как-то не до этого все было. Плюс: помнят и понимают, что скоморохи у лисовиков в большем почёте завсегда были, чем попы христианские, вот и помалкивали, во избежание. Вот, как-то оно тихо и прошло, только циркус иногда вспоминали, и всё. Но, я ещё предупредил, особо, чтобы о переулке том не говорили вообще не с кем.
- Это ты правильно сделал. Хорошо, хоть на суде владычном вас и не упоминали, а всё больше Феофана и ворожбу. Но, в Турове ему более делать нечего, от греха подальше спровадить надо, так спокойней. Мало ли кто и что сболтнёт. Ну, а что ты думаешь, про него?
- Воин он - справный, командир хороший и ребята его уважают.
- Михаил, я о другом. Как сам-то видишь его участие в дальнейшем?
- Надо дружить, это - точно. Где-то и что-то, но он обязательно своего добьётся, далеко пойдёт, если ...кто-то сильный и властный его не остановит. Я, вот, увидел в нём умёющего читать людей, знающего, как с ними поступать и что от них ждать.
- Так и любой начальный муж должен это понимать и уметь.
- Это, деда, понятно, когда люди тебе подчинены и обязаны тебя слушаться. За невыполнение приказа можно даже жизни лишить. Здесь всё достаточно просто.
- А то я забыл, как тебе было "просто", когда пришлось людей казнить! – возмутился воевода.
- Не просто, да, не спорю и горечь не прошла до сих пор, но это была – необходимость и любое, более мягкое решение, в тех случаях сделало бы все, только хуже, в будущем. Я - не об этом.
- А о чём тогда? Что ты всё круги наматываешь? - раздражённо вопросил Корней.
- Вот, видишь, воевода, ты, уже, сердишься!
- Хорош издеваться, выкладывай быстрей!
- Всё, закончил, просто я... немного думал.
- Ну, паршивец, дед твой тут извёлся весь, а он опять словами играет, нет, чтобы молча думать .
- Тогда бы ты на молчание мое - сердился.
- Ты будешь говорить? - хлопнул Корней по хлипкому походному столику широкой ладонью. И тут же отдёрнул её, хватая кувшин с вином. Замер на мгновение и, убедившись, что содержимое не выплеснулось и готово к употреблению, довольно крякнул. Но, тут же, поднял свой недовольный взгляд на внука. А его упрямый внук молча, извиняюще пожал плечами и примирительно поднял вверх обе руки.
- Сейчас, всё скажу, а ты, деда, пока, выпей и успокойся.
- А вот и выпью! С тобой пить - только добру пропадать, - и стал наполнять свою кружку.
- Почему это оно пропадёт? Вон какой прибыток имеем! Удержать бы все, только...
- Михайло! – Повысил голос Корней, но был им прерван.
- Так вот, и в Степане у нас может случится доход. Он умеет не только, как начальный воинский человек, отдавать приказы или выполнять их среди своих. Но, также, и умеет найти правильные подходы и к неподчинённым ему людям. Ты, как воевода, можешь делать со своими людьми очень много. Вплоть до смерти. А сейчас , вот уже скоро, мы встретимся с другими воинами, подчиненными иным князьям, и они тебя, такого важного, и слушать не будут, ну, разве что, из вежливости. Да что там, тутошние Городненские княжьи люди, вспомни тех наглых полесских бояр. Как они тебя встретили. А ведь, ты - воевода, с войском своим был, ворога шуганул...
Воевода нахмурился, а боярич продолжил.
- Потому, что они - нам не подчинены, потому и могут послать подальше и, будут, по-своему, правы. Степан же, умеет, помимо отдачи воинских приказов, договариваться с незнакомыми людьми. Может влиять на них не заметно для них же самих и получить решение или действие, которые ему нужны. Ну как, скажи, уговорить незнакомого человека, чтобы он поступил, как тебе надо? Только, если ты - умный, наблюдательный и игрок. У него это - есть, я почувствовал, и уверен в этом.
- А я почувствовал, что ты, Михайла, своего родного деда, пеняешь промашками, а этого ..."ярла залетного" - восхваляешь. Того и гляди, меня на покой, а этого твоего "уговорщика", тьфу ... глупость, конечно... Хорошо, что он - такой, как ты его нахваливаешь, но нам-то, Лисовинам, что с того? - недоумевал воевода.
- Ну, знаешь, он - не товар, чтобы его расхваливать, скорее мы - один из товаров, а он - купец или покупатель, выбирающий, что ему нужно и, всего лишь пока остановившийся у нашей лавки. Купит или нет: ещё не ясно. Но я, как купец, свой выбор сделал, в его пользу. Сейчас, главное, не продешевить!
- Чего-то у тебя, внучок, получается, то он купец, то товар. Опять мутишь, как тогда с Никифором, - улыбнулся дед.
- Так бывает, с какой стороны посмотреть. Хотел бы я его попросить помочь создать у нас ..., разведку.
Старший Лисовин замер, бросив быстрые взгляды по сторонам пустой палатки и, недоумённо глядя в задумчивое лицо младшего, хитро прищури в один глаз, произнёс:
- Ты что задумал-то опять, Мишаня? - И, тут же, продолжил: - Как тут, вокруг ... - обведя и взглядом и рукой тонкие колышущие стены.
- Да спокойно все... должно быть, - произнёс Михаил, вставая и подходя к пологу. Выглянул наружу, вышел, прошёлся вокруг и вновь вернулся на место.
Дед вопросительно кивнул.
- Всё хорошо, никого рядом нет. Даже свои отошли.
- Ты хоть понимаешь: на что думы свои поднял, на что возрел-то? За одни эти слова тебя... , нас ...могут ...
- Знаю, деда, и догадываюсь о последствиях.
- "Догадывается" он. Мы, итак, с боярством своим, шатко пока стоим, а он ... Нас могут подстрелить, как глупого глухаря, который знай себе токует, ничего не замечая вокруг.
- Деда, если все продумать, то ничего опасного и плохого не произойдет. А выиграть мы можем много и, станем знать больше, чем сейчас.
- Пока я вижу только большую опасность от твоих слов и задумок. Ты, всё-таки, заигрался, внучок, может голову вскружило от успехов. Ты знаешь, как поступают с тайными соглядатаями? Их пытают и убивают.
- Правильно, деда, но у нас не будет обычных соглядатаев.
- А какие могут быть у необычного мальчишки, соглядатаи, конечно, только - необычные .
- Деда, я знаю как, примерно, это сделать.
- Ну и как же?
- У Степана есть знакомцы в тех городах, где они, их ватага "скоморохов", творили лихие дела города эти, в основном, большие, и все, что там твориться, нам будет интересно.
- Так в чём тут тайна-то? Почитай, на каждом торгу, сие, можно узнать-то? - удивился воевода.
- Ну вот, ты понял, что здесь - ничего страшного.
- В этом опаски нет, любой купец и путник тебе такое наговорит- наплетет, что успевай, только, разгребай.
- В начале мы находим людей, которые готовы нам эти сплетни и слухи с небольшими дополнениями передать, но не с купеческими караванами или другой оказией, а с голубями, которых мы им дадим .
Дед, в очередной раз, удивлёно посмотрел на внука.
- А это-то ещё зачем? Чем тебе купцы-то плохи? Вон, к примеру, наш Никеша, оборотистый купчина и с нами крепко повязан!
- Купцы медленны и, в большинстве своем, не надёжны. Весточку они передают из рук в руки. Он, такой купец, знает отправителя и получателя, может, даже, узнать, что именно, везет. А, при определённых обстоятельствах, послание может попасть в ненужные руки, возникнут лишние вопросы и всякое такое.... А вот с голубями, можно внести сумятицу. Новгородским, к примеру, говорим, что мы из Пскова, Киевским, что из Чернигова, ну и т.д..
- А кто это - "Мы"?
- Ну, это все надо обсудить и со Степаном тоже. Здесь важна суть и начало, а дальше... Ну, там будет видно каков этот "блин". Придётся, даже, поначалу, потратиться, но, эти вложения, со временем, окупятся сторицею. Дальше этого первого шага мы идти не будем, пока. Нужны и еще люди, могущие что-то разузнать для нас, вызнать, выспросить больше, чем обычные сплетни. Ну как, стоит подумать над этим?
- Нам-то с тобой, внучок, да - это возможно и пригодится, нам тут жить... И Сотне нашей ратненской и роду нашему Лисовиновскому, боярству нашему... Все так...А вот, Степану-то всё это зачем? Насколько я понял из твоего рассказа, он хочет отсюда уехать... Ему свое боярское происхождение надо и словом и делом доказывать...
- Да, деда, ты - прав, но помочь нам в этом деле, подсказать как и что, посоветовать как лучше, он - может. Не ходить же нам и нашим людям по дворам, спрашивая, кто хочет поработать на нас посланником.
- Действительно, как-то глупо это выглядеть будет... Ну а, к примеру, если он не захочет нам в этом помочь? Времени на это может понадобиться много. Пока людей нужных сыщем, пока обучить чему-то возьмутся..
- В стольный Киев, к Великому князю Мстиславу он всё равно поедет, пару дней, может, и выделит, если попросим о том. В Новгород, куда он обязательно поедет, путь его лежит через Смоленск. Вот, с этих-то трёх городов можно и начать, а там посмотрим ...
- Что-то долго его нет, куда запропал-то этот твой Степан?
- Извини, деда, я и забыл, в конном разъезде его десяток, но скоро уже должны вернуться на замену.
И, тут же, снаружи послышался голос Антона, с просьбой о докладе. Который и подтвердил временное отсутствие Степана и скорое его прибытие в лагерь.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Четверг, 20.10.2016, 20:58 | Сообщение # 108
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 10

- Воевода, разреши войти? - раздался голос снаружи.
- Входи, раз пришел, - последовал ответ.
- Господин Воевода, урядник второго десятка Степан, прибыл из дозора, во время которого ничего не случилось и подозрительного не замечено.
Выслушав доклад, воевода указал на скамью и сказал:
- Ну, присаживайся, "внук ярла". Посижу вот так меж столь знатными внуками, может, тогда, и сам возвеличусь и укреплюсь.
- Я пока ничем ещё не подтвердил своё происхождение, господин воевода, токмо надеюсь на сие, а вот твой внук - Михайло Лисовин, уже проявил себя достойным продолжателем славного рода.
- О твоих достоинствах, сам знаю, наслышан: поведал мне немало про тебя интересного, твой боярич.
- Досточтимый Воевода, видимо, из-за многотрудности забот о своих обширных владениях, позабыл такую малость, как вольная для части своих бывших холопов. С тех пор, они, из уважения и по привычке, обращаются: Воевода и Боярич, но никогда не позволят сказать "мой воевода" или "мой боярич". Ибо, не являются они уже частью их собственности, а лишь частью воинского братства.
Во время моей пространной речи Корней Агеич напоминал собой застывшую фигуру, а Михаил хитро улыбался. Наконец, справившись с неловкой заминкой, воевода произнёс:
- Степан, я тебе одно слово токмо сказал, а ты мне - десять. Если же я скажу свои десять, то, верно, к утру услышу окончание твоего ответа. С тобой, наверно, лучше разговаривать командами?
- Так точно, Господин Воевода!
- Вот! Ведь может, когда хочет, - обменялся улыбкой с внуком, Корней Агеич.
- Михайло, а скажи ты мне, зачем такого языкатого, посылаешь в "тихий дозор"?
- "Для отдыха слушателей", - с трудом сдерживая смех, коротко выдал боярич.
- Ах! Вот как? Это - правильно: своих надо жалеть и беречь, а вот мастеров словесной брани, надо насылать на наших противников или, наоборот, приобретать помощников.
- Истину глаголишь, Отец-воевода! - широко улыбаясь, произнёс боярич.
Между тем, воевода, с серьёзным видом, но со смешинками в глазах, озадачил меня и Михайлу новым вопросом:
- Скажи-ка нам, боярич, а не намечается ли у нас какого-никакого посольства?
- Как же, воевода, как раз думаем и ломаем головы, кого бы нам с известием важным послать в стольный наш град Туров, - с деланной озабоченностью поддержал, боярич.
- Да ну, Туров и обождёт, уж сами как-нибудь справимся, а вот кого в Киев послать..., ума не приложу, вздохнул Корней, - да-а..
- Виноват, господин воевода! - громко произнёс я.
Корней удивленно кхекнул... И переспросил:
- В чём виновен-то , урядник Степан?
- В дерзких речах, воевода. Впредь – буду сдержанней.
- Что, в дозоре-то лучше чем перед начальством?
- Спокойней. Это точно.
- Вот именно! В княжий терем на коне не въедешь, да и в воеводский - не след... Лихо скакал на коне - хорошо, а слез, так не гоже эту самую лихость с собой тащить, не хай в седле дожидается. Понял ли?
- Так точно. Разрешите пояснить?
- Ну давай, только коротко.
- Намедни.. Находясь в дозоре повздорил с одним взрослым ратником, что, мол, "легко нам - новикам нынче всё даётся. За короткое время побывали в нескольких походах, вернулись с хорошей добычей, смогли играючи выкупится из холопства".... А вот он бы, такой хозяйственный, ещё бы подоил бы таких телков, как мы..., а что нас погибло больше, чем их ... и, что его двор обошла большая беда, он об этом и не думает...
- Небось с Огнево, "удалой хозяин-то"?
- Кажется - да. Оттуда.
- Ничего, Степа, не переживай шибко-то, он, этот... хапуга речной, ещё перед тобой шапку будет ломать.
- Да не нужна мне его шапка. Он память погибших, ребят наших, походя, испачкал.
- Ладно, опричник, давай лучше о другом поговорим. Ты думаешь, что князь Мстислав в память о твоём батюшке захочет тебе помочь, а чем и с какой кстати?
- Тем, что даст мне грамоту на владение теми землями, которые я смогу взять под свою руку. Почти, как... здешняя.
Бояре Лисовины, старый и молодой, молча переглянулись. Степан продолжал говорить:
- Выгода в новых землях, понятна и маль..., всем ..., а союзников и в простой драке не отталкивают, а привлекают, что уж говорить про воинский поход .
- Узнает тебя князь?
- Матушка моя говорила, что я похож на отца, надеюсь, что князь не забыл свои детские годы, рядом с дружиной проведенные, пару случаев знаю-помню, которые произошли с ним и моим отцом.
- Хорошо, допустим: узнает тебя князь, вспомнит, но... не захочет помочь, недосуг ему, к примеру, или что иное?
- Протянутую руку дружбы в будущее, редкий разумный правитель отринет.
- Ясно, а если старший курш не захочет?
- Наш Старший Наставник, дядька Алексей, сразу решил помочь Михаилу? Или не признал: отказывался и сомневался?
- Ну, ты, Степан, и сравнил... Фрол покойный, друг его и побратим ..
- Ярл Ингольв и Вилхелмас тоже побратимы , а дед ещё и голову сложил в тех краях, помогая сему куршу …
- Тогда … должен помочь, …воинское братство свято и долг крови порука в том, - заключил воевода. – Вот! И я на это очень надеюсь, можно сказать: Уверен! Если же нет …, то не и братство это, а даже не знаю. …
- Понятно, - нетерпеливо прервал мои поиски нужных слов, Воевода Корней. - как сам-то думаешь? Много у него ныне воинов?
- Думаю, что свою, воеводскую тысячу он - имеет.
- Ну, количество, это еще не все.. Каковы они в деле, как воины?
- Знаю точно: нанимались они многие к нурманам и свеям, есть там и варяги. Били свеев и данов.
- Мы тоже их били..., - как-то блекло произнёс воевода. Помолчал и спросил о другом: - Ты и на родину отца своего поедешь?
- Да, обязательно, мне же нужно вступить там в наследные права. Без этого и не пойдут за мной...
- Там-то найдутся... желающие... пойти за тобой?
- Уверен - да! За один драккар ручаюсь, точно.
- Откуда такая уверенность?
- Когда отец мой тайно ездил на родину, то выяснил там, что наш род многие помнят и чтут. И готовы помочь силой. Но её, конечно, не достаточно, чтобы вернуть уже потерянное там, но, ведь, можно взять и "плохо лежащее", в других краях.
- Но с такой силой, Степан, на которую ты рассчитываешь, можно взять на щит не так много, пару весей, к примеру. И то, только, для грабежа, долго это не удержишь.
- Согласен. Это - тот минимум, на который надеюсь в начале, и то без серебра, сразу.
- Ну вот, и этот, как твой Роська, твоих учёных словечек нахватался, - обратился дед к внуку.
- Деда, прислушайся, минимум - один драккар, это - когда может и больше , но и не меньше ....
- Не могу же я всё упомнить-то, что ты им толкуешь... Я в "ентих укадемиях" не учусь, я, лишь, о ней забочусь! - примирительно закончил воевода и тут же продолжил.
- Что, серебра мало, чтобы нанять больше людей?
- Того, что есть - хватит, но, сначала надо определить верных и преданных памяти моих и своих предков и, лишь, затем - хватающихся за калиту. Это и будет основа верной дружины, а остальных надо будет выбирать. Свободных, безземельных, ярлов-то хватает, и на море и на суше, некоторые из них могут подойти.
- Да они ж просто разбойники! - воскликнул удивленно, Корней .
- Ну что же, к имеющимся знакомцам добавятся еще. Сами они считают себя хранителями традиций. Конунг же смотрит на них, как на помеху своей власти, но терпит покуда. Бонды их не любят, считают не способными ни к чему, кроме разбоя. Простой же люд тамошний, чаще, поддерживает, так как, с ними можно что-то добыть и прожить, да и сами, зачастую, нанимаются к этим обойдённым княжьей лаской и властью, вожакам. Вот среди них и можно найти желающих найти новые земли, добычу и приключения. Все они могут помочь мне до какого-то времени, а если захотят - то останутся, как … журавлёвские нурманы.
- А вот скажи нам, Степан, твой отец - имел побратимов? - добавил и свой вопрос Михаил.
- Нет, не слышал про это, он говорил мне только про дедова побратима.
- Стёпа, а скажи-ка нам, а вот если этот твой, Вилхелмас... уже отправился на пир с ..., он, ведь, не крещёный? - поинтересовался старший Лисовин.
- Да, они с дедом моим так и остались... верны вере предков, но и не хулили христиан, как и Боримир... - я помолчал, обдумывая, как правильно сказать.. - Ну, а если и Вилхелмас уже с ними, это хуже. Но и его смерть не отменяет моих желаний. Думаю, что его старший сын, Геркус, наследовал место вождя.
- Так у них там, что - вожди?
- Да, но почти так, как здесь - князья.
- Так и ты хочешь стать таким как они?
- Это как Бог даст. Все в воле Его!
- Ты, Степан, христианин, а рвёшься, вот, к язычникам?
- Так и ты, воевода, не на храмы косо смотришь, а на капище.
- Гляди-ка, Михайло, как он удары отводит и сам пытается колоть, вот паршивец!
- Так, мечем же, опоясан! Сами – то мы и вручали.
- Хм, меч-то он бы, конечно, и из ножен даже не успел бы достать, а вот язык острый... тяжелее удержать в повиновении. Что, Стёпа, язык ныне свой развязал? Тяжко тайну-то носить одному?
- Твоя правда, воевода. Винюсь...
- Это бывает, особенно после долгого молчания. Не ты первый, молчишь-молчишь, а попадаешься, да и сам наверно ловил кого на этом, а?
- Кругом прав, господин воевода, - сказал я и, насупившись, опустил голову.
- Ладно, чего там, не кручинься. Я понимаю и, только поэтому, прощаю! Но и то, потому, что разговор наш тут - тайный, доверительный и правдивый. Ведь так?
- Деда, пожалей Степана, перестань смущать и сбивать его с мыслей.
- Прости воевода..., я хотел...
- Ну, а мне, старому сотнику, хочется, вот, запросто поговорить и немного проверить-испытать будущего ярла, а то и князя. Когда ещё такое смогу себе позволить? Только сейчас, пока ты - мой подчинённый. А то, потом, только совет с тобой держать и доведется, да еще со всем подобающим вежеством, - хитро улыбаясь закончил воевода.
- Господин воевода, почту за честь считать тебя моим Наставником и благодетелем, всё свою жизнь, ибо здесь вы усмотрели во мне те хорошие стороны, которые позволили поднять меня на первые ступени начальных людей и принять в воинское братство! Тем самым порадовав близких мне людей, наблюдающих за мной из вечности.
- Ну-у ты, Стёпа и выдал, я так никогда не повторю ... прям, удивил и порадовал!
Видно было, что слова мои ему понравились! Он довольно покряхтывал, приосанился и расправил усы...
- Вот, гляди ж ты, Михайло, как он заговорил! Просишь его не смущать, да он сам, кого хошь смутит!
- Да, и сейчас я в тебе – уверен! Не уронишь ты свою и нашу честь перед князьями. Хвалю, хорошо учитесь, ребята!
- Рады стараться, господин Воевода! – радостно и, почти одновременно, гаркнули мы с Мишкой, предварительно весело переглянувшись.
- Хватит-хватит орать-то, голуби вы мои, вижу - что спелись. Кстати, о голубях, вот, внучок мой измыслил и применение полезное для сей доброй птицы. Поведай-ка нам, Миша!
- Да, Степан, хотелось у тебя попросить помощи в одном важном деле ..., не совсем, так скажем... обычном.
- Ха-ха-ха, - заливисто засмеялся Корней, хлопнув себя по ноге, - а у него всё как всегда: новое и необычное!
Мы с Михаилом немного улыбнулись, он - смущённо, а я - настороженно. Чего опять затевают эти хитрые Лисовины?
- У тебя, Степа, есть же знакомые в разных городах, умеющие хорошо хранить доверенную им тайну, быть осторожными и наблюдательными?
- Есть. Почитай, все они - такие, даже купцы и приказчики и то - стараются ...
- Не то! Не о купцах, ныне, речь-то веду - нетерпеливо перебил меня Михаил - хотя, может, и они... Ну, это - потом, сейчас же - другое ... Подумай! Смог бы ты, с теми, кому ты доверяешь, переговорить так, чтобы они передавали нам с голубями весточки о каких-либо интересных событиях в их городе?
- Зачем это?
- Чтобы знать, что там происходит, кто верховодит, к примеру!
- Интересно ..., а им самим это - зачем?
- За деньги и какую-нибудь помощь.
- Говорить с ними от Вашего имени?
- Нет, не так! Просто, один богатый чуд. .- запнувшись, Михаил быстро глянул на крякнувшего деда, извиняющее улыбнулся, и продолжил, - просто, "один богатый человек", неважно - кто, страсть, какой любопытный! Нравится, вот, ему собирать всякие сплетни и слухи, но, чтобы точные, а не те, что наша Варвара у колодца выдумывает. Понимаешь, о чем я?
- Кажется, догадываюсь, но лучше – поясни. Быстрей пойму.
- Ну, вот, твои бывшие подел..., ватажники-скоморохи и прочие... городские тати чем интересовались?
- У кого серебро «лишнее» имеется, да ещё чё, добро какое и где оно плохо лежит.
- А через кого вызновали про то?
- Соседа, болтливого какого, подпоят там, да и разговорят, челядь нерадивую на чем-нибудь плохом заметят или, даже, сами случай удобный подстроят. Те, конечно, чтобы избежать, порки, правежа или виры, идут на многое. А то и сами, злобствуют на хозяина и, способны на всякое , дабы наказать его чужими руками ... Закупа, порой, начинают смущать ...много способов, смотря что и от кого надо вызнать.
- Во как! Ты сам и ответил... почти.
Михаил помолчал, видимо собираясь с мыслями и продолжил:
- Понимаешь.. Бывает и другая...весть. Мы – Сотня и ее Младшая стража, перед тем походом, за болото, не знали точно: Журавль дома или нет. Пленного допросили, ну и все ... Сомневались! Нам - повезло и дева Удача улыбнулась нам, но, надо бережнее относится к её запасу! Не расходовать там, где не надо. А то, потом, можно запросто начать падать с полатей и садится мимо лавки.
Все мы улыбнулись, представив эту картину, но я тут же погрустнел. Подумал: это как же так надо беречь удачу, чтобы не тратиться зря? И сколь велик сей запас?
- Так вот, - продолжил боярич, - если бы, кто-нибудь, заранее послал нам такую весть или сообщил о притеснениях христиан, то мы поступили бы лучше, потому, что подготовились бы ко всему. Сейчас у нас там - есть тайный друг и он нам поможет при первой же возможности и будет этому только рад. Потому, что он нас узнал и доверился нам. Да ты и сам его видел и знаешь.
- Да, я понял о ком ты говоришь.
- Хотелось бы иметь ТАКИХ друзей и в других местах, но так, как они - ещё не знают нас, придётся использовать серебро.
- Я понял тебя, Михаил.
- Сможешь нам помочь? – спросил боярич.
- Думаю, что переговорю и сведу вас с нужными людьми. А кто с ними дальше от вас будет говорить?
- А вот, ты, Степан, кого бы посоветовал?
- Ну, тут нужен муж смысленный... Приходят на ум наставники наши Илья Фомич, Филимон и .. староста Аристарх! .
- Кхе! А я думал – ты Андрюху Немого предложишь! – довольно засмеялся воевода.
Мы поддержали его в этом веселье. Но я тут же вспомнил о своих путях.
- Подождите, но мне надо ехать!
- Ну и прекрасно, твой путь-то будет лежать через города населенные, а не через леса глухие! Там ты и сможешь решить эти вопросы. Перед твоим отъездом мы ещё подробно обсудим всё...
Чувствовалось, что Михаил загорелся этой идеей, но он был прав: такие вопросы с кондачка не решаются
- Только у меня есть условия! - остановил я его.
- Ну, говори: слушаем! - вступил в разговор Корней, до этого внимательно слушавший наш разговор и потягивающий вино из кубка .
- Через год-другой, и мне тоже могут понадобятся те друзья и голуби, приносящие вести от них. Хотелось бы, чтобы вы, тогда поделились со мной теми возможностями.
- Конечно, Стёпа, о чём речь! - горячо поддержал меня Михаил.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Четверг, 20.10.2016, 20:59 | Сообщение # 109
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
- Хотелось бы еще - не расставаться с некоторыми своими боевыми товарищами.
- Это кого же ты еще собрался от нас сманить-то? - с возмущённой хитростью воскликнул воевода.
- Своего братана - Прохора, его друга Андрея и моего друга - Николая! Все из первого набора Младшей Стражи. В боях проверены.
- Кто они? - буркнул-спросил, недовольно, в сторону Михаила, Корней.
- Андрей - из разведчиков, Николай из его десятка - отвечал деду младший Лисовин.
- Хорошо, отпустим. Что ещё?
- Пока я буду улаживать свои дела там - далеко, могли бы вы дать моей родне здешней, землицы кусок и дом около крепости, чтобы мне спокойней было их ждать?
Корней сердито посопел и задумчиво посмотрел на внука. Михаил всем своим видом выражал согласие, но молчал, с трудом сдерживаясь. Да, земельный вопрос - во власти главы рода...
- Ладно, решаемо... Дадим.. на время... И тебе и нам спокойнее будет... Еще что?
- Через некоторое время, я, сюда, к вам на учебу, привезу где-то с десяток толковых мальчишек.. Моих-то примите? Учить на воинов. За плату. Хорошую.
- Примем! - облегчёно выдохнул боярич.
Корней покосился на него, вздохнул тяжело, кхекнул и чуть было не выругался....
- Я же говорил! – с какой-то радостной убежденностью, подхватил воевода, - что надо мне успеть его отчитать, а то потом - зазнается еще, через подручных начнет с нами общаться. Ну, закончились ли все твои условия, Стёпа?
- Ещё две небольшие просьбы, Господин Воевода! Так, пустяк, небольшие. Надо бы подтвердить мою маленькую ложь, что я все эти годы был у вас, если он, нынешний князь Киевский - Мстислав, вообще заинтересуется этим. Ну и последняя: хотелось бы кое-что спросить у Наставника Алексея.
- А он-то тебе еще зачем, вдруг? - сильно удивился моей просьбе воевода.
- Может он знает? Одного половца, который верховодил теми разбойниками, что моих родителей сгубили? Я отомстить должен!
- Хорошо, так ты сам его сюда и пригласи, а я его и попрошу, для тебя - уже успокоено завершил Корней.
Я вышел из палатке искать и звать Алексея. Он, воевода, что подумал: будто я его Алексея сманивать буду? Ага, сманишь такого... от Анны Павловны...
- Ну, Михайло, вишь, как твоя очередная "забава", с этими..."голубями" разговорчивыми нам обходится, - принялся поспешно высказывать своё недовольство внуку Корней Агеич. - Ещё ничего и нет, а убыток уже намечается!
- Деда, это - как с Младшей Стражей: надо сначала - дать, чтобы потом - взять.
- Да нет, внучок, тут прибыток нам подоле ждать придётся. Когда-то еще окупится..
- Согласен, но это - первый шаг. Он - необходим и Степан понял это тоже, почему и стал ставить условия.
- Точно конь ретивый удила закусил, я уж думал: не остановиться!
- Это он ещё мало попросил, так что ...
- Даём-то мы сейчас, а вдруг у него ничего не получиться?
- Должно получится! Он - умный, настырный и гордый. Чтобы, да у него не получилось? Примерно так он рассуждает. Конечно, было бы лучше, если бы он остался какое-то время с нами и сам взялся за создание этой службы, а так.. придётся ещё и самим кого-то подбирать для нее.
- С теми-то, ребятами, что он назвал, как думаешь ?
- Ну уж как ни будь, справимся, ему одному ехать тоже не с руки.
- Понятно. А как насчёт городов, кто больше подходит? Или про кого другого думаешь?
- Сейчас ещё окончательно не знаю, деда. Илья-то, вроде - нормально, он более гибок и ловок в общении с людьми и подозрений меньше вызовет...
Тут около палатки кто-то завозился и послышалась просьба о разрешении войти. После дозволяющего войти возгласа воеводы полог откинула рука старшего наставника Алексея, за спиной которого виднелся Степан. Вошли и Алексей спросил:
- Звал меня, Корней Агеич?
- Да, как у тебя с этими твоими ... новыми?
- Притираемся понемногу, да обычное дело, ничего особенного.
- Тут твои знания степи и ее людей неожиданно понадобились, поможешь?
- Спрашивай, воевода, попробую помочь.
- Вот он тебя спросит, - кивнув в мою сторону, ответил ему воевода.
- Господин Старш...
- Ладно тебе, Степан! Не до того сейчас, говори обычно, -прервал меня Корней.
- Дядька Алексей, скажи: известно ли тебе такое половецкое имя Улак-Берю?
Алексей удивленно, с неким непониманием смотрел на меня, потом, с некоторым усилием повернул голову к воеводе с Михаилом. Короткий кивок воеводы, в мою сторону, как бы снял с него наваждение. Он, с неким усилием, произнёс:
- Вот уж не никак не думал, что встречу степной интерес среди болот здешних...
- Так тебе знакомо это имя? - с надеждой спросил я.
- Само-то имя мне кажется знакомым, но вот тот ли это человек, о ком ты думаешь?
Увидев мой недоумённый взгляд, пояснил:
- Как ты думаешь, много ли на свете Корнеев? - и с легкой улыбкой глянул на воеводу.
- Много... – с быстро тающей надеждой опустил я голову.
- Во-от! - с какой-то веселостью подтвердил Алексей, - а наш Корней Лисовин, такой - один!
- Кхе, ты, это.. Алексей, помоги-ка парнишке нашему, если можешь, хотя б советом.
- Ну-у, разве что - советом, - медленно произнес, глядя в купол шатра и продолжил, внимательно поглядев на меня.
- Если не ошибаюсь, то имя Улак дают в степи младшим сыновьям, последышам. В какой бы семье они не родились, на путное наследство они не могут рассчитывать. Тебя, ведь, скорее всего, интересует не простой пастух?
При этом воевода недовольно поёрзал на скамье, а боярич метнул в меня и в будущего отчима раздражённый взгляд.
От цепкого взгляда Алексея не утаились ни эти действия, ни моя стеснительность, но он, не снимая легкую улыбку с лица, ещё раз уточнил: - Ведь так?
- Так, дядька Алексей, не простой, предводитель шайки разбойников.
- Во-о! Уже лучше, - задумчиво произнес Алексей, уже глядя себе под ноги. - Скорее всего: это - сын вождя или старейшины рода. Переводится его имя на наш язык как "козлёнок", так как этих поздних детей обычно любят и балуют, а со старших спрашивают строго, но им-то, старшим, всё родительское добро, в основном, и достаётся. Среди этих самых "младшеньких", больше всего недовольных своею судьбою и желающих получить от неё больше, чем имеют возможностей. И неприятностей всем окружающим от них - больше!
Настала моя очередь смущаться и удивляться. Все молча посмотрели на меня. Видимо, поняли, что это и про меня... Мне пришлось приложить усилия, чтобы не отвести взгляд от наставника. Слава Богу, заминка в его повествовании была короткой, и он продолжил свои рассуждения.
- Судя по второму имени-прозвищу, этому человеку пришлось доказывать свою крепость духа, твердость характера, хитрость, коварство, ну и, видимо, жестокость, потому что - "Берю" или "Бурэ" переводится, обычно, как "волк". Жестокий и подлый он, видимо, человек.
Я уже не смог удержать себя от услышанного. Жар ударил мне в голову, сердце мое сжалось и упало куда-то, но тут же заколотилось, перехватывая дыхание, холодный пот и озноб сменил огонь с лица. Отшатнувшись от Алексея и беззвучно раскрывая рот, я заметил, что его рука удерживает меня и удивленно - испуганный взгляд его, смотрящий на меня. С другой стороны меня поддерживал боярич, воевода стоял за столиком.
Голос мой, такой чужой и непослушный, начал продираться сквозь перехватившее горло.
- Знамение... - родившееся в муках слово, видимо, понял только я один .
Михаил, желая меня услышать, придвинул свою голову к моей.
- Где...он? - уже четче произнёс я, вопрошая.
- Кто? - удивился Алексей.
- Тот козёл! - громко выкрикнул Михаил.
- О ком вы спрашиваете? Не пойму я что-то? – искренне удивился Алексей.
Тут уже не выдержал и сам Воевода Корней Агеич.
- Да тот, о ком, ты - Леха, нам только что распинался!
- Батюшка ..., не ведаю о ком речь-то...
- Сам нам, рассказываешь и не знаешь!? - возмущённо – удивлённо заключил Корней и присел на свое место.
- Дядька Алексей, так ты его не знаешь? - спросил я в отчаянии, уже придя в себя и понимая, что удача моя, только что, лишь жестоко ухмыльнулась мне в лицо. Слабость отступала чуть медленнее, чем наступила и в поддержке дружеских рук я уже не нуждался. Но боярич, видимо, для моего спокойствия, усадил меня на скамью. Так мы и сидели трое, а Старший наставник стоял. Молчали. Тут до Воеводы, верно, дошла вся несуразность такого положения и он жестом пригласил его присесть. В качестве извинения, наполнил кружку вином и протянул ему.
Взяв кружку, Алексей стал пить, оглядывая всех нас поочерёдно. Никто не прерывал этого нужного и, иногда, доброго занятия. Все мы молча смотрели как Алексей пил, утоляя жажду. Было понятно, что ему требовалось какое-то время, чтобы правильно пояснить всем нам уже сказанное. Пока он пил, вероятно, еще и продумал, почему возникла эта странная ситуация, потому, не забыв мой вопрос - ответил.
- Я рассказывал вообще потому, чтобы было понятно, а не о каком-то конкретном человеке. Это - довольно часто встречающееся имя у степняков-кочевников. Нужно точно знать название рода или места кочевий, тогда можно говорить и точнее. Мне встречалось это имя, но тот ли он, который вам нужен - не знаю. А почему вам так интересен этот Улак -Берю?
- Он сделал нашего Степана сиротой... – опередил всех сказал с печалью Михаил.
- Понятно... - медленно и задумчиво подтвердил услышанное старший наставник. И дальше он уже говорил без всякого напряжения, а как-то по-доброму, участливо.
- Видишь ли, Стёп, я достаточно давно из степи... ушел... и сейчас могу многого не знать, что там и как.
- Дядька Алексей, а как ты думаешь, если попросить об этом князя Мстислава, его люди - могут знать ...
Даже не успев договорить, я был вынужден прерваться, так как наставник, услышав такое, внезапно поперхнулся вином и закашлялся. Корней, почему-то с улыбкой и с явным удовольствием стал хлопать того по спине. Бояричу Михаилу весь этот процесс, тоже, похоже, доставлял удовольствие.
Когда наставник совладал с собой, то, с некоторым усилием, передохнув чуток, спросил:
- Зачем... князь? Почему - я?
Его растерянное лицо так забавляло обоих бояр Лисовинов - деда с внучком, что Корней перешёл


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Четверг, 20.10.2016, 21:00 | Сообщение # 110
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
от улыбки к откровенному смеху. Михаил же, видимо, сдерживался и, лишь, тихонько и деликатно хихикал. Он опустил голову, делая вид, что поправляет сапоги. Сдерживая смех, воевода спросил:
- Что Лексей? Не хочешь к Мстиславу, в Киев?
- Нет!!! - Последовал незамедлительный ответ Алексея, с трудом восстановившего дыхание.
Так же быстро прозвучал и дельный совет Воеводы, из последних усилий сдерживающего свой смех:
- Тогда вспоминай-ка побыстрее того степного "козла"!
И сдерживаемая плотина наконец-то прорвалась громогласным смехом Корнея и подвываниями Михаила. И только мы с Алексеем неловко улыбались. Он, видимо, извиняясь за своё непонимание сложившейся ситуации. Я же, потому, что невольно поставил его в эту ситуацию, а также из-за того, что прощался было на какое-то время с мелькнувшей надеждой. Когда же смех Лисовинов стал немного стихать и уже можно было надеяться, что я буду услышан, и чтобы успокоить страсти, решил прояснить:
- Понимаешь, дядька Алексей... Мой отец служил сотником у князя Мстислава, князь ему доверял, поручил ответственное дело... Человек же, с таким именем - был главарём шайки, напавшим на нашу семью, один я тогда чудом остался жив. Я – ищу его, хочу просить помощи князя... в поисках. И наказать!
Смех Лисовинов прервался сразу же, при первых моих словах.
- По-o-oн-я-я-ятно... - протяжно завершил Алексей.
- Алексей, Степан, простите ...- сделав в воздухе какой-то неопределенный круг руками закончил свою мысль Воевода.
- Да ...- подтвердил его внук.
Воевода решил, похоже, извинится перед Алексеем, в виде пояснения:
- Степан сам будет говорить с Киевским Князем. И тот его – выслушает и тогда … Должен выслушать!...
Задумчивость всех, закончилась советом Алексея
- Этот Улак, думаю, всего лишь разбойник, хотя и вожак, но князю интересны и известны, люди именитые, значимые, полётом повыше. Так что тут – боле нужнее и полезней помощь похожих людей... Таких, как я был или похожих на него самого, но для всего этого нужно серебро. И, вероятно, немалое...
- Дядька Алексей, я понял, а может посоветуешь еще что ? – спросил я в надежде услышать дельный совет.
- Алексей, припомни... может знакомец твой какой-нибудь в тех местах остался, - это уже подтвердил мою просьбу воевода.
- Сейчас, перебираю в памяти... кого бы можно было попросить ... Да не просто так, "мол, знаю, слышал, но не более", а того, который может и больше сказать или даже сделать.
- Ну, слава Богу! Ты, Лексей, извини нас за смех, ну уж так совпало, что ... – разведя руки, закончил мысль воевода.
- Да уж, хотелось бы уточнить ситуацию... хорошо, не успел огорчится, выдержка помогла, - ответил с усмешкой наставник.
- Ну так, что ж, одобряю! Положено боевому боярину, иметь выдержку ,- хитро улыбаясь сказал
Погорынский Воевода и сразу же обратился ко мне. - Степан, ты с теми парнями говорил о твоих ...делах и дальнейших путях, может они и не захотят с тобой?
- Нет, Корней Агеич, не говорил ещё...
- Ну так сходи и поговори. Потом приведёшь их сюда. Алексей же, за это время, может, что-то и вспомнит.
Выйдя из шатра я, первым делом, направился к Прохору, который отдыхал после дневного дозора. Предстояло поставить его и тех, кого назвал, перед выбором дальнейшего жизненного пути. Сейчас, когда это надо было сделать, я как-то и засомневался, имею ли право, чтобы вот так все решать за них. Это для меня самого всё ясно, а для них.. Какое "ясно", видите ли ему, всё понятно, он всё для себя решил, тьфу, самоуверенный болван! Кто тебе дал такое право, Степа ? ... У меня есть... право предложить им, а они могут поступать, как хотят. Тем более что к Некрасу-то ехать всё равно надо, а дальше... будет видно.
Вот и палатка, надеюсь, они с Андреем еще не спят.
- Прохор! Андрей! Вы здесь, парни? Спите что ли или как? Я это - Степан! - услышав шевеление и бурчание, продолжил - Да зажгите лучину там или хоть чего-нибудь.
- Ага, сейчас! Палатку – то и подпалим, чтоб светлее ему было спать. Ходит тут, шумит, спать мешает... Чего надо говори!? Мы ж только-только вот вернулись! – всё это я получил от недовольного братана. Андрей помалкивал, притворяясь или, на самом деле, уже спал. Наконец, Прохор возжёг лучину и уставился на меня, кутаясь в какую-то тряпку на лежанке.
- Ну? Что случилось-то еще, до утра нельзя подождать?
- Нельзя, Проша! Помнишь, поди, про Некраса?
- Да! – живо приподнялся он с постели.
- Так вот, буди Андрюху, нас воевода ждёт!
- Да не сплю я уже! - повернулся он к нам, вылезши из под накидки, - галдят, понимаешь, тут, как вороны...
- Вот и хорошо, одевайтесь ребята живее, я сейчас сюда еще и Колю позову.
Одновременно прозвучали два вопроса: .
- А его-то зачем еще? – от Прохора, и - В брони, что ли? - это от Андрея.
В той же очередности и ответил .
- Так надо. Без брони.
Ответил мне один Андрей, так как братан, похоже, думал над тем как надо и неужто получается, что еще придется делиться серебром от Некраса и с ним.
- Так нам, почитай, только обуться.
- Умойтесь пока и ждите, я - скоро, похоже, что Николай не спит, шел сюда - свет в их палатке виднелся.
Так и оказалось: он точно, только – только собирался ложиться.
- Коля, пойдём со мной, надо поговорить.
- А, чем здесь-то плохо? Хочешь взвару испить? Ещё не остыл, поди...
- Нет! Потом.. Воевода ждёт!
- Сейчас, вздену...
- Не надо, так пойдём, - прервав его облачение, поторопил я приятеля.
В палатке Прохора они все сели на лежаки, а я нервно переминался с ноги на ногу, жалея, что она тесна для ходьбы. Потом, тоже, сев рядом, начал подбирать слова, пытаясь найти нужные и понятные нам всем.
- Ребята! Мы все достаточно долго вместе здесь, на службе у Лисовинов, нам тут - нравится, мы помогали и спасали друг друга в бою. Подружились! Также помогаем и утверждению рода Лисовинов на этих землях. Я же, в отличие от вас, всегда знал, что здесь я - временно и меня, вскоре, ждут другие края. Только вам ничего до поры об этом не говорил. Так как, даже, и не думал, что так скоро передо мной и перед вами встанет сей непростой выбор.
Я, сейчас, привел вас на перекрёсток дорог и хочу спросить, пойдёте ли вы со мной или останетесь здесь, в Младшей Страже. Подождите, не отвечайте пока, хочу вначале пояснить, что никто меня не гонит отсюда, а даже и просят остаться, и еще... я не поругался с Лисовинами. Напротив! Очень благодарен им и буду с ними в дружбе всегда! Но, как и они утверждаются на своих землях, так и мне предстоит - то же.
- Ты что, вотчину, никак, получил? - не утерпел, полюбопытствовал Николай.
- Не совсем так. Нет у меня, пока, ни вотчины своей, ни людей. Я сирота, осталось лишь Имя и Долг. Родня-то есть, но небольшая и небогатая, - кивнул я на Прохора. Помолчал. Ребята слушали меня внимательно и не перебивали. - Есть и ещё, побогаче, но те, поди, и знаться-то со мной не захотят. Есть друзья - Вы, ребята, которым могу пока предложить лишь трудности пути. Вотчину свою будущую мне надо будет взять мечом, так что, кроме трудностей и боевого братства мне сейчас и нечего вам предложить.
- Так мы, вроде, и здесь это все получить можем, и землю и людей? - удивился Андрей.
- Знаете, парни, мои предки были и поболее нашего воеводы, так что пару селищ для меня мало! Да и вам, если со мной решите, можно думать о большем, чем здесь…
- Ха-ха-ха, - Прохор прервал меня своим смехом, посмотрев с такой ехидной улыбочкой, что даже обидно стало! Затем он глянул на ребят, но большого отклика на свой смех не нашёл. Только Андрей немного приподнял было уголки губ и, тут же, услышав величину моего сравнения, вернул задумчивость своему лику. Рассудительный Николай же, спросил меня так:
- А зачем воевода-то нас зовёт?
- Хочет сам убедиться, что ежели вы со мной пойдёте, то по своей ли воле.
- А ты, Степка, небось, за нас уже и решил? – к рассудительности Николая, добавилась озорство Андрея. Тут же, сразу, безшабашный Прохор, весело подвел черту разговору:
- А и правильно сделал, чего там! Хочу поболее, чем могу …! Так мы, тогда и ближниками твоими станем наипервейшими, как ...и .. - дальше он так выразительно замолчал, решив сохранить имена в тайне. Но кивок на Лисовиновский шатер показал, о ком он...
- Так что вы, ребята, решили-то?
- Да пошли, чего уж, где там Твой воевода? – тихо смеялся Андрей. Ему вторил и Прохор: - А у нас свой есть - вот! – и пихнул меня в бок.
Я тоже в ответ улыбнулся, Николай усмехнулся и мы все, похлопывая друг друга, стали выбираться из палатки. Прохор на выходе слегка придержал меня за локоть и шепнул:
- Потом расскажешь?
Увидев мой кивок, вернул улыбку на лицо, приобнял за плечи, дружески сжимая и потряхивая. Я понимал его состояние! Меня самого переполняло тревожной радостью.
В боярской палатке находилась та же троица. Дед, грозный воевода Корней, его внук, молодой сотник боярич Михаил – наш командир и наставник Алексей. Воевода, подождав, пока мы построимся перед столом, спросил бодрым голосом:
- Ну что, молодцы, есть желание послужить новому господину? - … и глянул на меня выразительно.
В образовавшуюся паузу дружно грянуло тройное: - Так точно!
Корней, не ожидавший такого, кхекнул, и обратился ко мне:
- Стёпа, ты что это, их тренировал там?
- Никак нет, господин воевода!
- А,... сам такой же... – махнув рукой, обратился к ребятам ещё раз: - Если вам не по нраву или супротив воли, то вы скажите.
- Никак нет, всё по воле.
- Парни, сейчас в вашей воле, держать синицу в руке или зарится на журавля в небе. Ух, ты! - сам себе удивился Корней, при этом слегка осклабившись: - Как к слову пришлось, это не тот, за болотом, а в небе, поняли?
- Так точно, поняли, - дружно прозвучал ответ.
- Миша, внучок, у вас что, все такие..., деревянные?
- Да нет, деда,… просто учим порядку.
- Ну, в таком разе, ребята, с Богом, в добрый путь, зла не держите, хорошего не забывайте идите спать и пусть вам приснится ... ваш журавль. А ты, Степан, задержись. Алексей хочет тебе совет дать.
Мои друзья и будущие ближники пошли разглядывать своё будущее, которое я и сам-то видел лишь в неявной, мечтательной дымке. Поразила их вера в меня, неужто, я столь внушаю доверие… надо будет потом с ними подробней объяснится, а пока …
По лицу старшего наставника, по его отношению ко мне, было понятно, что ему поведали вкратце мою историю. Взгляд его изменился и сильно: с холодно–отчужденного на сочувственно–понимающий и доброжелательный. По слухам, которые до меня дошли, что-то, похожее с моей историей, он и сам испытал некогда. Мы, его подопечные, знали, что семья его – погибла и, что это было как-то связано со степью. От всей его семьи остался, лишь, нелюдимый и молчаливый сынок Савва… Может быть, Алексей, меня поставил на место своего сына, ну и …
Мои размышления были прерваны бывшим степным порубежным Сотником, каким мог быть и мой отец…
- Есть, Степан, в Киеве, ну, если застанешь и не сгинул, мой бывший десятник Севастьян Хвост. Кликали его и Сивкой и Вороном, иногда - Сивым вороном, ибо чёрен он волосом и смугл лицом. Сам-то он из порубежных, матушка его наша, из славян, из тмутараканских, а вот отец - из горцев, но из крещёных, рассказывал он, да ладно … Если захочет и больше о себе поведает . Так вот, этот самый Севастьян, после того, как мы все разбежались, пристроился в Киеве у одного купца, стал там старшим его охраны. Уж как они там ладят, не знаю, ибо горяч мой Севастьян преизлиха, но как воин и всадник - хорош! Риск он любит и дерзость, и не только с врагом, но и со своими. Если с умом подойти, да с уважением – то можно договориться. Он должен знать всех этих... козлов, может и сговоритесь. Завтра подойди, передам с тобой ему весточку. Он самый лучший из всех, кого я знаю, если ему человек по нраву, то будет его любить и уважать и не предаст никогда, так что уж постарайся ему глянуться.
- Дядька Алексей, а почему вы не вместе?
- Звал он меня, да, вишь, дела семейные, а он-то - один, ему и легче сняться-подняться, а я ... сам знаешь.
Купец если, конечно, не ошибаюсь, Терентий Косой, ещё кличут его "греком", это точно, ибо с ними и ведёт он торг. Ну теперь, кажется, всё… Корней Агеич, а вы вот ещё возьмите с собой в Киев, торка Мефодия. Он сам с тех мест, может тоже чем и подсобит. Вдруг , маво дружка не будет на месте, с караванам там... или по какой другой надобности купец услал, дела-то торговые. Сами видите, сколь мало наш Никифор дома бывает. Да и сам Мефодий, дома погостит, а то и кого–нибудь с собой сюда приведёт. Уж больно всадники они все хорошие...
- Тебя со Степаном послушать, так и всю сотню нашу ратненскую и младшую стражу, в придачу, надо вести в Киев, - недовольно проворчал воевода, но, чувствовалось, что это больше по привычке, сам при этом раздумывая и, видимо, чтобы ещё больше дать себе подумать, продолжил: - А наши всадники значит "плохие"? Ты думай, чё говоришь-то...
- Так я… младших имел ввиду… из всей оравы десяток нормальных, только, и наберётся. Да вон, Михаил наш и то: со своим Зверем не так давно освоился, а до дедова умения и ему и остальным ещё ой как далеко, - грубо сластил горечь Алексей и не сильно-то скрывал это, хитро улыбаясь. Старый воин понял это и продолжил известную только им игру.
- Так ты тоже, нынче как скакнул-то,..."молодой боярин", чуть старше вот этого боярича, - кивнул он на внука, улыбнувшись с ответной хитринкой. Алексей деланно вздохнул, опустив голову и пожав плечами, развёл руки.
- Грешен, батюшка, сам знаешь: молодо-зелено, но на хозяйстве быстрее повзрослею.
Корней добродушно рассмеялся, Михаил улыбнулся, а я из вежливости тоже улыбался, не понимая всей сути их игры слов, ну, да не моё это дело, главное, что они не сильно огорчены и можно воспользоваться ситуаций и обратиться с лишней просьбой.
- Господин воевода, разреши обратиться?
- Да согласен я, Степа, насчёт Мефодия, в Киеве, опосля, и встретитесь, не надо ему тут… по твоим делам … скакать, - добродушно улыбаясь, закончил он.
- Я о другом, господин воевода...
- Что, не согласен со старшим наставником? – с той же искринкой в глазах заключил Корней.
- Наоборот, согласен, прав господин Старший Наставник, огорошил я всех. Улыбки сошли с лиц моих командиров. Общее недоумение всех присутствующих и, даже, Алексеево, опять высказал воевода.
- Что-то я не пойму? Ты - опричник, опоясанный воин из нашего воинского братства, и хочешь сказать, что ты слаб в конных умениях?
- Действительно, Степа, я помню как ты неплохо держишься в седле на своём … Змее, кажется? - поддержал воеводу Алексей. Лишь Михаил с любопытством смотрел на меня, видимо поняв, что я опять что-то задумал и сейчас удивлю всех неожиданным. Ну что ж, надо оправдать его ожидание! Да, так уж получилось в последнее время, Михаилу достались почти все неожиданности от меня. Он уже как-то и попривык к этому …Ну что ж, приступим, помолясь....
- Прав господин Старший Наставник, что не все наши парни могут хорошо держаться в седле. Двое из тех кто, ты, воевода, отпустил со мной, разведчики, а они-то больше ползают и скрываются, чем скачут.
Алексей с Михаилом согласно закивали. Алексей, просто, соглашался бесхитростно, а Михаил, с таким видом: мол, "давай-давай … ждем!" И я продолжил собравшимся командирам.
- Вот, я и хотел бы попросить, чтобы облегчить путь, телегу, да и… по прошлой жизни, понял её удобность.
- Тьфу ты, Степка, нашёл что просить! – выдохнул воевода, - я-то думал, что-то серьёзное, а он …, да, бери любые, с санями вместе! - заключил Корней Агеич благодушно. Алексей улыбнулся, лишь Михаил не разделил их легкость и смотрел также настороженно.
- За болотом, нам достались некоторые непривычные для нас телеги. По возвращении сотни и стражи из похода, Михаил с Лавром Корнеичем и Ильей Фомичем обсуждали, как их лучше применить для походной жизни. В мастерской у твоего сына - кузнеца Лавра, трудится мой братан Николай, через него я узнал об этом и о некоторых других новых вещах, которые очень облегчают походную жизнь. Вот их бы я и попросил бы разрешить взять в путь-дорогу.
- Михайло, что там еще за телеги? - уже не так бодро спросил воевода, - почему Я не знаю?
- Так нет же ничего, пока, деда! – недоумевал внук, - да, были разговоры, рисунки, но не больше!
- А он, тогда, почему их просит? - уже, слегка раздраженно, вопрошал сердитый воевода.
Надо остановить их перепалку, а то, куда она заведёт... неизвестно.
- Господин Воевода, разреши пояснить?
- Уж давай, милок, вещай: …"баба с возу, кобыле - легче", а в нашем случае… Короче: излагай!
- Когда мой братан Николай, поведал о новых телегах, да и ещё после того, как услышал обсуждение Михаила и Лавра, и глянул их рисунки, то сразу понял, что это будет очень удобная телега для дальнего похода. Он и увлёкся этим, несколько раз говорил со мной, а также о других вещах, которых придумал Михаил...
- Придумывать он горазд, а что всем другим от этого часто одни мученья и головная боль, ему не интересно, - раздражённо пробурчал воевода и тут же продолжил: - Что вы там еще с Лавром придумали на мою погибель, небось, и Кузьму к тому ...привадили?
- Деда, никто его не заманивал, да он - сам, и может всё рассказать, подтвердить. Позвать?
- Ага, опять хочешь с больной головы на здоровую переложить? Нет уж, сам придумал, сам и отвечай! Да все твои ...Что угодно подтвердят! Хотя, уже поздно, чувствую: если сейчас не лягу, то завтра придется самому мне ехать на той телеге, - устало закончил Корней Агеич.
- Господин воевода, думаю, к нашему приезду они будут сделаны и… - но был прерван им.
- Ладно, уговорил, умеешь ты убедить, Степа, бери, что там тебе надо. Всё равно в Киеве вскоре увидимся, а там и посмотрим, что там к чему. Но помни: вашей доли, твой и твоих парней, в нынешней добыче - нет. Согласен?
- Да, господин воевода, это - справедливо. Принимаю.
– Вот и сговорились. Завтра пойдешь лодьями в Ратное с раненными и с добром тутошним. А то, мы сейчас, будто богатый купеческий караван нагрузились, а не справное войско в походе. Вести передашь, отвезешь письма. Вишь как, Алексей , дал ему палец, так он норовит всю руку откусить, да по… самую шею. Чувствуется кровушка-то нурманская, разбойничья!
- Так я это, тоже …того... хозяйственный, - с невинной улыбкой ответил на шутку старших.
- Нет, ну вы гляньте, каков шельмец! - отмякая голосом ответил на мои слова воевода. – Видишь, внучек, сколь разов я был прав с этим … ярлом. Пока он еще под моей рукой - его не только можно, но и нужно! И в хвост, и в гриву!. Тьфу ты, опять я чего-то про коней и … сани. А доли вашей нет! И точка.
- Так, ты, деда, тоже - хозяйственный…
- И этот туда же, точно: сговорились! Ты, вот, лучше подумай-ка перед сном-то, что и куда завтра грузить и куда что посылать будем. Ну как? Задал я тебе, внучок, ночную думку-то? А по утру и доложишь, а я и послушаю на свежую голову, а потом выдам…на орехи. Неча было меня тут обихаживать и утомлять, ишь, накинулись, выдумщики хреновы, на старого воеводу.... Ну, а сейчас- всем спать!
И демонстративно кряхтя как немощный наш мудрый и бодрый "старик" направился к выходу. Его же молодой внук , также выразительно заохал, приложив ладони к голове и сердцу. Мы с Алексеем перемигнулись и, улыбаясь, направились к выходу из шатра.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Четверг, 20.10.2016, 21:01 | Сообщение # 111
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 11

Когда я, наконец-то, вымотанный, после всех этих важных разговоров, пришел-приплелся в свою палатку, чтобы выполнить команду "отбой", то застал там всех моих... ближников, в полном составе. Ребята с нетерпением хотели услышать от меня о своем будущем и в какой-такой стороне им начинать высматривать того самого заветного журавля в небе.
Вздохнул и перекрестился... И передал им воеводский приказ о сне и завтрашнем скором отплытии, а также попросил до поры ничего никому не говорить, а подождать всех моих объяснений на лодье. С тем и угомонились... Но крепкого сна, похоже, не было ни у кого из нас...
Сами сборы и погрузка были не легкими :люди, оружие, рухлядь, животные... Всё это сплелось в одном большом водовороте. Прав был старый воин, ой как прав, когда сам отправился спать и нам идти приказал. Если бы не сон, пришедший ко мне под утро, хоть и такой тревожный, какой был нынешней ночью, то мы, и я в том числе, не выдержали бы этого...марш – броска по трюмам и палубам. Хорошо, помог Роська - Василий, нет, не даром ладьи и воды - это его бывшая стихия, а я вот сплоховал чего –то нынче, а ещё .. викинг...
Да уж, надо запоминать и это учить! Крепко учить! Огневцы-ладейщики были отчего-то в хорошем настроении и с удовольствием подсказывали нам: что, где и как нужно грузить, как лучше паковать и размещать. Гоняли нас как... сильно в общем. Парни мои, да и я в том числе, были раздражены. Но, в один момент, в очередной раз, увидев и услышав как Роська, с большим терпением, подсказывает и старается толково объяснить нашим ребятам, что и где лучше размещать, как-то смирился и успокоился. Делал же он это с таким терпением и заботой, что трудно было понят, что его в этом так привлекает. Понятно, что соскучился он по былой работе... Ну и что? А то!... И у меня, как бы упала, ушла как и не было, пелена с глаз. Он же любит это и делает это с любовью! Ну, а когда есть большое и сильное чувство, то все маленькие становятся незаметны.
Ненависть - тоже – сильное чувство и топчет, зачастую, малые ростки разума... О чем думаю-то ...? Надо и мысли уметь правильно распределять и грузить. Вот уж, точно , мечтающий грузчик,... философ, как Мишка выражается, хренов. Так, хорош отвлекаться! Надо моим парням, вот сейчас же, за обедом то же разъяснить, а то опять с кем-то лаются.
После трудов праведных и еда, даже сама простая и непритязательная, вдвое вкуснее кажется, а если её еще и приправить хорошим настроением, то и вообще ...

- Эге-гей, Парни, чего вы такие грустные, мы же, вроде бы, домой, в крепость нынче идём, родных наших увидим, а? Чего загрустили-то?
Первым, как и следовало ожидать, раздражённо зашипел, Прохор: - А чего они? "Подай - это, подай - то, куда несешь, дармоед, да как берешь, косорукий, да кто так ложит..". Сам же все, Степка, видишь! Чего спрашиваешь, разве ж не понятно? А чего ты лыбишься-то, вообще? Может нам чего хорошее скажешь? - Уже более миролюбиво закончил братан.
- Кто ещё что хочет сказать? – спросил я друзей .
Неслаженным хором голосов ребята поддержали недовольство Прохора, да и он, тоже, от них не отставал.
- Ладно, хватит! - примиряюще остановил я их стенания, - раскудахтались тут как куры, вернее, как молодые петушки.
Их речь, в ответ на мои слова, вообще, потеряла всякую внятность, ибо перешла в недовольное бухтение.
- Всё-всё, хорош галдеть, - поднял обращенные к ним ладони. - Вчера вы, отвечая, удивили самого воеводу своею слаженостью. Почему? Да, потому что, у вас - был единый порыв, ясна цель и общее желание. А сегодня что, ваши мечты развеялись с этой скучной и не понятной работой? Вы видели, как Роська, весело и легко относится к погрузке?
- Ну, видели, и что нам с того? - вразнобой удивились мои ребята.
- Ну, так он её понимает, он же, говорят, еще мальцом малым был, а уже ходил на купеческой ладье, - ответил за всех Николай.
- Так и вы постарайтесь понять этот труд. По моим делам нам всем это умение очень понадобится!
- А чё тут понимать-то, дело нехитрое, понятное: бери больше, тащи дальше и всё! - это прогудел Андрей.
- Во-во, и потопните вскоре, как на той, вот, лодье, помните? А все потому, что свалили косорукие олухи там всё в кучу, да и бросили как попало. Что, тоже, хотите водяному жертву принести?
- Не-е-ет! – дружно в один голос, выдохнули они.
- В таком разе, старайтесь: всё подмечать, запоминать и учиться полезному навыку. Да и относиться нам надо к этому, как к любимому делу. Тогда, и легче пойдет, да, и сами не заметите, как втянитесь .
Вспомните-ка: если болты в сумку бросать как попало, то их поместится много меньше, да и ещё доставать трудно станет! А если в перемётные сумы кладь неправильно положить, то и лошадь измучаешь, да и сам устанешь поправлять-то. То же самое и с заплечным мешком.
Гул поддержки и понимания моих слов был для меня самым желанным ответом.
- Также, вспомните: как трудно нам давалась наука дядьки Стерва.
Прохор попытался было, что-то сказать, но замолчал, увидев мою раскрытую ладонь.
- Что за удовольствие неподвижно лежать и тупо пялиться куда-то? Под кустом прячешься, то сыро, то жарко, какая нибудь букашка противная норовит залезть в такое место, что… и не подумаешь! Сидишь на ветке, как какой нибудь сыч, и крутишь головой во все стороны. Но когда мы с вами поняли важность и нужность этакого лежания-сидения, мы стали относится к той науке по-другому и даже полюбили это.
- А я ещё и раньше... - не смело, не утерпев, добавил свое братан.
- Так ты у нас, кто? Лесовик! - с улыбкой вставил Николай .
- А вы-то, тогда, кто, или забыли наше городище?
- Нет, ничего мы не забыли, но ты из нас всех, и тогда, больше всех любил такое - лесное знание.. - пояснил Андрей и, тут же, с озорством, продолжил.
- О, Степ, ты ему землю в вотчину не давай, не надо! Дай самую лесную глушь! Есть там тёмные леса-то?
- Как не быть, найдем! Всё там есть и реки и озёра и, даже, море!
Гул одобрения, удивления и ожидания, что раздался мне в ответ, порадовал меня. Ребята были довольны моим ответом и опять окунулись в мечты.
- А чего, я - согласен - с прищуром, глядя в небо, блаженно произнес Прохор, - буду охотится, дело привычное!
- Так вот, - прервал я столь приятное занятие, - надо нам научится этому труду, ибо совсем скоро придется грузить уже свои лодьи для морского путешествия.
Вновь волнительный ропот, полный надежд.
- Так что, други, пойдемте - ка сейчас грузить чужой товар. С радостью и прилежанием! Будет нам и свой!
Все поднялись с земли и, переговариваясь, пошли в сторону лодий, спокойно покачивающихся на воде. Вдруг, Николай, придержав нас руками, резко остановился.
– Как это, "чужой"? А наша доля с добычи?
- Вот! Видите парни, как Коля проявил наблюдательность и внимательность, ну, почти, как наш Прохор в лесу, хотя оба с одного городища родом!
Прохор досадливо поморщился, а Николай ехидно усмехнулся.
- Дело в том, что на этих лодьях, и в правду, нет нашей доли, - огорошил я их.
- Как так, нет? - натужная улыбка Николы, подтвердила всеобщее недоумение .
- А, тогда, зачем же мы...? - Так, что же ты..? -Одновременно произнесли Андрей с Прохором .
- Мы с воеводой договорились , что с этого похода нашей доли - нет ...
- Так мы же, пока что, вместе со всеми остальными ребятами были! Везде и во всём были и, я думал подарить... – разложил все по полкам Николай. Его тут же поддержали и другие: - И я, и я тоже, хотел сестрёнкам...
- Да успокойтесь Вы! Не переживайте, в Михайловске мы выберем сами и возьмем те вещи, которые нам понадобятся в дороге, а наши доли ждут нас в других местах .
- Так это... Мы и от этой не откажемся! - дружно ответила моя троица.
- Во, видите, как вы дружно то ответили. Так значит, что выходит-то: синица в руке, для вас, лучше и надёжней, чем журавль?
- А мы и журавля ... ощиплим - обиженно, потупившись, сказал Андрей. Прохор настороженно нахохлился, но, пока, молчал .
- Поймите, ребята, то, что мы возьмём там – тоже стоит немало, и, может быть, даже и больше, потому что будет служить нам не один год! Нам! Всем сразу! Вот скажите, что бы вы хотели взять с собой в лес, еду на один день или лук со стрелами, которым эту же еду можно добыть?
- Конечно лук! - видимо, уже понимая куда я клоню, с задумчивой надеждой на лицах, произнесли любители пернатого счастья: синиц и журавлей.
- Ну, так и я тоже самое посчитал, что так - лучше, да и вам, думаю, потом понравиться мой выбор.
- Надеемся, что ты опять всё продумал, прежде чем решить за нас, - как- то со слабой надеждой в голосе, произнёс Николай.
- Друзья, прошу, верьте мне! Если вы мне будете доверять, то и я буду спокоен и смогу более обдуманно принимать решения.
- Ага, ты там чего- то думаешь, а потом нам говоришь своё решение, а с нами не советуешься! - предъявил свою обиду братан.
- Поймите, есть моменты, о которых вы не знаете, а объяснять бывает слишком долго и надо решать все быстро, без долгих советов. Но там, где это возможно, я всегда буду спрашивать советов у вас или других знающих людей. А теперь пойдемте- ка на погрузку, а то на нас уже косо смотрят. В пути, на лодье, будет время поговорить. Просто: верьте! В этот раз работа по погрузке пошла веселее, а следовательно легче, даже тот ратный огневец, с которым я недавно сцепился в дозоре , уже не раздражал меня и я смог от него получить дельный совет. Из всех наших лошадей, только мой Змей и был взят на борт, так как, прежде всего, не хватало места да и он вёл себя на воде спокойно, путешествуя так не в первый раз. В Михайловске для ребят возьмем других лошадей, это не так важно, всё равно они будут им нужны лишь на некоторое время.
Погрузка и хлопоты по размещению всего, что отправлялось в Ратное и Михайловск постепенно прекращались. Наконец-то вся эта чехарда закончилась. В дорогу получил письма и устные наставления от воеводы, боярича и наставника Алексея. Обговорили также, где встретимся в Киеве , если возникнет такая возможность . Для всех других кто оставался ,мы выполняли какое –то поручение воеводы, а какое... это и не важно. Со временем, те кому интересно - всё узнают...
Разместились мы все на одной лодье, чтобы можно мне был бы поговорить с парнями. После вечерней трапезы, не обильной, конечно, но по по-походному сытной, расположились на каких- то тюках и мешках, лежащих на палубу у носа лодьи так, что незаметно к нам никто бы не подошел. Да и дневной шум ещё не уменьшился. Ветер хлопал парусом, а команды кормщика и разговоры гребцов, также заглушали наши речи.
- Парни! После крепости мы с вами двинемся своим ходом в Слуцк, там живет один приказчик, мерзкий такой, подлый и скользкий тип. Возьмем с него виру серебром, так как из-за его подлости, погибли близкие мне люди, я был ранен, но это так, мелочь.... Помните, поди, что сотворил Спиридон?
Парни единодушно подтвердили, и я продолжил.
- Через Спирькину подлость и трусость погибли множество людей, ещё больше лишились крова и другого имущества. Сам-то он никого не убивал, нет, он и пальцем никого не тронул! Но.. .Примерно, тоже самое, сделал и тот человек .
- Так убить его и вся недолга, - прогудел Прохор, друзья горячо поддержали его .
- А может нам казнить его ... также, как боярич Михаил, с судом, а? - предложил Коля.
- Вот, видите, вы сейчас предлагаете убить человека, а ведь ещё не дослушали, даже, и всего того не знаете, что знаю только я. И как мне спрашивать совет? У вас ! , которые впервые услышали о этом человеке и имени его не знают, а совет уже дают?.
Все понурили головы .
- Ты, Прохор, предложил: убить .. Дело-то не хитрое. Ну убьем и что? А надо, прежде всего, с него виру взять, поговорить, может ещё про какие его подлости узнаем..., ну или поймем его интерес в том деле… Это зверя лесного сначала убивают и, через это, выгоду получают, а с такого человека перво - наперво спрос берут, потом виру, а уж потом убивают, если совсем больше не нужен! Ну, словно бы с овцы, шерсть остригли, а уж когда-то потом... того, под нож! Судить же, как предлагает Коля, того прохиндея можно , но не нужно , ибо, из всех видоков, кажисть, один я остался. Вот, если бы, того же Спирьку судили позже, где-то в другом месте , то не было бы столько видаков и, он бы мог отбрехаться или откупится. Так что суда не будет, я его уже почти осудил, думаю и вы решите тоже так, ... когда узнаете, какой человек через него погиб. Да вы его все знаете. Это твой дядька, Прохор, Боримир...
Молчание нарушилось гневными выкриками Прохора, который резко вскочил, как бы порываясь немедленно бежать и удавить того Некраса. Но, валявшиеся вокруг , тюки не дали это совершить. Единственное, что он мог себе позволить - это покачивание на полусогнутых ногах и сжимание воздуха руками, словно он душит невидимую шею или.. .месит тесто. На мой предостерегающий жест, он всё же отреагировал, уменьшив голос.
- Я же сразу предлагал - убить! Да я, да он...ну ...удавлю гада!!!
К этому времени, до остальных ребят тоже дошло, о ком я говорю.
- Так это, чё... Беляна дядя? - удивился Андрей. – И твой дядя, ...Волк? - подвел черту Николай.
- Да, ребята, Боримир - дядя Прохора, а мой опекун, он мне не родной по крови, но был мне самым настоящим дедом, любящим и заботящимся, да вы же его помните по Куньему.
Все молча закивали.
- Наречённым отцом он не любил зваться, ему больше нравилось быть добрым дедушкой ..
Я почувствовал ком в горле и пощипывание в глазах. Прохор, видимо, тоже не смог сдержать навернувшиеся слезы, опустил голову и прикрыл её руками. В возникшей тишине, угадывались его всхлипы. Андрей положил ему руку на спину - успокаивал, немного поглаживая. Я же, наоборот, подняв голову, рассматривал дальний горизонт, делая глубокие вдохи и выдохи. Какое-то время все мы молчали. Затем я продолжил рассказ.
- Други, это - моя охота, вернее: наша! - но, даже, и этого краткого мига хватило, чтобы увидеть вскинутые головы и возмущённо- недоумевающие взгляды ребят. Я невольно улыбнулся и решил еще пояснить.
- Спокойно! Ну, как? Взбодрились? Вот и хорошо. Охота - наша, общая, но вожак - я и мне решать, как и что, а ваше дело - слушаться меня и не перечить. Скажу, если надо то и улыбаться ему будете! Надо будет, то и ниц падёте перед ним. Может этого и не будет, но чтобы знали и были готовы ко всему!. Помните только, что перед вами очень хитрый, скрытный и коварный враг. А нам надо его заманить в смертельную ловушку. Да так, чтобы не выкрутился и не вырвался ! Мы не можем просто так придти и убить его. Сами же и пострадаем. Кругом же люди будут. Тихо убить тоже нельзя, прежде надо стребовать виру, да с лихвой. Это будет наша тихая охота, "дичь" же об этом пока не знает, но может догадываться, - задумчиво завершил я.
- Ты, Степа, у нас прямо как "Маугли", - тихо улыбаясь заметил Колян. Все мы, и я в том числе, посмотрели на него удивлённо.
- Какой-такой еще, "Маугли"? Коль, ты поясни-ка, не понял я тебя....
- Ну помните, боярич нам рассказывал, там, где его волки вырастили.
- Кого вырастили-то? - выразил наше общее удивление услышанным Андрей.
- Да, Маугли же... Неужто не помните? –Там малец потерялся в лесу и его вырастила волчья семья . А вожак той стаи был Акела .
Мы уже все вспомнили , что имел ввиду Коля и почти дружно подтвердили это кивками .
-Так вот , мы как бы попали в лисью стаю, к Лисовинам и они взростили те умения , которых у нас ранее не было . – А сейчас мы будем с Волком …
Вечерняя тишина над речной гладью вспыхнула дружным смехом. Николай удивлённо смотрел на нас, и не понимая причины смеха, улыбался. Самый лучший охотник среди нас - Прохор, с трудом, произнёс:
- Лис, среди волков, ох-хо-хо, уморил!
Смех довольно быстро закончился и, тут же, Андрей заметил:
- А что, здесь - лисы, а у нас будут- волки.
Возникла задумчивая тишина, которую опять нарушил, "любитель Маугли":
- А что, Степа, ты же - Волк и у нас будет волчья стая! Твоя!
- Интересно, - заключил я, - надо подумать, но не сейчас, позже. А для стаи…? Нас же мало, ещё предстоит собирать, для этого надо заехать на один хутор. Хочу взять к нам еще двух толковых парней, наших одногодков. Вроде бы, неплохие братья, боевые задатки у них точно - есть, да и маловато нас для такой дальней дороги. Так что, они нам не помешают, ну и можно будет увидеть их в деле, с этим приказчиком.
- Так это же наша охота? Сам же так сказал! - недовольно вскинулся Прохор.
- Правильно, наша, а место в засаде определяет вожак. Вас в деле я видел, кровь пролили и свою и чужую, а они, наверно, ещё - нет, вот и попробуют под нашим приглядом, а мы на то посмотрим и поможем и советом и делом... Ну и приободрим, если крови испугаются... Себя вспомните! К тому же, получится у нас - пятёрка, и я начну с младшего урядника!
Все одобрительно закивали, улыбаясь при этом.
- Ещё одно: в своих семьях ничего не говорить. Хотя... об этом немного знает моя тётка Зинаида, Прохора, мать, Остальным, всем кто спросит: поручение воеводы и всё! По поводу нынешней доли из добычи, скажете, чтобы подождали, мол, надо выполнить воеводское поручение, потом все будет, даже с лишком! А то, что будет всего не мало, это - точно, обещаю! Вы, главное, меня слушайте. Ну что, давайте тогда ляжем да поспим, а то сегодня был тяжёлый день.
- Так как это? Ты же хотел рассказать о наших путях-то? Тоже, обещал..
- Потом, парни, сейчас - лучше отдохнуть, у нас ещё будет время. Да и место тут тревожное, только и смотри: услышат чужие уши или нет, и по воде звук легче бежит, к тому же наши попутчики, смотрю, уже начинают устраиваться на ночлег, того и гляди, что лучшие места займут. Так и нам пора найти себе ночное лежбище
.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Четверг, 20.10.2016, 21:03 | Сообщение # 112
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 12
«Я хату покинул, пошёл воевать, чтоб землю… чужую в хозяйство прибрать.. «

После не продолжительного плаванья, во время которого ничего особенно примечательного не произошло, мы стали приближаться к уже ставшим для меня родным берегам. Некоторые лодьи из нашего каравана оставались разгружаться около своих родных мест, последняя из них причалила около Княжьего погоста. Впереди ждала встреча со слезами радости или горя. Добыча, которую мы везли, была славной и это еще далеко не все, ещё будет, в этом никто не сомневался.
Ну вот, наконец-то показался и ратнинский причал. Мы – уже замечены, добровольные вестники побежали оповещать селян. Вижу, что кто-то побежал в сторону домика Настёны, молодцы, догадались, что и раненых везти можем.. А вот и колокол ударил, сейчас народ повалит.
Пленные полочане и ляхи с интересом смотрели на место, где им предстояло провести какое-то время. Кто-то – дожидаясь выкупа или отработки на какой-то срок. Кто-то прибыл сюда и навсегда. Тут уж всё зависит от хозяина. Были среди них и раненные, но с точной уверенность в выздоровлении, которые могут ещё принести пользу. Слабых "долечили" еще на месте...
Какая-то часть рухляди и раненые должна была плыть в крепость, но это все - позже, после общения со старостой Аристархом, лекаркой Настёной и ещё неведомо с кем сведёт воля старосты. А вот отсюда уже можно послать конного гонца и в Михайловск, чтобы там встречали как заведено. С Ратным так не получилось, так как было и не до того, всем нам нужно было присматривать за пленными, сидящими на веслах. Слабое течение и такой же ветер, заставили пойти на это, а присматривать кому? Конечно: нам, отрокам с самострелами. Пришлось даже поделить присмотр на наших отроков , на раненых , которые могут только стрелять и тех, которые ещё могут заряжать. Так они и сидели парами, ну ещё и мы на каждой лодье. Так что, увы, но никаких разговоры между собой опять не получились. Но ребята мои и так всё видeли и понимали. Большинство лодий, по воле воеводы Корнея, досталось вести к нам, в Михайловск, но и другие были не забыты, а вот пленных заберет Ратное.
Вот уж головная боль для Аристарха. Наверно, в том свитке, который я должен передать, есть советы и указания воеводы, а на словах он просил рассказать о той ситуации, в которой я их оставил. Ну и о том, конечно, что мне и моим ребятам предстоит выполнить особое поручение от воеводы. То же самое я должен был сказать и в крепости. Кстати, Анне Павловне, было больше всего весточек, от свекра, сына и... Алексея. Были и для других берестяные грамотки, которые мы должны были раздать в Ратном и в Михайловске.
Уже после того, как Аристарх пообщался со старшим из своих ратников и, видимо, услышав от них, что остальное расскажет этот мальчишка, обратил он и на меня свое внимание.
Я доложил все, как и было мне поручено, ну и вручил ему пергамент. Он, тут же, немедленно, был вскрыт и прочитан, его подслеповатыми глазами. После прочтения, староста поднял на меня заинтересованный взгляд и спросил удивленно:
- Так ты, чего, старший тут?
- Только до крепости.
- А то, что здесь писано, ведаешь?
- Нет, но примерно догадываюсь.
- Вот и хорошо, что догадываешься. Сейчас пока здесь поможешь с ладей все разобрать, по амбарам рассовать и этот полон разместить, а потом – расскажешь подробно, что да как и можешь плыть.... "порученец"... Ну, надо же!
Выгрузить с ладей на берег получилось быстро, так как нам, прибывшим, очень помогали многие Ратненские бабы и дети. Все понимали, что держат и носят - своё. Конечно, не известно ещё будет ли вот этот тюк твой или достанется твоей соседке, которую ты сейчас терпишь только потому, что разгружают, всё равно наше, общее. А настроение бодрое еще и потому, что убитых нет пока. Да, есть раненные, вот они. Но уже кратко известно, что враг разбит, бежит, взят в плен, полон тоже помогает добро с лодей сгружать, свою же бывшею добычу. Вот смех-то, как они опростоволосились! А и поделом! Нече на наше добро зарится-то. Ну, Корней, ну, воевода, да про такую знатную и обильную добычу и старики досель не рассказывали, а мы вот это всё видим и таскаем. А ворог... ну, что ж, кто ж боится бегущего... дать ему леща сильнее, чтоб запомнил, да не забыть подобрать брошенное да оброненное.
Вот, примерно так, перебрасывалась фразами и возгласами гомонящая довольная толпа ратнецев. Грустны были лишь пленники, вот их-то дальнейшая судьба ещё не решена. В первую очередь, конечно, думали о побеге, потом о выкупе, самые грустные на вид, наверно, думали о холопстве.
Так что со всем этим управились быстро. После очередных распоряжений по хозяйству, староста отозвал меня в сторону, для слушания краткого пересказа нашего похода, при этом поглядывая по-хозяйски на все эти перетаскивания.
Это же время было потрачено на осмотр и перевязку тяжело раненных. Очень повезло, что Юля с одной из своих помощниц, Сланой, была у матери и они смогли ускорить помощь. Сама же Настёна уже с весны имела у себя на обучении, дочку Фаддея и Верки Чумы, младшую Чумичку, как ласково он её называл. Вот они вчетвером-то и управились споро! Как оказалось, младшая лекарка потом должна было плыть с нами, для досмотра раненных отроков, что мы привезли. Нам же предстояло плыть еще всю ночь и только утром прибыть в крепость. Пленных мы всех оставляли здесь, а вместо гребцов должны были прибыть наши же отроки, из тех, что оставались в крепости. Намечалось все это на поздний вечер, но, ничего страшного не было. Именно этот ночной переход не должен быть трудным, так как и полная луна и знание реки служило нам подспорьем, утром будем на месте.

Так оно и случилось, особых сложностей не возникло. Встреча была грустной и, лишь немного радостной. Знание о погибших ребятах не давала радоваться живым. Надо чтобы прошло хоть какое-то время, дабы привыкнуть к потерям и тогда приветствовать раненых, немного побольше, чем сейчас. Наши же родные, видя нас живыми и невредимыми, радовались, но тихо, чтобы не обидеть чужое горе и не вызвать зависть. Правда это не касалось младших братишек и сестрёнок, они были открыты в своих чувствах и, пока что, не учитывали всей сложности взрослой жизни. Разгрузка с лодий здесь происходила медление и менее оживлённей. Так как за каждым добытым баулом и тюком, могла стоять чья-то жизнь, которой уже не вернешь, не купишь ни за какое добро...

Боярыня Анна Павловна встретила нас тепло, а когда ознакомилась со всеми письмами, было видно, что её удивило то, что она узнала. К моему облегчению, видимо, там было сказано также и о том, чтобы она не расспрашивала ни о чём. Видимо, или ее свёкор или сын, известили, что по возвращении - все объяснят.
Я это понял потому, что она сразу спросила:
- Когда уходите и на чём?
- Скорее всего завтра к вечеру, на лошадях, по своим-то дорогам можно и ночью, а дальше - уже дневными переходами .
- Ясно, а что возьмете?
- Сейчас сразу не скажу, надо смотреть...
- Хорошо, тогда так и говори, что воевода разрешил всё, что надо - брать. Если неповерят, меня зови, уж замолвлю словечко. А теперь иди уж к своим, заждались, поди, времени мало осталось у тебя на побывку.. .
- Благодарю, матушка-боярыня!
- Всё-все, ступай с Богом!
Я быстро пошёл к ожидавшим меня в сторонке Зинаиде с Прохором и младшенькими сестрёнками.
Нас ждала вытопленная баня и сытное застолье. Старших братьев не было, работа не позволяла с нами рассиживаться, лишь с наступлением сумерек они должны были присоединиться. Я-то, нынче, оплошал, гостинцев не привез.. Прохор, же, молодец, извернулся, всё же умыкнул где-то простенькие девичьи украшения, и эти хохотушки, его сестрички радовались им, щебетали в своё удовольствие, почти не замечая нас, а когда они пошли хвастаться перед подружками, то и вовсе позволили нам говорить спокойно. Зинаида узнала от нас том, что её и их семью ожидает дом и земля, которую выделит воевода в личное пользование. Это, поначалу, очень обрадовало её, но не надолго. Так как владение это было – временное, самое большее года на два. Потом сообщил, что братово наследство, зарытое около Куньева, отдам им полностью, как он и просил. Но предлагаю подумать о том, чтобы его потратить на создание боярской дружины. Чем здорово ее и удивил!
- Какой-такой, ещё, дружины и что за боярин, которому надо помогать братовым наследством? Что-то не пойму я тебя, Степанушка...
- Боярин, тетка Зина, сидит напротив тебя, - показал рукой на Прохора. Даже он такого не ожидал. Онемел и чуть с лавки не свалился! Смотрел на меня, потом на мать и хлопал широко раскрытыми глазами.
- А ты, что, князь что ли, что вотчины раздаёшь? Моему сыну?
Прохор немного оправился от первого удивления, коротко хохтнул, но так ничего и не сказал. Я продолжил.
- Пока - нет! Я не князь, но им - буду, а вотчины..., ты уже, почти, получила от воеводы, но через меня. Хочешь быть такой, как бояриня Анна, воспитать и выдать замуж боярышень? Или тебе людинские свадьбы по душе? Хочешь, чтобы Станимир твой, ээ.., то есть, Василий, землю пахал или знамёна проверял? А женить, что, поспешишь на выкупленных холопках? Николай же сможет иметь свою кузню, а не спрашивать хозяина: "можно, я сегодня пораньше уйду?"! Так вот, для всего этого надо иметь нам - войско, а вам - терпения.
Волнующая тишина была мне ответом, но я и не торопил. Прохор опустил голову и смотрел в стол, в ожидании решения матери, она же смотрела куда-то вверх. Обычно, как я подметил, там и пытаются рассмотреть и будущее и мечты все люди. И очень часто находят и рассматривают его с удовольствием. Сам я наблюдал за собой такое. Главное - не заглядеться в эти завораживающие дали, и вовремя вернуться.
- Сколько? - прозвучал нетерпеливый тёткин вопрос.
- Чего, "сколько"? Не понял, тётя....
- Сколько там серебра запрятано и сколько вас ждать?
- Не знаю точно, Боримир про это не говорил. Откопаем - посчитаем с Прохором, а ждать – года два, ну.. три.
- Хорошо, - как рубанула словом, - пусть будет Прохору на боярство! Ты уж, сынок, постарайся там... за ради нас всех, за род наш ... чтоб поднялся и возвысился! Порадовал бы, отца, покойника, да дядю ... который собирал сие богатство с грехами наполовину ... Белян, сынок, помни о нашей доле нелегкой ...
Последние слова тетя произносила, едва сдерживая слезы.
- Мама! Мама! - треснувшим голосом произнёс Прохор (Белян) и бросился к сидящей матери в ноги. Сам он, стоя на коленях, обнял её ноги, целовал подол юбки, затем схватил натруженные руки и покрыл и их поцелуями. Бессвязно обещал выполнить материн наказ, просил поберечь её руки, сестрёнок ..., трудно было понять, да и не обязательно. Я и сам не ожидал такого ..., только молча смотрел, а потом почувствовал как щемит в груди и сжимает горло, глаза заволокли слёзы. Зинаида встала, подняв на ноги Прохора, усадила его на своё место и повернувшись ко мне, шагнула навстречу. Прижала мою голову к своей груди и стала гладить её, вполголоса приговаривая:
- Ты, уж, сынок, не подведи, постарайся ... Прошеньку маво побереги, он у меня - горячий. Сам Прохор, тоже, подошёл к нам и прижался головой к материнской голове. Я слегка освободился из родственных объятий и встал вровень с ними. Посмотрел в лица тёте, а затем Прохора и, с трудом, произнёс:
- Обещаю, Мама!
- Верю, Сынок! - поцеловав щёки и лоб выдохнула она.
Мы ещё раз все обнялись и постояли так, молча, запоминая эти трогательные моменты. Первой нарушала молчание Зинаида:
- Ну, что же, Степа, чувствую, что Бог тебя бережёт, а ты уж и нас за собой... Если можешь и хочешь, то и дальше – называй меня мамой. Я её, конечно, тебе не заменю, но, мне кажется, человеку нужно, чтобы из его речи не пропало это сердечное слово. С ним легче пережить любые невзгоды. А мои, думаю, не будут против такого брата. Так ведь, Проша?
- Да, мама. Да он и так мне брат. Я всегда так считал. И раньше еще... в Куньем. А когда в бою... еще не раз считать стал...
- Совсем вы, ребята, у меня большие стали.... Вон и в боях-то бывали и в походы ходите .. дальние..
- Спаси Бог, мама, тебя и нашу семью, - подтвердил я своё согласие.
Мы опять обнялись, замерев на миг и тё.., мама! опять нарушила молчание первой:
- Когда вас обратно–то ждать, сынки?
Мы немного отстранились друг от друга. Прохор вопросительно посмотрел на меня.
- Даже и не знаю теперь, мама, - ответил я за обоих. - Завтра поедем в Кунье, потом - к Некрасу, затем в Киев, там - встретимся с воеводой. Ну, а потом... в Новгород. Так что, может, и долго не увидимся...
- Так что это я, - запричитала и засуетилась Зинаида .
Мы с Прохором посмотрели в спину спешащей к очагу родной женщины. Посмотрев друг на друга, похлопывая по спине и бокам, обнялись по-братски и услышали бодрый голос матери:
- Так вам, вроде бы, тоже надо собираться, одежду тёплую с собой взять, бельё, давайте не стойте, помогайте ..сыны...
Действительно, надо было правильно и продуманно собирать всё то, что может пригодиться и в дороге, и на время проживания в городах. Опять сборы и волнение, как бы чего не забыть, скучное, но такое нужное занятие.
Наконец-то все подготовлено! Назавтра мы были готовы отправиться в путь на лошадях. Каждый из моих ребят получил новую малознакомую животину, какое-то время придётся им привыкать друг к другу, лишь одного меня был мой Змей да еще и заводная, взятая из- за его повреждённой спины. Но, так как после похода за болота взятая добыча в лошадях и другой скотине была большая, то для нас хоть и пожалели, но выдали по боярскому слову.
Ещё из живности .. Прошка уговорил взять своего пса, я согласился. Всё равно нам придется охотится в пути, да и приученный к тому охранник нам не помешает. Мне было нечего возразить, вот и появились у нас … две псины в обозе. Андрюха, узнав о Прошкином кобельке, взялся уговаривать и на свою суку. Мол, они знакомы давно и бывали уже на охоте, так что тоже, ... уговорил. Я уже устал повторять, что мы, конечно же, идём на охоту, но, только на совсем другую! Мои же добры молодцы давай вспоминать и свои ночные дозоры и спокойный сон в лесу... Мои замечания по поводу возможного приплода, от такой "охраны", наоборот, вызвали только неумеренный восторг. Что ж, на новом месте и у меня будет такая же школа, а старшие наставники уже есть. Собак я тоже люблю, потому и дал себя уговорить. Но строго предупредил, чтобы в телегу их не таскали, а их подстилки привязывали снаружи. В телегу, выделенную нам, запрягли пару сильных коней.
Вообще-то, эта самая телега была задумана Михаилом, Лавром и, немного, моим братаном Николаем, кузнечным подручником. Она выделялась из всех, ранее нами виденных, как своим размером, так и формой. В длину она была примерно две сажени, шириной примерно с сажень, а высота достигала сажени с четвертью. Мы вчетвером помещались там, стоя в рост, и могли вести стрельбу из самострелов хоть во все стороны через малые бойницы, которые были проделаны в бортах. По две бойницы с длинных сторон и по одной с каждого торца. Когда перезаряжали самострелы для стрельбы, то не сильно-то друг другу и мешали. Правый борта был полностью собраны из досок, которые с успехом пилила артель Сучка. Угловые стойки были из небольшого бруса. Крыша из досок более потоньше. Она могла сниматься полностью, как крышка. Доски правого борта вдобавок, были обиты грубой кожей, из неё же, внутри телеги, имелись и специальные петли, к которым можно было привязать что-то, ну хотя бы щит, а если привязать кусок сети, то туда же можно положить и немало всякой мелочи: рукавицы, шапку, бурдюк с водой, еду, да мало ли что еще! Другие борта были плетёные из лозы, веревок и обрезков кожи. Бойницы закрывались с помощью кусков ткани, кожи или шкур, для тепла. Зимой, если было холодно, то возница мог управлять лошадьми изнутри, а не как у всех, с облучка. Там был высокий борт, в который упиралась спина возницы, через него, как через небольшой плетень загона, нужно было перешагнуть, можно сказать, даже, перевалиться. Как это получится в деле, ещё никто не пробовал, так как мы первые, кто поедет на этой телеге, да сразу так далеко. Имелись большие колеса чем обычно принято, на зиму они могли заменяться полозьями. Так же имелись большие куски плетённых щитов. Когда мы увидели первый раз все это, то немного посмеялись, мол кусок какого-то забора привязали снаружи бортов. Но, услышав подробные объяснения Николая, изменили мнение.
Оказалось, что эти самые "заборы" служили еще и дополнительной защитой от стрел, они же забирали силу первого попадания. Пробовать не стали, поверили брату на слово. Также этими вот щитами можно было отгородиться стрелкам и в поле при необходимости. Если нижний край отвязать и подпереть палкой, то получится навес от солнца и дождя, что удобно во время стоянки лагерем. Михаил предлагал сделать несколько десятков таких повозок и не только для военных дел, но и для обычных поездок. Не знаю, насколько удобно в них будет купцам, так как залезть в телегу можно было только через дверцу, ошуюю от возницы, ну, или перелезть через высокий борт с облучка. На полу же, при этом могли свободно спать два взрослых и, ещё даже, оставалось место для двух сидящих. Если таких повозок - несколько, то на стоянке стоит устанавливать подобные повозки в круг, при этом снизу под днищами каждой привязывался длинный двойной плетёный щит , он мешал проползти ворогу под телегой. Следующее новшество, которое придумал Михаил, это подогрев воды. Внутрь деревянного ведра вставлялась металлическая труба, закрывалась крышкой с дыркой под размер трубы. В трубу бросались горящие угольки, а затем подбрасывалась щепки или шишки, труба нагревала воду и, через меньшую трубку внизу ведра, можно было наливать горячую воду.
Потом Николай показал нам копьеметалки, с помощью которых можно бросать короткую сулицу дальше чем взрослый ратник. Михаил говорил что раньше такими пользовались в Греции и таких воинов называли пельтасты. Я сразу же как увидел, вспомнил что мне об этом рассказывал монах Василий. Эти пельтасты использовали ещё другой способ метания дротика: к древку крепилась кожаная петля, держась за неё пальцами, дротик метался дальше, ещё его накручивали на древко. Можно будет всё это обязательно опробовать, все-таки у нас пока еще меньше силы чем у взрослых ратников. Мы взяли с собой по два обычных самострела и один маленький, что делали для детского десятка. Он стрелял недалеко, саженей на десять, но для меня важно было то, что он мал и его можно легко спрятать под плащем. А так как мне придётся в том же Киеве ходить по таким темным и опасным закоулкам, что такое оружие будет там в самый раз. Да еще взяли с собой маскхалат разведчиков, а ещё нам показали рисунки ещё не сделанных, но уже задуманных Михаилом, плаще-накидок. Они с виду были похожи на обычные плащи, но там привязывался колпак, который мог накидываться даже на шлём. Спереди он застёгивался на деревянные маленькие палочки, а по бокам были прорези для рук. Дозорный мог спокойно держать в руках оружие и ему было теплее, чем в распахнутом плаще. Увидел меховые мешки для сна, понравилось - взял, а то вечно ноги мерзнут, когда накидка или шкура во сне сползает. Взяли горючею смесь для зажигательных болтов и стрел, узнал из чего его делать самим, когда кончится. Конечно, взяли овса для лошадок на первое время. Несколько мотков разных веревок и ещё всякой мелочи, которую сразу-то и не вспомнишь. Всё таки хорошо что эту телегу успели доделать, а я о ней вовремя вспомнил. В простую бы столько всего нужного и полезного не поместилось, это точно. Ну что ж, сборы окончены, пора и в путь-дорогу, к Путиславу за близнецами, удачное имя в дорогу. Надеюсь, нам повезет и Бог убережёт меня и моих спутников. "Встанешь пораньше, шагнёшь подальше". Потому что решили ехать, всё-таки, с утра.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Четверг, 20.10.2016, 21:04 | Сообщение # 113
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 13

"Что же ты ищешь, мальчик-бродяга...?"

В дороге мы все по очереди управляли новой телегой, чтобы привыкнуть к непривычным ее размерам. Собаки наши радостно кружили вокруг нее, откуда ж им-то знать все хозяйские проблемы? А может так и надо жить - радоваться, да именно тому, что есть, тому где находишься... Не знаю…
После Ратного направились в родное для парней городище, Кунье. Вернее сказать, в его окрестности, само-то городище сожгли еще на исходе зимы... А сейчас вот-вот новая начнется... Парни мои были малоразговорчивы, попрощались с родными, оставили их в надежно защищенном Михайловске и Ратном, а сейчас-то им предстоит увидеть то место, где они родились. А оно пусто по княжьему слову, через Корнея Лисовина....
Андрей с Николаем направились на телеге к месту, где было само Кунье, а мы с Прохором, на конях углубились в лес. Приметное для меня место, запомнил хорошо и нашёл быстро. Довольно споро откопали спрятанное Боримиром. Там неожиданно оказалось больше, чем я думал-предполагал. Нет, горшок был тот же самый, но и ещё добавился сверток. Даже тревожно как-то стало... Вот она - первая весточка из прошлого. Откуда этот сверток? А, может, когда я в тот наш с Боримиром приезд сюда, ходил на ручей за водой, он же и положил? Да, скорее всего, хотел сделать мне неожиданный подарок. Про место я один, кроме него, и знал... Развернув кожу и холстину мы увидели два красивых пояса с украшениями и весящими на них ножнами с кинжалами и ножами. Работа была явно восточная, судя по рисунку. Различие в поясах было заметно сразу. Один - с преобладанием красной кожи, а другой - синей. Ножны выполнены почти одинаково, с небольшими отличиями в завиточках, без всяких камней. Большие кинжалы, длинной, примерно, в две пяди, а малые, нет, не кинжалы, а ножи, так как были меньше пяди. Такими удобно резать еду за столом, но форма их была как у большого кинжала. Чувствовалось что всё это вышло из-под руки одного мастера или его подмастерий. Конечно, они сразу нам понравились, надо было только поделить цвет пояса. Поэтому я предложил Прохору выбрать.
- А чего тут выбирать-то? И так ясно! Если ты станешь князем, то тебе нужен - красный, а мне, как твоему ближнему боярину - синий.
Я и не стал спорить. Он же главное сказал! моему боярину! Значит, верит и пойдет за мной до конца! Открыв горшок, сверху увидели женские украшения и девичьи. Понятно, для кого припасено.. Прохор, даже посожалел:
- Э-эх, а я-то такие безделицы сейчас подарил, знал бы, так подождал бы ...
- Да нормально всё ты сделал! Им ещё рано такие, вот как выйдешь в начальные люди, да они подрастут, тогда и ... - успокоил я брата. - Давай-ка их тут и оставим до поры чем с собой возить... А тут - ты и я знать будем.. мало ли...
Слитки серебра, гривны, монеты, мы не стали считать, потом, все потом... И ребята наши, наверно, уже заждались. Выезжая из леса, чувствовал себя приятно спокойным, наверно потому, что определённый достаток уже был в наших руках. Забота и неожиданный подарок Боримира, тоже помогали в этом спокойствии, ну и то что первый шаг сделан, как и ожидалось. Прохора, видимо, похожие мысли, так же настроили на молчание. Так, молча и задумчиво, подъехали к уже ожидавшим нас ребята. Лица у них тоже были какие-то отстранённые, да оно и не мудрено. Кому понравится смотреть на родное пепелище?
- Поехали отсюда - сказал я, - неча тут делать, только душу теребить, - и глянул на брата, - А может, ты, Проша, хочешь глянуть?
- Не-е, - резко ответил братан, - зачем память о хорошем портить? Поехали отсюда.
Мы развернулись к Куньему спиной и поехали от него подальше довольно быстро, совсем не оглядываясь. Отъехав на одно поприще, замедлили шаг и Николай спросил нас:
- А вы чего такие грустные? Не нашли или пропал...?
- Нет, Коль, всё хорошо. Просто, мы... задумчивые, там же тоже... привет из прошлого, от хорошего человека, которого как и этого селище, больше нет и не будет. Только память, она неожиданно дарит хорошие, но грустные подарки....
- Понятно.
- Точно, - подтвердил мои слова, Прохор.
- Мне кажется, - начал я, - что когда наш наставник Стерв привез сюда тушу того медведя..., то его мясо и шкура тоже были грустной добычей.
Прохор, молча, обречённо кивнул, Николай неопределённо прогудел. Лишь с облучка начал было что-то говорить Андрей, но и он, посмотрев на нас, замолк. Так мы и ехали притихшие, по такому же притихшему осеннему лесу. Но эта же лесная тишина и вернула нас в нормальное состояние. Всё-таки она величественна и благодатна для человека. Лесные звуки, спокойные и размеренные, так успокаивают... Осенний листопад разукрасил лес желтым и красным ковром, но зеленного , еще пока, было больше. По количеству цветов и оттенков лесу было, конечно, далеко до радужного сияния небосвода. Ну так оно и понятно, там наверху – горний мир, он далеко и близко одновременно, здесь же у нас - грешная земля. Там – одна мера радости, а здесь в юдоли печали - другая. И меры тишины и суеты разнятся как земля и небо. Любоваться и наслаждаться этой тишиной, каждый может по-разному. Помнится, Боримир рассказывал, что тот монах-пустынник, общался с Богом в тишине. Боримир удивился, почему же тот не ходит в храм на службы, как и другие монахи и получил ответ, что те не смогут выдержать здешней тишины. Их внутренний мир и дух не может пока обходится без слов, их уму и языку нужна пища словесная. Поэтому они так славословят Господеве, громогласно и торжественно, да и людям это более понятно. Но Богу приятны многие формы общения, как и людям. Как люди научились по-разному выражать свои мысли и чувства, так же это все они перенесли и на общение с Богом, и в этом нет ничего плохого. Ибо, каждое дыхание, да хвалит Господа! Но сама древняя форма общения - это тишина. Это, когда, как бы, сердце - с сердцем говорит. Таким людям как он, к примеру, и слов-то не очень надо. Вот, допустим, хорошие старые друзья могут молчать друг с другом и это их не тяготит. Заговорят когда возникнет в том необходимость или когда захотят развлечь себя беседой. А вот если малознакомые люди встретятся или вообще незнакомые, то их молчание будет гнетущим и давящим, вот они-то и стремятся заполнить возникшую тишину. Ну, а так как большинство людей редко общаются с Господом, им легче говорить и с Ним гласно, так привычнее... Да, интересный монах, хорошо было бы и мне с таким пообщаться. Боримир эти слова монаха, для меня ещё пояснил и по-другому. "Вот, допустим, огорчил ты близкого человека, к примеру - родителей, а они, вместо того, чтобы ругать тебя, молчат, и смотрят на тебя сочувственно, как на временно чужого, которого приходится вразумлять, терпеть наконец, рядом с собой. И так это молчание давит, что думаешь: лучше б они обругали и наказали. А особенно тяжело смотреть на материнские слёзы, лучше побила бы... Так ходишь и мучаешься." Мне это тоже было немного знакомо, но тогда я этого не понимал и не мог понять, мал еще был... Сейчас у меня изменилась мера этого понимания. У каждого - она своя, и умение и желание слушать такую тишину – тоже свои. У моих спутников это было, но .. У Прохора, она сейчас была самая маленькая, у Андрея – чуть побольше.
Вот они-то первые и заговорили. Ну и конечно, братан мой начал хвастать перед ребятами поясом с ножами. Пришлось и мне доставать свой из перемётной сумы для сравнения. Хорошо, хоть на скорости нашего движения это не отразилось.
Осенний день - короток и стремительно приближающиеся сумерки подсказывали о необходимости подготовки ночлега. Вскоре нашлось и подходящее место на небольшом взгорке, где кусачей мелочи будет не так много, да и лесной ручей протекал не так уж далеко.
Остановились. Распрягли лошадей, стреножили и пустили на лужок перед ручьём. Когда будем ложится, то привяжем поближе и зададим овса, а пока пусть пасутся.
Прочитал короткую молитву. Ребята повторяли за мной. Поснедали домашним припасом, что у кого было – объединили на общий… "стол". После еды, наконец-то смог подробно рассказать ребятам о своём происхождении и о тех испытаниях и потерях, которые произошли в моей жизни. О Боримире, конечно, упустил некоторые неблаговидные поступки, о которых знаю. Боримир же в моем рассказе - погиб в бою, на лесной засаде… Я сам почти поверил уже в то, что поведал друзьям. Всё же правда бывает удобной, нужной и благовидной. А бывает горькой и некрасивой. Какую и для кого её говорить решает сам рассказчик. Я выбрал красивую и благородную, горечь оставил в тени …
Также показал и горшок с серебром. Все вместе попробовали определить, сколько там, но не смогли, опыта такого не имели, потому что были и монеты и гривны. Сошлись на том, что в гривнах все это больше пятидесяти, но меньше ста. Чтобы остановить их мечты о возможном применении, сразу же сказал, что все это было оставлено для семьи Голубы (Зинаиды), но она согласилась на время дать для нас, но больше для Беляна, вернее, Прохора. Вопросы, которые тут же появились, и ответы на них я остановил, так как нам всем, пока мы еще в безопасных местах, надо было хорошо выспаться. Единственное, на что я ответил из всего вороха вопросов, это про близнецов.
- Друзья, это от них я первый раз и услышал о нашей с вами Младшей Страже. Да и глянулись они мне. Конечно, их придётся многому научить, далеко им до нас всех, но мне хотелось бы, чтобы вы с ними подружились и помогли своими умениями и знаниями. Тогда нас будет уже полдесятка, это - как рука, которой уже можно что-то хватать и держать или крепкий кулак, которым можно ударить.
- Так что ж это.., мы будем шестипалые? – удивлённо заметил Николай, - ведь нас тогда шестеро будет!
Все притихли.
- Молодец, Коля, всё подмечает. Нет, не так! Кулак – это вы, а я - голова, этот кулак направляющая. И это "голова" сейчас хочет отдыхать, чтобы потом за всех - думать!
- А вдруг если, "голова" заболеет? - озорно спросил Андрей. - Как быть?
- Тогда... вы её погладите и подлечите.
- Ишь ты, хитер! Хорошо устроился, - делано возмущённо воскликнул Прохор, - а подзатыльник, "голова", не хочешь?
- А я могу в носу поковыряться! - еле-еле сдерживал смех Андрейка.
- Ребята, только ухи не тягайте, а то буду лопоухий князь, смешно и не солидно! - улыбаясь, произнёс я, и тут же продолжил. - Ой, а что это вы в глаза смотрите!? Не уж то решили в глаз дать? Я же не буду видеть, куда вас вести, заведу сослепу на край света, пропадёте...
И мы все дружно засмеялись. Все дружно смеялись, подталкивая в бока и хлопая друг дружку по плечам. Наши собаки, видя такое оживление, тоже приняли в нем участие, бегая вокруг и радуя нас.. Но не маленькие уже, лаять не стали, учены были. Хвостами, конечно, крутили весело, да повизгивали ...Потом Николай взъерошил мне волосы, приговаривая:
- Ладно уж, отдыхать иди, умная ты наша головушка!
Прохор с Андреем встали со своих мест, смеясь, тоже стали теребить мои волосы, приговаривая:
- Пусть этой буйной головушке, - это Андрюха,
- Приснится наш кулак под носом! - закончил Прошка. Все еще больше развеселились. Когда же веселье немного стихло, я с сожалением, сказал:
- Наверно, с кулаком я поспешил. Пусть будет крыло.
Опять раздался общий смех.
- Ага, не так больно, - звонко смеясь, заметил Колян, - но где это ты видел крыло с пятью перьями?
- После ощипа, видать? - радовался наш охотник.
Все опять заржали, держась за животы .
- Ну все, хватит-хватит, успокойтесь, - попытался я было остановить своих разошедшихся друзей, - а то так договоримся до задиристых цыплят, у них перьев-то как раз мало.
- Да уж, "боевые цыплята" – это что-то! – хохотнул Андрюха, но его никто не поддержал.
- Лучше, мы будем кулаком... - задумчиво произнёс Прохор.
- Вот и хорошо, - подвёл я черту, - а пока что, пусть этот кулак ляжет мягкой ладошкой под щеку засыпающей голове.
Все улыбнулись, на этот раз - обнадёживающе.
- И еще: "когда спишь - меньше грешишь!" - закончил я.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Четверг, 20.10.2016, 21:05 | Сообщение # 114
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 14
"Двое из ларца, одинаковы с лица..."

Хутор Путислава встретил нас распахнутыми воротами. Добрый знак! Подъехали мы рано утром, поэтому за нашей спиной светило утреннее низкое солнце. Мой опытный Змей впереди, он привык вести за собой остальных, может и дорогу вспомнил, за ним молодой Ветер, что нёс Прохора к этим гостеприимным вратам. А ребята наши на телеге за нами. Их верховые были привязаны позади. Когда мы приближались из-за вратных косяков показались три фигуры. Это был сам хозяин подворья со своими близнецами. Навстречу нам со двора из ворот выезжала запряжённая телега, её возница, увидев нас, натянул поводья и остановился. Далее, спрыгнув, воинственно направился к нам, поправляя поудобней копьё. Троица же замерла в воротном проёме, ничем не выказав свою готовность к отпору, а когда показалась наша высокая телега, то и вовсе стала похожа на высматривающих ожидаемых гостей.
Сажений за пять, я начал осаживать Змея и сразу же выкрикнул:
- Эге-гей! Хозяева?! С миром принимаете?
- С Богом провожаем! – последовал ответ Путислава, который уже понял, что вреда не будет, и немного успокоился. Вероятно сделал вывод что пришлые люди, хоть и в воинском облачении, но чинить злое не намерены. Да, может и голос мой, что-то ему напомнил... И, похоже, не ему одному, так как близнецы переглянулись между собой и что-то, наперебой, стали говорить отцу. Тот что стоял против нас с копьём, тоже как-то, уловив мирный настрой главы семейства, стал держать его как посох. Видимо, это был старший сын, которого я не застал тогда, в прошлый мой приезд, дома, по имени, кажется, Молчан-Савватий.
- Рад видеть тебя, дядька Путислав, в добром здравии с домом твоим, это я - Волк. Али не признал весеннего своего гостя?
- Здрав будь и ты, Волк. Про нас и не скажешь, сколь лет и зим, виделись-то,... всего ничего прошло, а тебя и не признать - изменился!
- Да уж, дядька Путислав, жизнь переменчива. Прошлый раз постучал в эти запертые ворота в лунном печальном свете, а ныне встречают они нас распахнуты настежь в веселых лучах утреннего солнца.
- Только ты, я гляжу, такой же языкатый, а сегодня и не один прибыл?
- Хоть до вечера и далеко, однако, спрошу: пустишь ли на постой нас до утра, Путислав?
- Отчего ж не пустить такого молодца, да сотоварищи. Проезжайте на двор. Молчан, сдай-ка в сторону, да поготь чуток, позже поедите.
- Подожди-ка, дядька Путислав, вы-то сами куда собрались? - спросил я.
- Да тут недалече... на луга вдоль опушки, сена подвезти, да там делов-то осталось, втроём - быстро обернутся.
- А пятеро - ещё быстрее! Давай так сделаем. Мои два друга помогут быстрей справиться, а мы пока здесь ... поговорим. Андрей, Николай, подсобите хорошим людям, Прохор - здесь останешься, с лошадьми. Собаки пусть с Анрюхой побегают, а ты с этими волкодавами познакомишься..
- Так ты над ними никак старшой, как я погляжу?
- Старшой... Расскажу, что смогу, сам, дядька Путислав, поймешь, кто я им
- О, как всё быстро у тебя выходит-то? - удивился хозяин, - Да складно всё ...
- Так и мы, нынче-то, ладно с тобой поговорим, дядька Путислав. С едой - угощеньем можно повроеменить, не голодны мы.
- Кто ж это сытый в гости ходит? Ну да ладно, проходи в дом, - настороженно произнёс мужик, указав на крыльцо, где стояла его супруга Глафира с младшенькими.
Тем временем злых хозяйских собак, готовых броситься на нежданных гостей, угомонили и куда-то заперли Я поклонился по обычаю и поприветствовал Глафиру. Один из Путиславовых близнецов показывал Прохору куда пристроить наших лошадей и телегу.
- Нет, дядька Путислав, начнём разговор здесь, на солнышке, ну а там ... сам уж решишь!
Он подвёл меня к вкопаной скамейке, находящейся за домом в небольшом саду .
- Ну что ж, сядем рядком, да поговорим ладком! - сделал приглашающий жест хуторянин, с тревогой глядя на меня.
- Дядя Путислав, кто ты во крещении, как звать-величать?
- Нифонт ..- удивлённо ответил, - ...из рода Лося мы, - как-то совсем растерянно закончил он.
- Я - Степан... из рода Волка! Хочу повинится перед тобой, дядя Нифонт. Я - не сын гончара. Я из знатного рода, но тогда я не мог об этом говорить, так как скрывался от ворогов. Сейчас я тоже не могу всего тебе сказать, ибо не всё только моя тайна. Но кое-что могу тебе сейчас поведать. Мои родители погибли, вороги и меня хотели извести, но добрые люди не дали пропасть, поддержал и в трудностях. Каждый по-своему и ты, в том числе.
- Так, я чего ..., ничего особливого, просто, по-людски так вышло тогда ..., - развел он руками.
- Так, Бог и намерения целует, дядя Нифонт, так что... Слушай: по твоему совету, я-таки попал в село Ратное, к воеводе Лисовину. Слыхал про такого, небось?
- Как не слыхать, слышал. Прогнал-одолел ворога ..., до нас, слава Богу, не дошли ...
- Там, в Ратном, я нашёл поддержку своим делам, понимание и помощь. Узнал много нового и интересного... Сейчас, когда моим врагам не удалось меня уничтожить, у меня появилась возможность получить через Великого князя Киевского, восстановление достоинство моих предков.
Лицо Нифонта отображало смятение всех чувств, роем пробегавших в его голове. Было даже жаль его .. Такие страсти, да с утра, но всё равно: это лучше, чем если б на ночь.
- Князя! Киев…, так, а я что могу ..., - с трудом прошептал он.
- Поясню, сейчас когда я начну действовать, дядя Нифонт, - мне рядом нужны верные люди и, желательно, те, которые знали меня в трудностях и, всё равно - помогали, да не чурались меня, когда я был слаб и беден. Ныне по моему кличу, найдётся достаточно молодцов послужить за плату. Они тоже будут нужны, но..., хотелось бы, иметь рядом ровесников из прошлой бедной жизни. Со мной приехали мои друзья, с ними мы начинали на равных и они не знали, что я - боярского рода. Они это узнали буквально на днях и согласились поддержать меня в моих стремлениях. Я предлагаю, твоим близнецам присоединится, в самом начале пути.
- Волк, то есть.. Степан, я понял тебя. Дай мне немного подумать, да с домашними посоветываться. Хотя,... ты же знаешь этих оболтусов! Да и они на месте не усидят, как только узнают.. А вот зачем они тебе такие нескладные, что ты в них увидел?
- Э-эх, дядя Нифонт! Если бы ты видел, какие бывают...новики в нашей воинской школе и кем они потом, после обучения, становятся, ты так бы не говорил.
- Так что ты хочешь-то, чтобы они отправились с тобой?
- Да, и завтра.
- Так быстро?
- Воевода нам поручил одно...дело. Исполнять надо, не мешкая! У них, твоих парней, еще будет в пути возможность показать себя, а нам посмотреть на них, ну и понять, годятся они нам в боевые товарищи или нет.
- Боевые…, - задумчиво протянул Нифонт, - так как же это... "Сегодня на печи, а завтра в первачи." Ведь так не бывает, срок нужон. Назваться можно кем угодно, только дело покажет кто ты такой есть. Зачем тебе "молодо вино", когда ценно выдержанное годами? Ведь мои сыны, что новая брага, "пены и шипения много, а в голову не бьёт".
- Дядька Нифонт, так бывает, что и вино и брага перестаивают и становятся не годными.
- Эт верно, ну так ищи по вкусу и цене.
- И опять ты прав, дядя. Куплю и покрепче и ценнее. Но ныне я пришёл за молодым урожаем, как и я сам. Мне необходимо, чтобы среди ближних были и мои ровесники. Мы будем вместе крепчать. Взрослые, как ты понимаешь, будут слабеть первыми.
- Сейчас яснее стало, но всё же, ты без старшей дружины не обойдёшься? Нанимать будешь и плату дашь положенную, а моих просто посулами звать будешь? - с хозяйской хитринкой, закончил огнищанин.
- Нет конечно, если сговоримся, то заключим роту и ныне же выдам по гривне за каждого.
- Какой гривне? - уже не скрывая своей заинтересованности прищурился, скрывая лукавый взгляд, вопросил отец близнецов.
- Киевской, ведь он под боком, - простодушно улыбаясь ответил я. - Как тебе моя цена?
Немного помолчав , как бы усваивая услышанное и строя свои виды на будущее , изрёк:
- "Эх, противна, как нищему гривна". Ладно, раз такое дело, что ж, пойду..., с женой немного...
- Хорошо, а я пойду ... гляну лошадей наших.
Через короткое время с сельских работ вернулись все уехавшие. Я подозвал близнецов, их отец уже тоже спешил к нам от дома, наверно, они с женой уже все обсудили и что-то для себя решили. Его дальнейшие слова только подтвердили это.
- Вот, сыны, боярич Волк зовет вас послужить ему. Согласны ли?
- Как скажешь, тятя, - проявили положенную скромность близняшки.
- Так, а вы - сами-то как, что желаете, служить господину или отцу родному по хозяйству помогать?
- Служить!!! - дружно гаркнули братья.
- Ну, тогда и я не буду противиться вашей воле, - с волнением изрёк их отец.
- Принимай, Во.., Степан, начало над ними, даю свое родительское добро, ну и испытывай, как посчитаешь нужным! Может они вовсе и не годные к службе окажутся? Через год и выгонишь, а то и ранее.
Я подошел к братьям, вгляделся, они были крупнее меня и чуть повыше.
- Ну, ребята, рассказывайте. Чему вы научились за то время, что мы не виделись?
- Так всему тому, что ты нам сказал и показал и посоветовал...
- Это верно, вступился за них отец. Сам видел. Уж так старались, что по хозяйству и то, и не всегда допросишься...
Близняшки понурили головы.
- Ладно! – успокоил я их. - А вот такого здоровяка, как ваш Савватий, вы побить сможете?
Братья обеспокоено посмотрели на возившегося около телеги своего старшего брата, затем глянули на такого же встревожено молчавшего отца.
Я наконец-то понял причину их смущения и, улыбнувшись, пояснил:
- Нет, вы не так поняли. Самого Савватия, вашего старшего брата, конечно, бить совсем не надо. Его даже надо будет научиться защищать. Я это к примеру сказал. Такого же здоровяка как он.
Братья и отец смущенно осклабились. Близнецы еще уточнили:
- А, это.. как бить-то надобно?
- Руками, ногами, - пояснил я.
Братья ещё раз уточнили, по одному им бить или вместе.
- Сразу, вдвоём, - обрадовал я Ждана с Нежданом.
- Так, это.. это - мы запросто, одной левой.
Во время всего этого разговора мы стояли достаточно близко, всего лишь на расстоянии вытянутой руки. Я решил немного осадить хвастовство братьев. Сделал быстрый шаг к ним, держа большие пальцы, за новым поясом. Резко выкинул левую руку вперед, ударив по горлу сжатыми пальцами правого и, тут же, хлестнул влево, ударив тоже, по горлу большим пальцем. От полученных тычков, братья согнулись пополам в приступе кашля, пытаясь восстановить дыхание и растирая шеи. Их отец встревожено вскочил с лавки, не решаясь ни на что, так как я тут же остановил его предостерегающим жестом. Взгляд его был недоумённо-жалостный, мол, за что сынов-то моих обидел...
Постепенно, братья дыхание восстановили и, теперь, стояли оба с покрасневшими лицами, поглаживая места ушиба. Взгляды их были обиженно-недоумённые, но и с вызывающими искорками. Тогда я решил пояснить, почему я их так подло ударил. Именно, не за что, а почему!
- Вы вот, наверно, так хотели "одной левой"? Мне кажется, вы решили похвастать передо мной, вот я вас и проучил и показал, к чему может привести пустое бахвальство. Хвались, да не поперхнись!
- А ты ж неожиданно... - прогудел кто-то из братьев.
- Так правильно, а как иначе-то? Как вы думаете, что ворог будет вам говорить: "держись, я сейчас тебя ударю"? – урезонил я их.
- Так, ты же не ворог... - обиженно просипел другой.
- Правильно, но вы-то должны научиться чувствовать опасность от любого приближающегося человека. Смотреть на него такого, оценивающе, и думать про себя, как он может меня ударить и как я могу защитится. Это когда деревенские стенка на стенку идут, на кулачках подраться, там все просто. Там - сразу понятно что ждать от супротивника, а от ворога всегда надо ожидать подвоха, подлости, коварства, а уж потом, только, открытости. Поначалу, трудно с этим, смотреть так на людей с оценкой, а потом со временем, это уже выходит само собой. Вот вы друг друга хорошо знаете и когда для забавы начинаете биться, то не сразу же кидаетесь в драку, а кружите, выжидаете, высматриваете. Правильно?
Последовал дружный кивок подтверждения.
- Почему? Да потому, что вы знаете все свои уловки и выжидаете, высматриваете: когда и как ударить. А вот если, встречаются незнакомые воины, да с оружием, то они, если есть время, присматриваются друг к другу. По положению и движению тела, по оружию могут примерно предсказать как ударит враг. Это их боевое чутьё, очень полезный навык, которой может помочь остаться живым. Вот это вам и надо в себе развивать! А мы - поможем!
- Ну что, поняли теперь, сынки? Как он вас ловко необученных-то.. Так что - учитесь, через боль и шишки, а не через раны. Хвастать - не косить, спина не болит. Благодарите за науку, она вам жизни спасет, а нас успокоит! Помните, сколь раз вам говорено было и сколь часто, мы с матерью предупреждали, что хвастливое слово - гнило, - закрепил моё вразумление близнецов Нифонт.
Близнецы наперебой стали благодарить. Я покивал и решил ещё добавить им страха, для будущей осторожности и внимательности.
- Таким ударом можно было бы и убить человека, но я-то бил, конечно, с расчётом и неожиданно. Эх, если бы вы знали сколько людей погибли этим летом от того, что не ожидали от противника нанесённых ударов... Да ещё больше оказалось раненных и полонённых.
- Они поняли, Степан! Пойдёмте все - поснедаем, что ни то, а то вон, гляжу, супружница моя, уже сюда идёт, не иначе, как звать к столу.
Обед в гостеприимном доме, что нас ждал, был приятно вкусен и разнообразен, особенно, по сравнению с походной пищей, что готовили мы сами. Мы познакомились с ребятами-близнецами поближе. Оказалось, что Ждан крещён с именем Георгий, а Неждан - Григорием. У их матери я все пытался выяснить: как нам их отличать. Не сразу-то и вспомнили, так как всем домашним и не требовались такое, родные их и так отличали. Но нам, пока, были нужны подсказки. Смеясь, стали вспоминать, но для большинства видимых подсказок... нужна была баня. Потом, мать их вспомнила, что когда маленькие были, они купались на речке и на берегу, тогда же, затеяли кидаться камушками, вот, один и угодил Григорию-Неждану по десной брови. Остался небольшой шрам, где не растут волосы, да можно заметить его только, если знать - куда смотреть. У Георгия-Ждана тоже отличка оказалась: есть маленькая родинка на шее, около яремной ямки. Надеюсь, к тому сроку, когда у них вырастут бороды, и я научусь их различать...
Веселый рассказ семейства о бросании камешков, напомнил мне о нашей копьеметалке, еще не испытанной в действии. Её живо принесли из телеги, все с интересом стали рассматривать это простое приспособление. Длинна ее была с локоть, один конец загибался на вершок, туда, перед броском упирался конец дротика или сулицы или можно было также положить в это углубление и камешки.
- Ну, Григорий-Георгий, у вас есть возможность научиться бросать сулицы и камни с помощью этой вот копьеметалки. У нас пока никто не умеет с этим обращаться, это придумал, а вернее, вспомнил наш боярич Михаил. Да-да, он, тот самый, выступление циркуса которого вы видели в городе. Так что спешите научиться этому полезному делу, и будете вы в нем - первые, а это хорошая возможность удивить и понравиться кому-нибудь из вятших.
- Савватий, ты как, сможешь сделать две такие штуки для братьев? - обратился я к старшему сыну Нифонта.
- Да чего тут делать-то, и до темноты справлюсь, а от заноз, сами в пути приладят, чай для своих рук стараться будут.
- А я сделаю несколько древков для сулиц, - поддержал его порыв отец.
- А мы...а мы ... пойдем на речку за камешкам! - прощебетали младшие сестрёнки.
- И я, и я! Хоцю камешки, - пропищал самый младший братик, лет пяти, тонким голосом, готовым перейти в хныканье и плачь.
- Ну ты погляди, отец, все у нас при деле! - всплеснула руками Глафира.
- Так ты, никак, Глаша, вижу, тоже хочешь за камнями с дeвками спроворить? – с ухмылкой заметил, довольный поддержкой дружной семьи Нифонт.
- Вот ещё, мы им будем собирать, а они - разбрасывать! - фыркнула улыбающаяся мать.
- Подождите-ка! - воскликнул, внезапно, Никола - Так это что получается? .. Как в притче, что нам отец Михаил в церкви рассказывал? "Время собирать камни, время разбрасывать... "
- Ну ты, Колян - молодец! Такое и к месту вспомнил! - поддержал я друга.
Видимо, вдохновение его не закончилось и он продолжил:
- А, вот, я ещё помню: "уста младенцев глаголят истину!"
- О, как! Ну, Степан! Сам - умный, да и друзья твои не промах! - воскликнул Нифонт. - Может, и вправду, рядом с вами и мои-то парни ума наберутся? Верно говорят, что "чужая сторона - прибавит ума".
- Дай Бог, дай Бог! - опередил всех возглас Глафиры.
- Ну тогда, надеюсь, все могли убедится в правильности народной молвы, что "с кем побратался, от того и понабрался!" - со смехом закончил я. Всеобщий смех, который весело зазвучал, был мне поддержкой.
Потом все дружно занялись намеченными делами. Мои друзья пошли с младшими на речку, чтобы охранять их там и нести собранные камешки назад. Я показывал нашу телегу, наш походный дом, близнецам, так как им-то и предстояло, чаще других, вести её по-очереди. Нифонт и Савватий, тоже, заинтересовались необычной телегой, высказав пожелание и себе сделать за зиму такую же.
Затем я показал Глафире, как можно утеплить дорожный сон с помощью мешка из шкур, чтобы и её сыновьям не пришлось перетягивать накидку. Она немного огорчилась, подосадовала, что не успеет такое удобство сшить, так как ей хочется наготовить нам всем в дорогу чего-нибудь вкусненького. Я, как мог, успокоил её, сказав, что мы ещё заедем сюда к ним по дороге в Киев. Это известие очень воодушевило Нифонта и заставило его задуматься: а может быть и ему поехать на большой торг вместе с нами, а путь на Туров оставить на следующий год? Киевский прибыток и манил и пугал. На его лице читалась расчётливость и мечтательность. Но, несмотря на такие думы, его привычные к работе руки делали свою работу по заготовке древков для сулиц. Мы с близняшками попробовали по очереди пользоваться копьеметалкой. Как и следовало ожидать - ничего-то толкового у нас не получилось, цели остались не тронутыми. Тогда я проверил другие их воинские умения. Да, действительно, было видно, что парни с того времени, что мы расстались, занимались. Они оба уже довольно неплохо стреляли из лука, метали ножи и топор. Уверенно ходили по жерди и бревну, при этом, бросая что-нибудь в цель. Говорили, что могут устоять на бревне и в воде. Проверять не стал, уже было довольно прохладно... Осень...То, что пользоваться пращой они умели - хорошо, значит, и дротики, подучившись, смогут метать.
Так, в хлопотах и учебе, и прошёл весь этот день. Осенние дни - коротки. Вечером все легли спать пораньше, чтобы встать затемно и, наскоро, не мешкая, откушав горячего, выехать в путь с первыми лучами солнца.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Четверг, 20.10.2016, 21:06 | Сообщение # 115
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 15
"...ничего на свете лучше нету, чем друзьям бродить по белу свету, тем, кто дружен..."

Утро началось рано. Мы все, хорошо выспавшись и плотно поев, завершали последние сборы. Семья Нифонта, тоже с раннего утра вся на ногах. Даже младшие таращат глазенки с печки, с неподдельным интересом наблюдая предотъездную суету. Судя по виду наших близняшек - сон их был тревожен. Ну, а покрасневшие и припухлые глаза их матери Глафиры говорили сами за себя. Нифонт был как-то натянуто сдержан, заметно было, что ему и хочется как-то проявить свои отцовские чувства и заботу, но он не знает, можно ли так сделать, не повредит ли это отъезжающим сыновьям и не уронит ли его отцовское положение сурового и строгого главы семейства. Сами они тоже были растеряны. По сути: они оставляли родительское гнездо и летели в неизвестность. А она таит в себе, всё: там и неведомое и невиданное ощущение нового. Но также, за этим новым притаились и разные неприятности, а может даже, и горе с несчастьем. О, сколько людей прошли этот порог в тайну и сколько их ещё будет! На таком же рубеже некогда была и проматерь человечества - Ева. Соблазн, искус, укус и, вот оно - познание ранее неведомого... Что хочешь, то с ним и делай, можешь и отбросить, а можешь есть до конца ..., но и идти тоже, уже с попутчиком ...,Адамом. Прошлая райская спокойная жизнь - потеряна, но не до конца, можно и вернуться. И опять же, с условием преодоления трудностей. Царствие небесное ожидаемо многими , но не твёрдые в вере да боязливые , там - тоже не нужны. Какой же князь в своё воинство слабаков, да трусливых набирает? Нет таких! Ни на небе ни на земле...
Кто-то трясёт меня за плечи, а, это - Коля. Что-то мне говорит... Вот, же... задумался я...!
- Ты, что это, Степ, гляжу - аж спишь на ногах, говорил же, что добро поспал, а сам, эвон как...как истукан.. Всё уже, можем ехать.
- Извини, Колян, задумался я, глядя на их прощание...
- А-аа, задумался он! Никак забыл, что "долгое прощание - лишние слёзы"? Поехали уже!
- Погоди-ка! Распрягай своею кобылу, поведёшь телегу сам, а то, вишь, какие братья-то... смурные да задумчивые сегодня, завезут еще куда - не туда. Пусть, до привала просто посидят рядом, да посмотрят спокойно.
Николай недовольно засопел, глянул сурово на близняшек, вздохнул и стал снимать сбрую со своей верховой...
Да, чего-то я не ко времени ...задумался, даже, неловко перед ребятами... Весь день в седле впереди, вот там и надо думать. Всё, хорош, можно ехать. Подхожу ближе к семейству и рукой указываю братьям на телегу, пусть лезут внутрь, трогаемся уже.
Впереди - Прохор с Андреем, где-то там же и их псины крутились, затем телега с Николаем, Георгием-Жданом и Григорием-Нежданом, ну, а в самом конце, за заводным, уже я... Вот сейчас и можно додумать. Всё хорошо, когда всё завершено и мысли тоже в порядке. Та-а-ак, на чём я остановился-то? На Адаме, а что Адам? ..., первый человек, первый райский житель, первый же житель ... земной. Прожил тысячу лет и, так часто плакал о потерянном рае, что на лице его образовались борозды от слёз. Это предание поведал монах Василий. Хотя его рассказы о прошлых войнах, мне нравились гораздо больше, а вот, оказывается, и это запомнилось. Ещё тогда я воскликнул: "вот бы столько прожить!". На что Василий мне заметил: "что же хорошего-то? Тысячу лет горевать о потерянном!" И, действительно, подумал я, что счастья - миг, а, вот, горе - всегда длится дольше. Монах же напомнил мне, Давидовым псалмом что, Бог, по своей любви ограничил тяжести земной жизни в семьдесят лет, а ещё в силах-то в восемьдесят ... Нет, что-то другое заставило задуматься... Ага, не Адам, а - Ева, вот, про её соблазн, я и размышлял ... тогда. Ну да, ведь это она дала яблоко Адаму. Вот и я сейчас, тоже, раздаю... такие "яблоки", а что из этого получится? Люди уже пошли за мной, даже не за мной, вообще-то, а за моей мечтой и моей целью. Но это - моя цель, а они... Может быть, что они не смогли увидеть пока, именно свои цели и решили присоединиться к моей. Не все же могут рассказать прямо, что они хотят и куда глядят. Послушать нашего Прошку , так ему только охота нужна, одна охота... Да и с Андрюхой вместе - Колян... Друг, а хочет чего-то благородного, правильного, умного, честного, но - боится, стесняется мечтать и замахиваться на большое. Лисовик–дрегович в нём крепко сидит. Эти, вот еще, ... Гриша с Егором? Ну, эти - попроще, как и Прошка. Им бы удаль свою молодецкую показать, да побахвалится. Нет, все правильно! Никого из них силком я не тяну, они вольны идти куда хотят и с кем хотят. Не был бы я такой шебутной, встретился бы им кто другой и, они, также, пошли бы за ним. Да хоть за тем же Михаилом, как и остальные отроки Малой Стражи... Считай, так оно и было! Если бы не моя собственная цель, то и я бы их не оставил и тоже был рядом с Лисовинами… Ну, про это я уже думал и все для себя решил. Так чего я тогда маюсь? Сам себе задурил голову. Семейная сцена прощания с близнецами, вот, откуда... грусть-печаль накатила, да думы тяжелые возникли! Родители мои ..., но их точно - не вернуть, остается только молится за них, ну, и мстить, тем ... Так, это потом, а сейчас, через день-два встречусь с этим Некрасом. Вот о чём надо мне думать, а не мучить себя всякими сомнениями. В конце-то концов, всегда есть тот, кто выбирает цель и тот, кому указывают на цель. Всё, хорош, а то как тот монашек: "сладко было во бору, да скучно в собору". У-хх..., бес сомнения, да уныния, получил, таки, свою виру. Вот я, тебе, сейчас псалмом вспомню, да скачкой лихой добью!
И я поддал пятками в бока Змею и поскакал вперед. Обгоняя телегу, заметил, что на облучке уже сидит ...э.. . Егор, так как на нём были зеленные порты. Накануне отъезда решили, что пока не научимся отличать близняшек, надо их, хотя бы, одеть по-разному. Грише достались синие, а нынешнему вознице - зелёные.
- Ну, как, Егорша, получается с нашей двуколкой управляться?
- Да понемногу, кажисть, выходит.
- Ну, вот и славно! Гриньку-то не обдели, тоже, дай поучиться. Учитесь, пока можно, а то потом, покоя такого может и не быть.
Догнав братана с Андрюхой, выяснил у них, что все пока в порядке, никаких подозрительных следов не встретили. Вот звери - были, встречались их следы и немало, пёсики наши жалобно сообщили об этом, но дозорную службу не бросили.
- Ну что ж, хорошо, если и собаки наши понимают, что у нас ныне другая охота ..., на двуногого хитрого зверя, - похвалил я их выучку. - Да и сейчас, нет нужды охотиться, еды хватает.
Незадолго до заката, Прохор нашёл хорошее место для ночёвки. Переход был легкий, холодные обложные дожди ещё не зарядили, дождик днем был, но - небольшой, так что он лишь добавил слегка свежести в воздухе. Место было хорошее: готовить еду не надо, так как было много ещё домашнего, лишь вскипятили котелок воды для взвара. Расположились вокруг костра. Очередная ночевка ничем не отличалась от других. Лошади пощипали травку, затем мы привязали их поближе и сыпанули в торбы овса. Собачки ещё наслаждались какой-то едой, лёжа. Их ещё не отправили в дозор лежебоки-хозяева. Да, хватит размышлять, пора действовать! Я решил, для начала, поговорить с новыми парнями и немного их просветить, что нам вскоре предстоит сделать. Все были рядом, так что и звать никого не пришлось.
- Так, ребята, слушайте! Григорий и Георгий, вы пока не знаете, что нам предстоит. Сейчас вы, вместе с нами, будете принимать участие ...в охоте на одного плохого человека, чтобы поймать его в ловушку и возможно убить... Мы с друзьями, хорошо знакомы, видели друг друга в настоящем бою и знаем, на что можем рассчитывать. А вот вас мы, пока, не знаем и, даже, ...отличаем-то по порткам.
Все наши заулыбались, но без смеха.
- Потому, вы должны показать нам на что вы способны. Если вы хотите стать ратниками, то понятно, что им приходится убивать людей, врагов, конечно, а не всех подряд. Вы это понимаете?
- Да, понимаем, - последовал слаженный, но негромкий ответ.
- Так вот, вам придётся убить того, на кого я укажу.
- А я? - воскликнул, возмущённо, Прохор.
- Проша, успокойся, тебе останется поставить точку во всём этом, - заверил я сердитого братана. – Вот ребята, Прохор так возмутился, это потому, что из-за того нехорошего человека погиб его родной дядя и мой опекун, - кратко объяснил я близняшкам. Те молча покивали.
- Сейчас вам поясняю только потому, что это первый ваш шаг и хотелось бы, чтобы он был твёрдый. Если вы с нами останетесь, то иногда на объяснения не будет времени. Вас должно волновать только как выполнить приказ, а не почему он такой. Ясно?
- Да, ясно, - уже подружнее ответили братья.
Про жесты и сигналы, применяемые нами, вам расскажут потом Коля и Андрей.
- Есть! Рассказать, - дружно откликнулись они.
- И так говорить, по-воински, тоже они научат. Прохор же покажет и расскажет лесные премудрости. Может вы и сами знаете их хорошо, но на свой манер, а надо, чтобы было у всех одинаково. Сейчас всем хочу сказать, что нам придётся хитрить и выдавать себя за других людей, не удивляйтесь, если я назовусь другим именем.
Насчёт имён. Все мы - крещёные, это наши основные имена. Есть ещё и славянские, родовые. Так вот, если в присутствии чужих людей, я или кто-то обратиться по родовому имени, то это будет означать опасность для нас или обман противника в действиях.
- Чего-то я не понял, Стёп, зачем это? - произнёс братан.
- Ну, вот, к примеру, сижу я..., да хотя б у этого костра. Вы же все были куда-то отосланы. Кто на охоту, кто за лекаркой, а я, допустим, хворый остался. Возвращается Проша с добытым зайцем, а у костра рядом сидит незнакомый путник. Я так спокойно с усмешкой говорю, что Белян долго за зайцем бегал. Это значит, что этот путник опасен и надо быть готовым к нападению или самому напасть. Понятно?
- Так что, а разве ж сразу не будет заметно-то, чего у того на уме? - искренне удивился Прохор.
- Ой, хорошо, Проша, что не встречал ты таких коварных людей. Они могут обнять тебя дружески, с улыбкой, а сами шило упрут в печень ... или засапожник к горлу... Я сказать-то, помоги и спаси, ещё не успею, а уже полягу у костра того навеки...
Все мои парни немного пошевелились неловко и тихо покхекали, видимо, представив это всё.
- Ты это... какой–нибудь другой пример придумай, что ли, а то он у тебя какой-то... - заметил нерешительно Коля. Все его поддержали дружным гулом голосов .
- Хорошо! Сейчас мы приедем в город, где живет этот самый Некрас, я точно не знаю, где именно... Надо будет это выяснять. Спрашивать напрямую нельзя! А то, после, его хладное тело найдут и могут вспомнить, про нас, что какие-то посторонние парни искали и, видимо, нашли. Тогда будут уже искать нас, а нам-то, как раз, этого не надо!
- И что делать-то? Найти ж надо.. А как? – горячо воскликнул Андрюха.
- В городе том – несколько церквей. На службу он пойдёт, вот там его и можно высмотреть, ну и... не договорил и был прерван Колей.
- Откуда ж ты будешь знать, в какой из церквей - он?
- Приказчик тот – человек не бедный, так что, в старую, плохонькую не пойдёт. Пойдёт в какую-нибудь новую, красивую. Если она одна, то просто стоишь неподалёку и ждёшь. Если таких две–три, то можно и самим зайти и тихонько посмотреть. Люди, во время молитвы, все-таки, больше смотрят на алтарь, а не по сторонам. Они стоят среди своих знакомых и крутить головой им не солидно. А вот захожий человек, может себе такое позволить. Он, как бы, любуется и восхищается убранством храма. Ищет иконы, перед которыми хочет поставить свечки или канун за усопших. Но это тоже надо делать осторожно, как бы извиняясь, "мол, простите, не могу удержаться от сей красы. Вы-то, тут - кажный день, а я - проездом. Дела, будь они не ладны", ну и ещё что-то можно во взгляде подпустить. Но может и так случится, что этот Некрас первым меня увидит. Он человек осторожный, пуганный, на мякине не проведешь. Знает, что к нему придут, и строго спросят за все, потому, нанял, скорее всего, себе охрану. Когда поймёт, что я - один, попытается меня вывести, сам или с охранниками. Поднимать шум никому из нас не выгодно, это он точно знает. Допустим, они выводят меня под белы ручки. На паперти церковной, народ туда-сюда ходит, нищие побираются. Вижу: Колян стоит, меня ждёт и уже собрался спросить, чего я так долго. Тогда я, опережая его, говорю, чтобы он услышал, его славянское имя: - «Домаш», тогда он сразу поймет, что я - в опасности и будет, вместо замечания, пытаться меня спасти. Шуметь же и драться в таком месте нам никак нельзя. С этим примером - понятно?
Судя по ответному гулу, им всем было понятно.
- Ох и хитер, ты, Стёпка! - весело изрёк мой братан.
- Ага, а сам-то, небось, позабыл, что тебе покойный дядя Боримир советовал: "От хорошего братца - ума набраться, от худого братца - рад отвязаться".
Прохор обиженно засопел.
- Ладно, Проша, не дуйся. Брат ты мой, а ум у тебя - свой.
Взглянув на близнецов я с трудом удержал улыбку, а то не так бы они меня поняли. Прохор подумал, что это я над ним насмехаюсь, а Егор с Гришей, не разобравшись, тоже могли бы. Мол, барчук этот Степка, то бьёт, то смеётся. Они сидели, широко разинув рты, как будто слушали сказку, глаза их впились в меня с таким видом, как будто из моих уст выползает змея или пестрая лента и они замерли, очарованные сим зрелищем, в ожидании, когда же она закончится и чем. Они были такие забавные, наивные, чистые и доверчивые, что было, даже, приятно смотреть. Когда–то и я был такой, такой же наивный и доверчивый, как они сейчас… Все-таки люди больше всего взрослеют телом, а только потом и не все - умом, душой и духом. Мне уже никогда не быть таким. Не зря матери оберегают взросление своих детей, берегут от той взрослой грязи. Я же был лишён этой тихой домашней заводи и сразу брошен на самую стремнину… И этих хочу утянуть за собой, ну, не я, так кто другой. Я-то, хоть, это понимаю и буду их оберегать, а другой … Тьфу, ты, опять всякие мысли … Надо по делу, а тут сопли… Они то все этого мира не знают, так как я горя хватанул, вот и надо их беречь и наставлять , а то сгинут зазря так ничего и не свершив. Всё, хватит...
- Нам ещё надо будет выучить жесты–сигналы для города, для леса мы их знаем, но они там не годятся. Если кто-то из нас на торгу заухает филином или завоет волком, самое малое, что будет, это заметят и запомнят. Нам этого никак нельзя делать! Да любой охотник, будь то человек или зверь лесной, в первую голову старается быть незаметным. Эта его повадка позволяет подкрасться к жертве как можно ближе. Для леса нам боярич Михаил придумал такие хитрые маскхалаты, а сейчас - нам надо для города научится использовать что-то похожее.
- Так что, нам надо научится и морок наводить, как леший? – громким шёпотом произнес Проша и сразу умолк, испугавшись произнесённого имени, да ещё на ночь. Все громко сглотнули и замерли в ожидании. Да-аа, может они меня тоже принимают за колдуна? Ну, держитесь! Я вам сейчас морок-то в головах развею и закричал, угрожающе:
- Вы что тут, с девками на посиделках лясы точите? Ещё начните друг к другу прижиматься и дрожать от страха… Перунова братство, козлодуи хреновы….Эх вы, христиане-маловеры, бесёнка какого-то лесного испугались, бабкины сказки недослушали, разомлели у костра, нынче же собак в фургон, а вас - в дозор, да на чёрную гать, чтоб знали, где ссать, а где ума набирать!
Друзья чуть ли не зажали головы между коленей, близняшки прикрыв рты, из подлобья бросали острые взгляды по сторонам. На их лицах было полное непонимание происходящего: мол, "куда ж это мы попали , может, домой им следует вернуться пока поздно не стало?"
- Вот, ведь, тоже .. нашли чего бояться,… маскировку - военную хитрость и ту, с мороком сравнили – уже спокойней продолжил я. - А задумывался кто-то из вас: почему маскхалат помогает в лесу? Потому, что он сливается с лесом и не выделяется. Вот и вам надо так научиться не выделятся на торгу, да в городу, а не в лесу. К примеру, вы идёте вдоль знакомого забора, все доски одинаковы, как… близнецы наши, но только вы знаете: какую доску подвинуть и проникнуть внутрь двора. Где тут морок и наваждение? Так и Вы, должны не выделяться, как эти доски.
- Ты уж, не серчай на нас, Стёпа, - начал Коля, мы же не ведаем сего. Ты учи нас, говори, но терпи…
- Ладно, хватит на сегодня: "мальчишки-зайчишки, где ваши кулачишки"?
Собак - в дозор, а вас - не резон, всем - спать и по болотам не гулять. Все, неловко пряча глаза, улыбнулись .


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Четверг, 20.10.2016, 21:11 | Сообщение # 116
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 16

"...Тем, кто дружен, не страшны тревоги.
Нам любые дороги дороги ..."


На следующие утро мы продолжили наш путь. Конечно, может быть на лодье и было бы быстрее и проще добраться до Слуцка, благо, город тот стоял рядом с рекой. Но своей лодьи у нас не было, даже лодки не было. Платить за проезд на чужой было жалко. Ну, приплывём, допустим, мы в город с заплечными мешками, а вдруг куда-то надо будет подъехать, а лошадей нет, опять - покупай. Так что, как не думай не гадай, а своим ходом, хоть и медленнее, но сподручней и больше свободы. Осень в этом году выдалась сухая, дороги - нормальные, так что почти прогулка оказалась.
После вечерней трапезы, Никола начал с похвальбы моих знаний:
- Ты, Степан, с такими знаниями мог быть в нашей Академии Наставником, и не самым последним, думаю!
- Ладно-ладно, не очень-то ты меня хвали.. – попытался я урезонить друга.
- Так я ничего, это все наши могут сказать, - одобряющий гул наших спутников был подтверждением Колиным словам .
- Ага, так вы меня решили сегодня смутить, что ли, как я вчера вас? – спросил я с улыбкой. Сейчас уже, мне в ответ, зазвучал отрицательный гул.
- Всё-всё, понял, я вас! И скажу вам так: перед близкими людьми можно быть глупым и не знающим. Чужим, не обязательно врагам, просто - чужим, не всегда можно показывать свои слабости. Ну это как ратник перед встречай с ворогом, вздевает защитную бронь, а дома, среди своих, разоблачается и чувствует себя легко.
Вот, вы-то сразу поняли, что мои нынешние знания - полезны. А я был ранее гордым глупцом и не рассмотрел в этом ничего хорошего, а увидел, так, даже, постыдное. Единственное, до чего я не додумался, это до морока.
Все мои воины опустили взгляды на костёр.
- Так что, вы – оказались умнее меня, потому что сразу узрели. А мне... пришлось от деда Боримира слушать увещевания и вразумления ....Так что не столь умен, а был - глупее вас. Ну, и ещё одно, чтоб уж сразу... Наш Михайла недавно упрекнул меня, что я не учил других в Академии. Друзья одобрительно переглянулись между собой. - Так что, - продолжил я, мне тяжелее дались эти знания, как говорится: "Беда вымучит и выучит". Лучше к беде заранее подготовиться и знать, чего ожидать. Вот и мы сейчас должны быть готовы к встрече с хитрым и подлым врагом.
- Так ты наставь нас, брат? - попросил Проша.
- Да какой из меня наставник, вот если бы вы знали – какие у меня были...
- Мы и твоих знаний не знали, ты же нам не говорил, - заметил Андрюха.
- Это - точно, - согласился я, - даже не думал, что так быстро они нам всем пригодятся. А знаете, ребята, кто мне помог вспомнить те знания и посмотреть на них совершенно по-другому?
Ответом было ожидающее молчание.
- Наш боярич Михаила! Он так внимательно слушал и расспрашивал, что мне было... неловко ... Если такой умный, как он, так относится к этому, то это - уже, действительно, важная вещь. После беседы с ним я не только вспомнил былые наставления, но и подумал о новых возможностях и для себя и для него. Он просил у меня помощи в этих делах. Первый шаг и урок для нас будет здесь. Для меня самого он будет даже важнее, чем для вас. Вести за собой и думать за других, всегда сложнее и труднее. Так что я прошу терпения, внимания и исполнения.
Все сразу же кинулись заверять....
- Хорошо-хорошо, вижу, что даже собакам передалось ваше возбуждение, - с улыбкой, закончил я.
Все расслабленно посмеялись, а хозяева собачек дружественно потрепали их загривки и потыкались в их ценные носы.
- Друзья! Вот как собаки берут след и приводят туда, где зверь, ну или что-то другое. Так и человек, когда надо, может отыскать след другого человека.
- Это что ж, нюхая землю, что ли? – весело воскликнул Прошка. Остальные, осторожно, молча улыбнулись.
- Молодец, Проша, главное слово ты сказал, вынюхивать! Сейчас поясню,- увидев недоуменные лица, успокоил я. - На людях или в людях остаются следы от других людей. К примеру, в Ратном, утром у колодца, появилась Варька Чума, да с подбитым глазом, значится, что?
- Значит, с вечера Фаддей ей поддал за что-то! - с какой-то радостью воскликнул Колян.
Все довольно осклабились и даже наши новички.
- Правильно, - похвалил я своих учеников. – Но может быть и по-другому.
Слушатели с ожиданием уставились, но молчали. Чтобы их не мучить, сразу же пояснил:
- Если её саму спросить, то мы узнаем подробно, что произошло. Или соседей, кто рядом живет! Не так подробно, но и они - могут знать.
- Кхе, узнаешь от неё, она такого может наплести, что... - не закончил свой насмешливый возглас, Андрюха.
- Верно! Чтобы увидеть внутренний след в человеке, с ним нужно поговорить. И уже в разговоре и постараться понять: где правда, а где - ложь. Люди могут не хуже зверей запутывать следы и распутывать. Как собаки бывают – хорошие следопыты, так и есть люди, умеющие распутывать людские хитрости.
- Ага, на дыбе, - угрюмо заметил Коля.
- Что ж. и так тоже - бывает, - развёл я руками. - Как собаки бывают и пустобрёхи и слабые на нюх, так и люди.
- Стёп, а чего ты заладил, собаки да собаки, что, больше сравнить не с чем?- как-то с обидой спросил Николай? Помнишь, говорили про Маугли и волков. Близнецы встрепенулись.
- Можно и про волков поговорить, но - позже. Сейчас вот закончу только со следами. Внутренние следы в людях найти труднее всего. Потому что они в головах, памяти людской, ну, и на языке. Про церковь я уже говорил, там понятно. А если нам не удалось его так найти? Тут нужно уже другое, потруднее задача.
- Так он, приказчик, на торгу надо про него поспрошать! - выкрикнул и, тут же, смутился своей смелости Григорий-Неждан.
- Молодец, Гриня! Как ты...! Сразу видно, что вы с братом на торгу бывали, да и торговали ! А, помню, еще весной мне ваш отец про вас говорил, что вы чуть в убыток не ввели!
Гриша смущённо потупился, слегка покачиваясь, пожимая плечами и крутя ладонями. Братишка же его, Георгий-Ждан, глянул, только, осуждающе-завистливо и всем своим видом, словно говорил, "вот уж, вылез со своим ...торгом", ну, точно - Неждан. Вздохнул и стал подкладывать ветки в костёр. Все молча ждали продолжения моего рассказа.
- На торг-то пойти нужно, но осторожно, а мне, так лучше вообще не ходить. Можно вам пересказать как выглядит Некрас и послать по очереди смотреть. Я знаю точно, что он связан с торговлей тканями, воском и вином, может и ещё с чем...
- Юрий (Ждан), а скажи: куда ты точно не пойдёшь, а куда пойдешь? - решил я подбодрить Георгия.
Он, конечно, не ожидал моего вопроса, встрепенулся, но, достаточно быстро, пришёл в себя и пошёл перечислять, куда и как он бы …
Получив от меня одобрение, с легким торжеством бросил взгляд на родню, мол, мы можем обойтись и без выскочек. На мой вопрос, почему мне самому нельзя идти на торг, Коля ответил, что "ты идёшь по проходу и весь виден, а он сидит внутри лавки и его сразу не заметишь". Проша сравнил это с засадой: "можно легко попасться, ты на виду, а он - скрыт". Я напомнил ребятам про корчму, там, умеючи, многое узнать можно:
- Вино-то там подают, спрашиваешь, к примеру, у любого: "это, случайно, не Некрас его сюда поставляет?" Ну и, зависимо от ответа отвечающего, говоришь с ним дальше. Можно хвалить или ругать собеседника, но всегда лучше поддакивать, хотя, есть моменты, когда нужно и поддразнить. Люди вообще, по своей падшей природе, дольше помнят плохое, потому что, чаще всего, больше ожидают от людей зла и коварства, чем простоты и доброты. У зла - долгая память, а век добра – краток. Так что лучше похвалить, быстрее забудут.
Ну, а в этот раз вам лучше больше слушать, чем говорить. Говорить чаще всего с людьми буду я. И я же буду выдавать себя за боярича Семёна Волхова, есть такой под Смоленском, характер у него ... словно он - "маленький Чума". Могу поменять имя, не удивляйтесь, но вы - всё равно - мои сотоварищи, но бедные, а вы, Егорша и Гришка - еще и холопы, причём, мои. Да-да, бедным "сотоварищам" холопов не положено – с усмешкой закончил я, глядя на друзей.
- Ой-ой-ой, посмотрите-ка на этого нашего "богатого", а у кого кубышка, а? - гнусаво протянул Прошка. В тон ему я ответил:
- Будешь нос задирать, сделаю "ловчим", мне и двух "сотоварищей" хватит!
Все дружно заржали, сам Прохор что-то говорил, махая на меня руками, но за веселым смехом было не разобрать. А тут ещё, встрепенувшиеся собаки, по какой-то, только им известной причине, решили подлезть ему подмышки. Он их машинально приобнял... и общий смех ещё больше усилился. Братан, запоздало поняв свою промашку, с досадой оттолкнул их, что-то крикнув обидное, бедные собачки отбежали к телеге.
Отсмеявшись, я пожалел поникшего и покрасневшего брата.
- Проша, ты что! Это же - шутка и "сотоварищи боярича" и "холопы" для маскировки. Я ещё и не так притворялся, приходилось... Ну, и тебе - наука, ловко сам себя словил, под дружескую шутку подставился. Давайте-ка лучше еще поговорим о хитростях и обмане. Иногда бывает так, что надо обманывать людей, а чтобы близкие тебя поняли и подыграли или, хотя бы, промолчали. Для этого есть условные жесты и слова, понятные только нам. К примеру: мы хотим показать врагу, на словах, свою силу или слабость. И я тебя спрашиваю: "А скажи-ка ты мне, Хугин, в том отряде, что я послал в Полоцк, вроде бы, десятков семь?" - Желание друзей спросить подробности, о чем это я толкую, остановил жестом. - Или еще, по-другому: "Не напомнишь ли мне, Мунин, в том купеческом караване, хоть, наберётся два десятка охраны?"
- Ну, а теперь, Коля, скажи: сколько десятков пошло в Полоцк?
Он ненадолго задумался, посмотрел в темноё звездное небо и решительно ответил:
- Может там и вся сотня есть, но людей никак не меньше семидесяти!
- Молодец! Правильно. Андрюха, как Ты думаешь: сколько тот караван охраняет человек?
- Десятка полтора, - почти сразу последовал ответ.
- И ты, тоже, похож на Коляна, - улыбнулся я, - понял мою подсказку!
- Степа, поясни-ка для всех нас! А что это за такое ты сказал: "муни", "хуни"? - недоуменно спросил Прохор.
- У людей, живущих за морем на севере, а я, по отцу и деду, наполовину такой, в их сказаниях, есть, как бы, их бог, по имени Один. Он отличается хитростью, обманом, коварством, ну и мудростью, конечно. У него есть его вечные спутники – два ворона с такими именами. Так вот, Коля будет у нас - Хугин, а Андрюша - Мунин. На северной речи это означает Думающий и Помнящий.
- А они сами-то это запомнят, не перепутают? - не унимался брат.
- Ну-у, братуха, надеюсь, что с такими именами они не подведут, это одно. А теперь - другое. Ответь-ка мне, охотник, в знакомом лесу можешь заблудится?
- Вряд ли... Ну, если только сильно темно будет!
- Тогда, значит, братишка, и из этих трёх сосен ты, тоже, выберешься, не заплутаешь, не заблудишься.
- Нет, - буркнул он и, видимо, поняв, к чему я клоню, замолчал, глядя в сторону темнеющего леса. В этот раз никто из ребят уже не смеялся.
- Я тоже думаю, что в трёх именах они, как-нибудь, разберутся. А вот сейчас хочу спросить у Егора. Оба брата встрепенулись и напряглись, и я продолжил.
- Спрошу я, к примеру, так: "Скажи мне, Гери, тот мешочек с серебром, по-прежнему, в сундуке или ты его переложил в переметную суму"?
Он, почти сразу, ответил: - Всё на месте, боярич, как ты положил, там и лежит.
- Ну, ты даёшь, Егорий, на лету схватываешь!
Он довольно заулыбался, с каким-то преданным торжеством глядя на меня. Мол, вот я каков, а ты сомневался!
- Юрий, чтобы не был столь собой доволен и не зазнался, скажу, лишь, что Гери - это волк Одина и означает...Жадный. Не в смысле "жадина", а жадный до драки, крови, добычи...
Никто не засмеялся, но все улыбнулись и даже сам... "Гери", с трудом, но "надел"... её, эту личину.
- Гриня! Спрошу тебя примерно так: "Фреки, скажи, неужто, купец бросил лавку на мальчишку, а сам побежал домой?"
Чуть помедлив с ответом, "Фреки", ответил ;
- Так его жене поплохело, может рожает? Вот он и побёг-то.
- "За бабкой повитухой"! - весело закончил я за него. Тоже - молодец, а имя это означает - "Прожорливый" .
Веселее всех было конечно, его брату - Егорке.
- А сам-то, боярич, как будешь по-хитрому зваться? – спросил меня братик.
- Про себя, Проша, ты не спрашиваешь, значит согласен ?
- С чем согласен-то? - Чувствуя подвох, он напрягся, насупился, но молчал.
- Так, вроде, и назвали тебя? – улыбаясь и вопросительно глядя на него, закончил я.
Раздались сдержанные смешки и Прохор понял и, сделав плаксиво просящее лицо, законючил:
- Ну-у, Стёпка, хватит, а? Не хочу, не нравиться.
- Так что, Одином хочешь быть?
- Нет, не хочу! - последовал быстрый ответ.
- Моди хочешь называться ?
- А что это?
- Храбрый.
- Да, вот это - хорошее имя. А сам-то себе, какое придумал?
- За меня его придумали, дед с отцом, Рунольв, это значит... тайный волк!
- Степа, а зачем нам такие тайны и обман? Храбрый Моди, был доволен.
- Понимаешь... Обманывать, хитрить и скрываться нам всё равно придётся ..., вот Один пусть и отвечает за своих спутников!
Все, как-то облегчённо, засмеялись .
- Ну, что, "холопы", хорошо живётся с таким господином? – оборвал я веселость и уставился с серьёзным видом на Егора с Гришей.
Все, как-то напряженно, смолкли. Близнецы переглянулись, а потом бодренько и, почти слаженно, гаркнули:
- Так точно, господин Рунольв! Ожидающая, озорная улыбка осталась на их лицах.
- Ну, вот, други, а вы боялись, что трудно будет запомнить эти хитрости. Близняшки на лету схватили ... - и засмеялся. Дружное веселье всей нашей ватаги было искренне.
- Правильно я говорил, про твоё наставничество, - заметил Коля.
- Эх, Колян ..., я - только нерадивый ученик своих умных наставников. Хорошо бы нам похожих найти. Себе бы облегчил жизнь, да и Лисовинам бы помог. Ну что, хватит на сегодня хитростей и разговоров, будем ложится спать?
- Ты это сейчас как кто говоришь, как Рунольв или как Степан? - сдерживал смех Николай.
Опять все посмеялись. Я решил продолжить его шутку.
- Степан, приказывает: Николаю заступить в ночной дозор!
Повисла тишина, ожидая продолжения все замерли.
- Но, если, Коля сумеет договорится с собаками, через их хозяев, и не будет во сне махать руками, то сегодня - его очередь спать под крышей.
- А чего я, разве руками...?
- Спеши, а то собаки или их хозяева уснут..
Так, посмеиваясь и шутливо препираясь, мы готовились к очередной ночёвке.


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Пятница, 21.10.2016, 13:59 | Сообщение # 117
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
Г Л А В А 17

"Романтики с большой дороги... , весь мир у нас в руках..."

Следующим днём, так как закончилась уже вся домашняя еда, не только взятая нами из Михайловска, но и та, что дали нам в дорогу родные наших близнецов, мы организовали охоту. Поохотились так , чтобы хватило еды на всех нас на пару дней. Близнецы еще сами вызвались на утреннею рыбалку. Голод нам не грозил , даже лошадки ещё баловались овсом .
Сейчас Прохор с Андреем кашеварили и, время от времени, что-то давали перехватить своим собачкам. Мы с Николаем обихаживали лошадей, а близняшки пошли посмотреть местность насчёт рыбалки. Все были при деле. Так что к началу темноты мы уже вовсю трапезничали- сумерничали горячим.
Андрейка посетовал, что у девок приготовлено было бы вкуснее. Все дружно поддержали его мнение. После такого хорового одобрения он решил ещё добавить, как бы между прочим, что можно было бы, какую-нибудь кашеварку взять с собой в дорогу. Его ещё горячее поддержали. Покушать все любят... А, вот, готовить на всех, даже, попеременно, никому из нас отчего-то не хотелось. То же самое было и когда я у Боримира в ватаге скоморохов обретался... Ну, да там было кому, там была Искра …
Стали вспоминать наше житье – бытье в Мишкиной крепости, да кто из девок вкуснее готовил на семейных днях. Потом еще заговорили, кто кому нравиться. Я в общем разговоре не участвовал, спокойно ел, мне ж больше достанется! Видимо, не совсем голодные ребята мои были или голодны другим. Ну- ну, послушаем. Так мы и поделились на две половины. Я и близнецы ели, а любители ...женской еды, сожалели и насыщались воспоминаниями. Не успел я ещё утолить жажду, как Прошка, вот ведь неугомонный, огорошил меня неожиданным вопросом, кто мне больше нравиться из девок- с девичьего десятка.
- Наставница их - Арина, - удивил я их, - но, не сильно.
- Так она же – баба вдовая, не девка уж, чай, да и Немой у ей, ну и... - напомнил о суровом кнуте Наставника недоумевающий брат.
- Так я ж и не собираюсь к ней свататься! Ты - спросил, я - ответил.
- Не-ет, Степа, ты про девок скажи! - все не унимался он.
- Чего пристал, зачем тебе это?
- Ну-у, - засмущался он, - а когда полон возьмем, чтобы знать, какую тебе отдать!
- Ах вот, ты, о чём... мечтаешь. Так я тебе скажу, что я сам буду "свою долю" выбирать, а уж что останется – тебе и другим. Но сейчас не об этом надо думать.
Однако братовы думы, были вновь прерваны, теперь уже Андрюхиным вопросом.
- А все таки, скажи ,кто тебе из наших девок более всего ...?
- Вот же пристали! Ну, коли так, то чтобы вам было спокойней - Мария.
- Во! - Почему- то обрадовался он.
- Ладно, ты выиграл, - грустно сказал брат .
- Не понял, что тут происходит? - возмутился я.
- Да они, вишь ты, поспорили, кто тебе больше нравиться, - пояснил рассудительный Колян. Малое время я приходил в себя, потом возмущённо спросил:
- Я что вам кто: бык или жеребец ? , что вы думаете - рядите к кому меня завести в стойло? Кто вас просил об этом?
- Никто, - обречёно произнёс- выдохнул Прошка. - Просто, интересно, вон, хоть, Коляна спроси, как у него прошло семейное испытание.
Я повернулся к другу, он тут же махнул рукой и с грустью сказал:
- Ай, отстаньте, замучился я там с ней, мне другая нравится.
Я чуть было не спросил : кто? Но вовремя остановился, потом глянул на братьев - близнецов, те с интересом наблюдали и слушали наш разговор, даже жевать перестали. Надо как-то им пояснить, а то подумают еще чего не того.
- Подождите, парни, вот наши новенькие не понимают о чём это вы говорите , я вначале поясню им. Ну, и вкратце, рассказал. Они слушали и удивлённо смотрели на нас, было видно, что такое им в диковинку.
Выслушав о наших порядках в крепости, близнецы силились понять: нешто ж так можно? Тут с какой девкой если заговоришь на улице и то смотри, что бы ее братья али отец не осерчали, а тут - вона как…
- Мне лично – так пожить не удалось, ну а я об том и не жалею. А то был бы... такой же недовольный. Как и наш Коля. Да и не нравиться мне это ….
- А чем тебе Арина нравится? – прозвучал Кольшин вопрос.
- Помните, отец Михаил призывал нас к осторожности в вечерних посиделках с девками? Что девки очень падки на всякие красивые и интересные истории а парни, вроде нас, и рады стараться. Так и ходят гоголем, девки млеют.. .и, сами знаете ...
- Причём , тогда, здесь Арина -то? – спросил уже Андрей.
- Так дослушайте, а потом и переспрашивайте! Бабам постарше такие дела тоже приятны, но меньше. Ну, а сейчас вспомните - ка, как и чем, обихаживал Немой ту Арину?
Друзья немо переглядывались между собой и недоуменно пожимали плечами.
- Молчите? Правильно! Вот и он - молчал, а получил тааакую бабу, что у многих слюни текут от её вида!
В тишине было слышно, что, даже, впечатлительные близняшки и те, сглотнули слюну.
- Почему так получилось? Думали? Да потому, что Арина, смогла увидеть в знакомом нам человеке то, что мы не видели, находясь с ним рядом так долго. Это - сродни тому умению видеть людей, как меня учили мои наставники. Это - талант. Даже больше, это - искра Божия. Мои наставники - скоморохи так могли, но они больше видели и высматривали в людях плохое, их грехи и слабости. Арина, же, увидела в этом, якобы, страшном человеке, которого боятся сотни людей - доброго, любящего и заботливого мужа! Надежную защиту и опору. Для себя и своих младших сестренок - сирот, чей дом сожгли, а родичей убили. И для своих будущих с ним детей. Для этого надо иметь добрую, светлую душу, хоть и обугленною. И она ее - разглядела!
Я немного помолчал, все мои ребята тоже - молчали, задумавшись о своём с какими- то мечтательными лицами. Затем продолжил.
– Таких баб как Арина надо еще поискать…И не в раз и найдешь. Cреди наших девок, что в крепости, у боярыни Анны Павловны на обучении, может, и будут такие, но - позже. Они хотят выделится в…своей стайке - ватажке, да и из неё, тоже, но и боятся из неё же и выйти. Чтобы рассмотреть человека на него надо смотреть не в большой толпе и не в строю. Такое уменье появляется только, когда научишься смотреть на что-то одно. Смотреть и увидеть! Затем – на несколько, а потом, может быть, вообще, многое. Может, замечали, когда на уроках Михаил смотрел на нас, то было ощущение, что он обращается и говорит с каждым из нас.
Прозвучал подтверждающий шепот и кивки .
- Так могут далеко не все взрослые мужи, им это, вроде, и не надо. Воевода так может смотреть , Аристарх, Алексей, Филимон... ну, и некоторые другие, я не буду всех перечислять , да и не знаю про всех-то. Но они, такие, могут так смотреть, когда захотят, а, если, не надо то и … просто - добрый дяденька. Хороший ратник смотрит на людей как на возможных поединщиков: опасны, не опасны? Хорошая баба делает тоже самое. Слыхали, поди, как та же Арина дур ратненских окоротила и поставила на место? А она же их первый раз видела, но попала так, что те ей в споре стали уже, даже, и не соперницы , а так …шипящие гусыни. Вот, где талант и умение! Её кто-то научил и она сама не ленилась. Нашего Михаила …сами догадываетесь кто наставлял, но у него есть своя особенность… Его воинские наставники видят строй, в первую очередь, а уже потом - людей, а Михаил видит нас, людей в том строю. Сейчас вы это сразу не поймёте, но думайте и наблюдайте чаще об этом, ибо вам самим когда то да придётся стоять и смотреть на свой строй и на своих людей.
Из всех тех, о ком я сейчас говорил, лишь Арина смогла показать своё умение при встрече с незнакомыми людьми. Остальные - скорее всего, тоже, умеют, но мне не все ведомо. Она мне напомнила моих наставников, которые смотря на движущуюся мимо толпу, за 5 -10 ударов сердца, могли сказать о человеке много, не облик, а нутро его. Он быстрее прошёл, чем они о нём говорили! Можно сравнить, как хороший хозяин или пастух отличает свою одинаковую живность. Для редкого прохожего всё едино, ну, табун, ну, отара… и что …
Парни смотрели и слушали меня внимательно, но как- то обречённо – уныло, да и сникли от тяжести неведомого. Ничего, пусть немного помучаются, а то, поди-ка, думают что все так просто будет… Но и следовало поддержать…
- Чего сникли, воины?
- Да как- то, это... всё мудрено, нам это сколь… осваивать, - грустно высказал мысли остальных самый вдумчивый из моих, Коля .
- А это мы сейчас узнаем у …- я замолчал, обводя всех взглядом. Парни оживились и, тоже, стали смотреть друг на друга и на меня, силясь понять, кто же носит сию тайну.
-Егорша, Гришаня! - братья вскинули непонимающие глаза, - сколь годков вашему младшему братишке?
Быстрый взгляды друг на друга и разделённый промеж братьев, ответ услышали все.
- Сергуньки– то?
- Во студень, пяток, стало быть, сполниться!
- И как долго он вас различает? - вопрошал я.
- Так, почитай … три с лишком годов, а можа и более , как …сказать смог -ответил Юрий .
– Сергуня у нас молодец! - продолжил Гриня. – Помнится, он ещё меньше был, так как- тo залез к нам на сеновал с нами ночевать да истории слушать. Темень уже, а он нас - по именам…
- Точно- точно, я его тогда еще стал пугать овинником, чтобы пошел в дом, а он: "Жяня не пугай!"... ну -у, Ждан- то ему было тяжело сказать…
- Ну, вот, видите, други, человечек, маленький, в темноте, говорит с трудом, а …отличил, ибо – нутром чует! Нам это чутьё – обязательно развивать в себе надо. Одного человека надо опасаться, другого - не бояться. Одному поручить то, другому - это. Одного казнить, а другого миловать. И так - всегда …Можем, даже, поучится этому. Хотите?
- А как это? - почти хором прозвучал вопрос от всех.
- Нужно просто представить, что кому-то ты рассказываешь о своём друге, товарище, знакомом, а потом сравнить, в чём совпадают или расходятся эти рассказы. Можно рассказать о ком-то, не называя имени, а другим - отгадать о ком речь идет. К примеру…
- Стёп, а нам-то это все зачем? - прервал Прошка. - Мы же, вроди как, ратится учимся, а не …с гуслями на пиру сказы вещать!
- Брат, ты же сам рассказывал, что когда первый раз дядька Стерв, попросил вас рассказать о том острове, что чушь вы несли несусветную!
Прохор с Андреем усмехнулись, покачав головами.
- Да-а, мычали мы больше чем отвечали-то - с грустью подтвердил брат.
- Это ты правильно заметил, - согласился я, - корова бы больше намычала, чем вы про тот лужок… - Все засмеялись.
- Так в чём схожесть в наставлениях Стерва и этими… описаниями людей? - дотошный Никола пытался уяснить что- то для себя, ну и других, чтоб понять, о чем это я.
- Если одним словом, то в описаниях, вернее уметь это делать. Затем идет наблюдательность, выводы , решение, действия и последствия .
Довольно долгую тишину опять нарушил Коля:
- Неужто , так много?
- Да, друзья… иногда это спасает жизнь или губит, а человек и не знал, что всё могло бы закончиться… так, как он хотел бы, а не так, как сделал его предусмотрительный враг. Сильный может иногда позволить себе и пропустить удар: "а, ерунда, мол, только злее буду, а лучше бы умнее". Мы же, пока, слабые и нам нужно бить точно, наверняка, чтобы не было в ответ даже слабого удара, ибо иначе мы не то что не устоим, мы просто умрём …
Никто не попытался задать новый вопрос и я продолжил.
- Помнится , Боримир несколько лет назад попросил скрытно посмотреть за одним становищем . Маленькому мальчишке , это было сделать легче всего … Я весь довольный, вернулся . Спрашивают , видел ? А как же , говорю всё видел и сказал… ещё слов десять от силы . У них вопросов было больше , чем … Ну потом со мной пошёл один наставник , не большенький, на вроде , нашего Сучка , а потом он показал как надо было… доложить . Так что друзья будем этому учиться вместе . Путь наш долог , время есть , вот и попробуем - Давайте-ка, ребята,сначала, друг друга описать попробуем, потом и других сможем... Пригодиться это может - точно! Да и на пирушках и всяких других посиделках, тоже, сможете себя хорошо показать. В моём народе это умение - очень цениться. Попадем когда туда, на родину моего деда и отца - сами все увидите и услышите.
Ребята сразу оживились, загомонили, а Прохор, так, даже, спросил, уточняя:
- А про …девок можно так рассказывать, чтобы сравнивать и угадывать...?
Все засмеялись и я, в том числе, ну и ответил ему весело:
- Можно и так, но лучше, чтобы вас это сейчас не тревожило. Если вы будете много об этом думать, то можете ненароком оскверниться во сне и на утро придётся стирать исподнее ..., да в холодной речке, а потом сушить... на нашей боевой телеге. И что это будет тогда? Наш боевой стяг, что ли? Вот встречные девки-то порадуются!
Все захихикали, близнецы покраснели, уставившись в огонь.
- Можно и внутри сушить, - предложил смекалистый Андрей.
Его тут же поддержал дружок Колька:
- Матушка моя мне сменное положила.
Хихиканье повторилось .
- Эка, это вы развеселились-то!Что грешно, то и смешно. Да ещё наших унотов смущаете, да искушаете, охальники. Али забыли, что бывает за это, по слову Господню, жернов на шею тем, кто соблазнит одного из малых сих. А у нас, ныне, вона - их двое...
Все притихли.
- Ну-ка, Коля, напомни для всех, что нам говорил отец Михаил по поводу всех этих блудодеяний.
- Ну-у, вроде так: если кто оскверниться во сне и испустит семя, то сразу же пусть читает молитвенное правило, да пятьдесят земных поклонов. Если в этот день идет в храм, то да не прикасается до икон и святынь, и поспешит открыть свое разжение на исповеди, без причастия.
- А теперь вспомните, когда у нас обычно были посиделки с девками? - напомнил я и, тут же, сам и ответил. - Чаще всего было это по субботам, а утром - в Ратное, в божий храм, на службу...
Все заёрзали, припоминая.
- Что, вспомнилось? Мед сладко, а мухе падко! Вижу, что ... да ладно вам, я сам так же оскоромился... Так было паскудно.
Друзья, стрельнув в меня глазами, немного расслабились и приободрились.
- Так-то: грехи любезны, доводят до бездны… Ну-ка, Колян, давай еще: что там ещё было про... это? - попросил я друга.
- Так там, уже это...ну, он говорил про рукоблудство ...
- Ну, и...? Кхекнув, он продолжил:
- Э-э... "аще кто буде касаться уд своих и исторгнет семя, то сухоядение на сорок дён, сугубое молитвенное правило, да не посещает церковного собрания, а затем только исповедь с причастием".
- Во, все слыхали? А то как телята : где сойдутся , там и лижутся . Ну а потом , не спится , не лежится , всё про милую грустится … Хорошо у нас такого не было, кажисть? Помните, батюшка рассказывал про Онана?
Прошка с Андреем, молча, неопределённо покрутили головами, лишь Николай чётко подтвердил кивком головы.
- Ну, так вот, этот самый Онан занимался рукоблудством и проливал своё семя на землю . Бог же благословил людей плодиться и размножаться, а "этот"... сам осквернялся и землю осквернял. Каин первый пролил человеческую кровь, тем более братскую, на землю, а Онан семя! Бог повелел не убивать Каина семьсот лет, а Онана убил сразу, за его мерзость. Чтобы не разжигать и не искушать свою плоть. Благословил людей праведных жениться и выходить замуж. Вообще, нельзя трогать… причинное место.. для услады и разжения страсти, а токмо - для природного естества…, ну, по малой нужде или в бане… Ну, короче, вы поняли , а то у нас, нынче, тут… как семейное учение, хорошо, хоть, никто из чужих не слышит.
- Так можно и так..., - начал было братан, - мне, вот, Тимоха из Ратного говорил, что в городах есть такие бабы .. .ну, с которыми...можно .. .как у нас ...как семейное... только. ..ну- у .. .это...
Он не успел договорить, как я прервал его зловещим тихим голосом.
- Так, говоришь, кубышка у тебя и ты хочешь... пожить "семейно"? Разведать, что там у них и как, и что с этой сладкой тайной делать? Может, и друзьям хочешь предложить, богатей?
Прошка побледнел, рот его то открывался, то закрывался, видимо, он силился что-то сказать в ответ, но у него ничего не получалось. Единственное, что он делал уверенно - это мотал головой, но и то - медленно, как будто, силясь выкрутиться, освободиться...
Мой голос уже звучал громче, возмущение придавало мне силу и горячность, летело впереди разума, но я не мог а, главное, не хотел, остановиться и успокоится.
- Дядя погиб твой, наставник мой, собирая вашей семье на... приданное! Мать твоя, со слезами, отдала всё сыночку..., а он, видите ли, хочет вкусить усладу у срамных баб! Пустить сбереженное на ветер, на девок и блуд! Ну, ты, и плут .. ."ловчий" хренов, попался в дьявольские сети. Что, думаешь, родня твоя с неба смотрит и радуется, как ты работаешь .. .самовластной рукой, творишь будущие? К моему будущему тянешь свои липкие ручонки? Удачу мою порушить хочешь, козлодуй хренов ..
Бог меня спас и сохранил, что бы тут с тобой слюни пускать, да стонать ...
"Кулак" они … , "твердая рука"… сжимающая...
Козлодуи! Задроты .. . шестипалые! Отрезать, нахер, эти шаловливые, ваши, пальчики, пусть ковыряются, где хотят!.
Все! Хватит! Завтра езжайте домой, ещё успеете на посиделки и гляделки с девками . Со мной, вот они, останутся - указав на притихших близнецов. Была бы охота – найдём и доброхота . Кубышку , что достали ...сам в крепость отвезу. Мать твоя, хоть, на дело потратит...
Громкий Прошкин крик прервал мои гневные обличения и я заметил, что он стоит на коленях и


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Пятница, 21.10.2016, 14:00 | Сообщение # 118
Сотник
Группа: Огнищане
Сообщений: 1011
Награды: 0
Репутация: 1349
Статус: Оффлайн
плачет:
- Брат! Прости меня, не гони, прости... Я не хотел, брат. - При этом он раскачивался из стороны в сторону, хватался руками за голову и, готов был рвать на себе волосы, наклонялся и сжимал землю перед собой , бил себя в грудь и повторял и повторял, и повторял слова прощения... .
Андрейка сидел рядом с ним, но такой пришибленный, что, даже, не шевелился. Коляня сидел прямо, но с опущенной головой. Когда я прервался, то он поднял голову, посмотрел на меня и стал придвигаться ближе к месту, где я сидел. Придвинувшись, он взял меня за плечо, немного встряхнул и стал поглаживать, успокаивая и приговаривая, чтобы я одумался и простил. Помогло, отпустило Я, молча смотреть на Прошку. Коля, обхватил меня, и уговаривал и просил простить и брата и их. Увидев мокрое лицо Прохора, спросил :
- Надеюсь, это слезы раскаяния.
Прошка , опять, опередил всех со своим ответом, стал быстро говорить:
- Да, Стёп, прости дурака, брат , я больше не буду, не гони, потерпи мою глупость , оставь рядом с собой ...
- Надеюсь, что это только глупость, а не похоть... Ты образумился? Как и я, сейчас, когда Колян меня успокоил. Бог чистым даёт Удачу, а скверну Он попирает! Потерпит, потерпит, а потом… кааак даст! …за все предыдущие грехопадения , что некоторые, так и отходят к Нему … всё в дерме… Что бы по большой нужде сходить, мы отходим в сторонку , что бы другим не воняло, а то… возмутятся. Почему же решили, что Бог будет терпеть наше смердение грехами? Коль, расскажи-ка, напомни всем нам, притчу о множестве грехов, которую слышали от отца Михаила, а то у меня- то от возмущения голос сел, а некоторым полезно еще раз послушать...
- Это, где две бабы... что ль?
- Да-да, эту.
- Ну, значит, так было: к одному старцу в скит на покаяние пришли две некие бабы, незнакомые друг с другом. Тот и говорит: "перед исповедью идите- как на речку и там подумайте о всех своих грехах. Вспомнили малый грех – взяли маленький камушек. Вспомнили побольше, значит и берите побольше. Вспомнили большой, ну и несите сюда большой . Одна ходит по каменистому берегу и часто нагибается, маленькие камешки выискивает. Другая немного походила, что-то прикинула, взяла два больших и два средних камня и, с трудом, пошла к старцу. А эта, с мелкими, заметила и подумала про другую, знать, большая она грешница, вон как с трудом идет, надрывается! А у меня-то, самой и горсти- то нормальной не наберется. Ну, и она тоже, закончила собирать и пошла, а навстречу ей та же баба и с теми же камнями. Но идёт, спешит, улыбается. Та удивилась , которая с мелочью каменной шла, и давай скорее бежать исповедоваться. Старец же премудрый оказался: Грех называет, камушек откладывает. Так, по камушку, всё свою горсточку и переложила. Затем старец ей говорит: будет ей прощение и не будет она носить этот груз на сердце, если она вернёт все камни–грехи на свои места от куда их взяла . Тогда только и поняла она легкость и улыбку у другой бабы после исповеди… Ей же никогда не вспомнить то множество мелких мест своего грехопадения …" Вроде бы, так рассказывал нам батюшка-то? – закончил Николай.
- Да, суть одна, - подтвердил я своим, немного хриплым, голосом, - гораздо легче вспомнить и сбросить тяжкий грех, чем множество мелких постоянно таскать … Так что, Проша, хватит нам и больших грехов…. Будут еще.. наберем... Уразумел?
- Да-да, Степа, я уже понял и пришёл в разум!
- Я тоже, братишка! - Поднялся со своего места и шагнул навстречу, встал пред ним на колени, остановив его попытку встать на ноги. Обнял его по-братски.. Спустя миг, чуть отстранился и, глядя прямо в глаза, попросил прощение за мою горячность и обидные слова.
- Други, давайте мириться, а вот с такими грехами - браниться!
Мы троекратно поцеловались. Андрей и Николай присоединились к нам. Мы взаимно попросили прощения. Так, обнявшись вчетвером, постояли, а затем я сказал всем, что нас ожидает назавтра.
- Видимо, у нас, у всех, застоялась дурная кровь. Её надобно разогнать! Завтра утром побежим сами, дадим нашим лошадкам отдохнуть. Вот удивим-то их!
Все молча слушали и ждали своей участи.
– Вначале - полное облачение в броню: берем щит, меч, шлем, бежим. Через десять перестрелов снимаем шлем – кладем в телегу и бежим далее, потом - меч и, так далее, до портов. Берём самострелы - стреляем, потом лук, сулицу, пращу, камень, нож. С ними тоже - стараемся попасть в дерево, корягу, пенек: что рядом будет. Если рядом будет вода - то купаемся и бьемся между собой на копьях, как шестами, я с близнецами. Так как у них нет брони, они без неё, будут брать освободившиеся наши щиты и шлёмы. Я - тоже, буду все это делать, телегой нашей правим по очереди. После шестов, купаемся, облачаемся и стреляем верхом, братья пробуют копьеметалку с сулицей, а потом с камнем. Прохор и Андрей покажут еще близняшкам - как на дозорных тихо напасть. Только поберегитесь, покажите как связывать. Того места не покидаем, там и заночуем. Сейчас же, Прохор сбегает окунается, чтоб дурь остудить и в дозор, если заснёшь, то и ладно. Ляг опочинься и не сильно не кручинься! Или может тебе сейчас не спится не лежится , всё про милую грустится?
- Не-е-ет, что ты, что ты !- замахал Прохор руками, словно отбиваясь от моих намеков.
- Ладно-ладно, - успокоил я его порыв. - Завтра уже будем делить ночь в карауле, земли там пойдут чужие... Врага-то, как бы, прогнали, но, мало ли, да и лихие люди, какие ни то, могут позарится на нашу малость.
Всё, давайте отдыхать уже, а то завтра, поди, всем будет тяжко...с недосыпу-то. Дударика с рожком тут нету, потому считайте, что я за него прогудел: всем спать!


Cообщения ARKAN
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
ARKANДата: Суббота, 22.10.2016, 11:34 | Сообщение # 119
Сотник
Группа: Огнищане