Мы очень рады видеть вас, Гость

Автор: KES Тех. Администратор форума: ЗмейГорыныч Модераторы форума: deha29ru, Дачник, Andre, Ульфхеднар
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: serGild  
Красницкий Евгений. Форум сайта » 5. Академия (Реальная история) » События и Персоналии 12 век » Политики и политика Руси 12 века (12 век как он есть в персоналиях)
Политики и политика Руси 12 века
КержакДата: Четверг, 11.02.2010, 13:17 | Сообщение # 1
Группа: Удаленные





Андрей Боголюбский.
Начать я предлагаю с Андрея, потому что его действия во многом выражают монархическую, объединительно-разъединительную и восточно-ориентированную линию.
Почему так противоречиво пишу? Потому, что Андрей Боголюбский (АБ) одновременно и созидал Русь (новую, Святую) и ломал старую - Киевскую- языческо-христианско-племенную и русинско-славянскую. И он перевел вектор с юга на восток - на Булгар.

Князь Андрей был сыном Юрия Долгорукого и дочери половецкого хана Аепы. Вторым браком Юрий был женат на греческой царевне. Дети от второго брака жили в Суздальской земле под присмотром тысяцкого варяга Шимона. После смерти Юрия бояре и жители Ростова и Суздаля "сдумавше" посадили на "отне столе" князя Андрея. Получив власть, Андрей прогнал из Суздальской земли младших братьев вместе с боярами из отцовской дружины.

В XII в. умножилось число городов на Руси. Но общая численность городского населения была по-прежнему невелика. Тем не менее роль горожан в политической жизни княжеств была очень велика, благодаря вечевым традициям. В городах существовала своя вечевая иерархия. Вече имели "старшие" города, служившие княжеской резиденцией. "Младшие" города, считавшиеся пригородами, должны были подчинятся решению старших городов. Иерархия помогала сохранить единство государства. Руководство вечем осуществляли бояре, владевшие городскими усадьбами и землями в сельской округе.

Князь Андрей Юрьевич получил власть (1157-1174) из рук суздальских бояр и веча старших городов, но вскорости перенес резиденцию во Владимир. Молодой город Владимир, будучи пригородом Ростова, не имел своего веча, а местные бояре не были столь многочисленными и влиятельными. В старших городах ремесленники в большинстве трудились на боярских дворах и были боярскими холопами. Во Владимире князь Андрей осуществил грандиозные строительные проекты, для чего собрал множество каменщиков и ремесленников из разных земель и городов. После смерти Андрея власти "старейших" городов грозили сжечь Владимир и прислать посадников в свой "пригород", потому что владимирцы - "то суть холопи каменьницы" (каменщики).

Отправляясь на север из Киевской земли, Андрей увез с собой одну из киевских святынь - икону Богоматери, находившуюся в Вышгороде. Как повествует летопись, кони, везшие повозку с иконой, остановились в пути в окрестностях Владимира, и никакая сила не могла сдвинуть их с места. Князю пришлось заночевать в поле. Во сне Андрею явилась Богородица, повелевшая основать церковь на месте видения, а икону перевезти во Владимир. Князь выстроил вместе с церковью дворец. Его новая резиденция получила название Боголюбово, а сам князь - прозвище Боголюбский.

Андрей Боголюбский желал, чтобы его стольный град Владимир ничем не уступал Киеву. Он заложил новую крепость, построил Золотые ворота с церковью по образцу киевских, величественные каменные соборы. Во Владимире появилась своя Десятинная церковь. Выстроив храм Успения Богородицы, повествует летописец, князь Андрей пожаловал храму "десятины в стадех своих и торг десятый" (десятую часть в торговых доходах). Церковь Богородицы была вверена попечению любимца князя Федора, о духовном чине которого ничего не известно. После совета с боярами Андрей отправил грамоту в Царьград с просьбой учредить во Владимире особую митрополию и назначить первым митрополитом Владимирским Федора. Ростовский епископ, возражавший князю, был выслан из Суздальской земли в Царьград "на исправление".

За два века, прошедших после крещения Руси, на Киевской кафедре сменилось 18 митрополитов, из которых 16 были византийцами. Два русских митрополита Илларион и Клемент, избранные и поставленные на Руси без ведома патриарха, были низложены и заменены греками. Просьба Андрея Боголюбского об учреждении владимирской митрополии и поставлении Федора была отклонена Константинополем и Киевом.

Интересы обороны Руси от кочевников отступили в глазах владимиро-суздальских князей перед новыми направлениями внешней политики. Начиная с Юрия Долгорукого, эти князья постоянно совершали походы против волжских булгар. После падения Хазарии Булгарское царство на Волге обрело независимость и вступило в период расцвета. Северная Русь придавала волжскому торговому пути такое же значение, какое Киевская Русь придавала днепровскому.

Ссора между внуками Мстислава Великого дала повод Андрею вмешаться в дела Южной Руси. В 1168 г. Мстислав Изяславич из Владимира Волынского занял Киев и посадил в Новгороде своего сына. Он претендовал на "старейшинство" среди князей. Но его домогательствам тотчас воспротивились двоюродные братья Ростиславичи из Смоленска. В помощь Ростиславичам Андрей Боголюбский послал сына с войсками. Союзники призвали половцев и в 1169 г. взяли "копьем" (приступом) Киев. Два дня суздальцы, смоляне и половцы грабили и жгли "мати русских городов". Множество киевлян были уведены в плен. В монастырях и церквах воины забирали не только драгоценности, но и всю святость: иконы, кресты, колокола и ризы. Половцы подожгли Печерский монастырь. "Митрополия" Софийский собор был разграблен наравне с другими храмами.

В глазах князя Андрея "старейшинство" уже не связано было с непременным обладанием киевским престолом. Владимирский князь удовольствовался тем, что посадил на княжение в Киеве князя Глеба, своего младшего брата, а затем передал киевский престол смоленским Ростиславичам, признавшим "старейшинство" северного князя.

Разгромив Мстислава Изяславича, Андрей решил изгнать из Новгорода его сына. Среди зимы суздальское войско подошло к Новгороду и в течение одного дня безуспешно пыталось взять крепость штурмом, после чего, понеся потери поспешно отступило. В руки победителей попало столько пленных, что в Новгороде "продаваху суздальцы по две ногаты". Невзирая на победу, новгородцы заключили мир с Андреем "на всей его воле" и вскоре же приняли князя из его рук.

Князь Андрей распоряжался киевскими князьями как своими подручниками, что вызвало резкий протест Ростиславичей. Тогда Андрей послал в Киев мечника Михно с надменным посланием. Он приказал киевскому князю убираться в Смоленск, а двум его братьям не велел "в Русской земле быти". Не стерпев обиды, младший из Ростиславичей, Мстислав Храбрый передал князю Андрею, что прежде Ростиславичи держали его как отца "по любви", но не допустят, чтобы с ними обращались, как с "подручниками". Началась война, не сулившая выгод ни боярам, ни дружине. Воеводы получили приказ захватить Мстислава, засевшего в Вышгороде. На помощь Мстиславу прибыли войска из Владимира-Волынского. Войско Андрея Боголюбского потерпело полное поражение. Южнорусский летописец с иронией замечает, что суздальце пришли "высокомысляще, а смирении отъидоша в домы своя". Война принесла большие бедствия суздальской земле.

Андрей пытался утвердить свою власть над Русью следуя примеру деда, Владимира Мономаха. Но он не располагал его средствами, воинским талантом и авторитетом. В условиях нараставшей раздробленности усилия владимирского князя были обречены на неудачу. При всем своем внешнем могуществе князь не мог надежно защитить даже любимых советников. Владыка Федор, претендовавший на сан митрополита, был вызван в Киев и там казнен.

Современники называли Андрея Боголюбского "самовластцем". Деспотизм и властолюбие князя восстановили против него даже его ближайшее окружение. В каменном замке Боголюбова Андрей чувствовал себя в полной безопасности. Но именно тут в 1174 г. возник заговор, погубивший его. В заговоре участвовали боярин Петр, "Кучков зять", боярин Яким Кучкович, ключник Анбал Ясин (осетин) и два десятка других лиц. По некоторым данным, поводом к выступлению послужила казнь Андреем брата Якима Кучковича. Эти сведения, по-видимому, относятся к области легенд. Новгородская летопись засвидетельствовала, что князя убили не опальные бояре, а те, кто пользовался его милостями ("свои милостьницы"). Влияние бояр Кучковичей при владимирском дворе было исключительным. Из Южной Руси во Владимир Андрей уехал "без отча повеления, его же лестию поддьяша Кучковичи". По Новгородской летописи, заговорщики перебили охрану дворца и ворвались в спальню. Князь схватился за меч, но его подняли на копья. После этого бояре поспешили к выходу. Раненый Андрей нашел силы добраться до сеней. Кучковичи услышали его стоны, вернулись и добили князя.

Источник: Скрынников Р.Г. История Российская. IX-XVII вв. (www.lants.tellur.ru)

Cообщения Кержак
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
КержакДата: Четверг, 11.02.2010, 13:20 | Сообщение # 2
Группа: Удаленные





Юрий Долгорукий и его потомки
Род владимирских и московских великих князей ведет свое начало от сына Владимира Мономаха Юрия Долгорукого. Именно в годы княжения этого князя и его сыновей прежде глухая окраина - Ростово-Суздальское княжество, "земля Залесская", какой виделась она с юга Руси, из Киева, превращается в могущественное феодальное государство. Растут и расширяются старые города - Ростов, Суздаль, Владимир, возникают новые; русские поселенцы все далее проникают на север и восток, осваивая заволжские земли.
Но в 1238 г. на Владимиро-Суздальскую Русь (с начала XIII в. Ростов уступает роль центра Владимиру) обрушиваются монголо-татарские полчища; в жестоких битвах пали многие русские князья, уцелел лишь род Ярослава Всеволодича (внука Юрия Долгорукого), продолживший династию владимирских князей.
Юрий Владимирович Долгорукий (1090 (?) - 1157). Сын Владимира Мономаха. Еще ребенком бал отправлен с братом Мстиславом княжить в Ростов. С 1117 г. стал княжить единолично. С начала 30-х годов его стало неудержимо тянуть на юг, поближе к престижному киевскому столу. Уже в 1132 г. он захватывает Переяславль Русский, но смог усидеть там лишь 8 дней, не удалась его попытка задержаться в Переяславле и в 1135 г. С 1147 г. Юрий постоянно вмешивается в междукняжеские распри, пытаясь отнять у племянника своего Изяслава Мстиславича Киев. Это удается ему лишь в 1155 г. Но два года спустя Юрий неожиданно умирает; он заболел после пира у киевского боярина Петрилы и через пять дней скончался. После смерти киевляне разграбили его усадьбу, выразив тем самым враждебное отношение к бывшему владыке. Именно стремление Юрия из далекого Ростова и Суздаля "дотянуться" до Киева и дало, вероятно, основания книжнику XVI века, составителю Степенной книги, дать князю прозвище "Долгорукий".
Юрий был женат по крайней мере дважды. Первой женой его была дочь половецкого хана Аепы, второй - дочь византийского императора Мануила Комнина, занимавшего византийский престол с 1143 по 1180 г. Вероятно, от гречанки Юрий имел по крайней мере трех сыновей - Василия, Михаила и Всеволода. Юрия называют основателем Москвы. Это не совсем точно: мы знаем лишь то, что он владел Москвой (в те годы, скорее всего, небольшой княжеской усадьбой) и устроил там в 1147 г. "пир велик" для своего союзника - черниговского князя Святослава Ольговича. Это первое упоминание Москвы.
Андрей Юрьевич Боголюбский (ок. 1112 - 1174 г.). Сын Юрия Долгорукого. Княжил в Вышгороде, Турове, Пинске, но с 1151 г. постоянно княжил в Суздальской Руси. С 1157 г. стал ростово-суздальским князем, изгнав в 1161 г. из Суздаля братьев Василия, Михаила и Всеволода, "хотя самовластец быти", как скажет летописец. Жил Андрей по преимуществу в расположенном подле Владимира княжеском селе Боголюбово, откуда и его прозвище. В 1169 г. возглавив коалицию князей, напал на Киев и подверг его страшному разгрому. Поход на Киев в 1173 г. кончился неудачей. В 1174 г. Андрей был смертельно ранен в своей опочивальне заговорщиками. Именно Андрей отдавал все свои помыслы укреплению Владимиро-Суздальской земли, сам Киев не привлекал его, Андрей лишь добивался, чтобы на киевском столе сидели "подручные" ему князья.
Андрей был женат на дочери боярина Кучки (прежнего владельца села в районе Москвы) Улите, а затем на неизвестной по имени "уроженке либо половецких степей, либо Северного Кавказа" (Ю. А. Лимонов)
Всеволод Юрьевич Большое Гнездо (1154 - 1212). Сын Юрия Долгорукого от жены-гречанки. В 1161 г. мать с малолетним Всеволодом и его старшими братьями Василием и Михаилом уехала в Византию. Но уже в 1169 г. Всеволод вновь на родине и участвует в походе Андрея на Киев. После смерти Михаила Юрьевича, наследовавшего Андрею Боголюбскому, в 1176 г. Всеволод становится великим князем Владимиро-Суздальской земли. При нем существенно расширились пределы княжества на север и северо-восток, он совершил победоносные походы на Волжскую Болгарию, располагавшуюся в низовьях Камы, у впадения ее в Волгу, о чем вспоминает автор "Слова о полку Игореве": "Ты бо можеши Волгу веслы раскропити, а Дон шеломы выльяти". В 1180 и 1187 гг. Всеволод вторгается в Рязанское княжество, добиваясь полной покорности рязанских князей.
Всеволод был женат на осетинке Марии, а затем на дочери Василька, князя витебского. Нам известно десять сыновей Всеволода, некоторые из которых стали родоначальниками новых династий: Константин - князей суздальских, Ярослав - князей московских и тверских.
Константин Всеволодич (1185 - 1218). Старший сын Всеволода Большое Гнездо. Вступил в конфликт со своими братьями, так как, вопреки воле отца, не захотел сесть во Владимире, предпочитая ему "старый и начальный город Ростов", с присоединением к нему Владимира. Его брат Юрий предложил обменять данный ему отцом Владимир на Ростов, но Константин не согласился. Дважды сходились братья на полях сражений: в 1213 г. на реке Идше и в апреле 1216 г. на реке Липице, где Константину и его союзникам - смолянам и новгородцам, возглавляемым Мстиславом Мстиславичем Удалым, - противостояли братья Юрий и Ярослав. Битва закончилась полным разгромом суздальцев, Константин вступил во Владимир и объявил себя великим князем. Женат был Константин на дочери Мстислава Романовича.
Юрий Всеволодич (1188 - 1238). По завещанию отца первоначально должен был получить в удел Ростов, но затем Всеволод, рассердившись на его старшего брата Константина, передал Владимир и великое княжение Юрию. Юрий предложил было обменять Владимир на Ростов, но Константин не согласился. В апреле 1216 г. Юрий потерпел поражение в битве на реке Липице и получил в удел Городец-Радилов (на Волге, выше Нижнего Новгорода). В 1217 г. Константин придал ему и Суздальскую волость. После смерти старшего брата Юрий стал великим князем владимирским. Именно на годы его княжения выпали тяжкие испытания монголо-татарского нашествия. Юрий не оказал помощи рязанским князьям, первым испытавшим удары Батыевых полков, рассчитывая "сам о себе с татары брань сотворити". Генеральное сражение состоялось в марте 1238 г. на реке Сить. В жестокой битве русские потерпели поражение, были убиты сам Юрий и его сыновья Всеволод и Владимир. Юрий был женат на дочери Всеволода Святославича Чермного.
Ярослав Всеволодич (1190 - 1246). Сын Всеволода Большое Гнездо. Княжил в различных городах и уделах: в Переяславле Русском, Рязани, Новгороде, откуда в 1215 г. был изгнан. Тогда Ярослав, севший княжить в Торжке, стал препятствовать подвозу хлеба в пострадавшую от неурожая Новгородскую землю. Новгородцы во главе со своим новым князем - Мстиславом Удалым - вмешались в распрю Всеволодичей и, став на сторону Константина, в 1216 г. в битве на Липице разгромили Ярослава и Юрия.
В последствии Ярослав снова княжит в Новгороде, возглавляет походы новгородцев на чудь, на литву, на емь (в южных районах Финляндии). В 1236 г. Ярослав оказался киевским князем. Но после гибели Юрия Всеволодича в битве на р. Сить Ярослав вернулся в Залесскую землю и стал великим князем. В 1246 г. он побывал в столице монгольских ханов - Каракоруме. Возможно, князь там был отравлен: он умер по пути домой на седьмой день после отъезда, при этом тело его посинело. Похоронен Ярослав был во Владимире.
Ярослав был женат на внучке половецкого хана Кончака, а вторично на дочери Мстислава Мстиславича Удалого Федосье. От этого брака имел несколько сыновей, из которых наиболее известны Александр (Невский), Андрей, родоначальник суздальских князей, и Ярослав, родоначальник князей тверских.
Александр Ярославич Невский (1221 - 1263). Сын великого князя владимирского Ярослава Всеволодича. Отец оставлял братьев Александра и Федора в Новгороде еще в 1228 и 130 г., но надолго новгородским князем Александр стал лишь в 1236 г. В 1240 г. у впадения р. Ижеры в Неву высадился шведский отряд под руководством королевского военачальника ярла Ульфа Фаси. Предупрежденный ижорским старейшиной Пелгусием, Александр с собственной дружиной и отрядами новгородских горожан скрытно подошел к шведскому лагерю и 15 июля неожиданно напал на него. Шведы были разгромлены и бежали на кораблях. В Степенной книге (XVI в.) в память об этой победе Александр поименован Невским. В том же году князь рассорился с новгородцами и уехал в Переяславль-Залесский. Но угроза со стороны Тевтонского ордена, немецких епископов в Прибалтике и датчан заставила новгородцев вновь призвать к себе Александра. Он разрушил построенную рыцарями крепость Копорье, освободил захваченный ими Псков, а 5 апреля 1242 г. нанес немцам сокрушительное поражение на льду Чудского озера. Немецкая экспансия была остановлена, захваченные ими земли освобождены.
В 1246 г. Александр по настоянию Батыя посещает Орду, а оттуда с братом Андреем отправляется к ханше Туракине в Каракорум (в Монголии). Новая ханша Огул Гаймиш объявила великим князем Андрея Ярославича, а Александру даровала Южную Русь. Однако он уехал в свой Новгород. В 1252 г. Александр вновь посещает в Каракоруме хана Мункэ и получает ярлык на великое княжение. В последующие годы ему пришлось вести примиренческую политику в отношениях с Ордой, сурово подавлять антиордынские выступления в Новгороде. Во время четвертой поездки в Орду в 1262 г. Александру, как полагают, удалось "отмолить" русских от участия в монгольских завоевательных походах. На обратном пути из Орды Александр заболел и умер в Городце (на Волге).
Александр был женат на дочери полоцкого князя Брячислава. Его сыновья Андрей и Дмитрий были великими князьями владимирскими, а Даниил - московским князем. Александр был канонизирован русской церковью.

Андрей Ярославич (ум. в 1264 г.). Сын Ярослава Всеволодича. В 1240-1249 гг. княжил в Новгороде, а после смерти отца стал великим князем владимирским, именно ему вручила ярлык на великое княжение ханша Туракина. После нашествия Неврюя в 1252 г. бежал в Швецию, сказав, по летописи, что не хочет "царям служити". После возвращения (в 1256 г.) был князем суздальским. Женат на дочери Даниила Романовича Галицкого.
Василько Константинович (1208 - 1238). Сын Константина Всеволодича, двоюродный брат Александра Невского. После смерти отца в 1218 г. княжил в Ростове. В битве на р. Сить был ранен и попал в плен. Его отвезли в ставку хана и предложили стать его вассалом. По утверждению летописца, Василько не только отверг предложение, но и стал всячески корить завоевателей. Князь был убит, тело его брошено в лесу, затем случайно обнаружено, и Василько с почестями был похоронен в Ростове. В некрологической записи, составленной, как полагают, по настоянию его вдовы Марии, дочери Михаила Черниговского, говорится, что Василько был "лицом красив, очами светел и грозен, храбр безмерно на охоте, сердцем отходчив, к боярам ласков".
---
В годы его правления впервые в летописях упомянута Москва (1147), где Юрий угощал своего союзника, князя новгород-северского Святослава Ольговича (отца Игоря Святославича, героя Слова о полку Игореве). Суздальский боярин Степан Иванович Кучко владел сёлами и деревнями по реке Москве. Юрий Долгорукий, проездом, остановился в этой местности, а Кучко приказал убить за какую-то грубость, завладел сёлами убитого боярина и заложил на берегу р. Москвы город, который долго назывался Кучковым, а затем Москвой. Детей Кучко Юрий взял с собой в Суздаль или Владимир, и на дочери Кучко, Улите, женил своего сына Андрея.
В 1156 г. Юрий, согласно летописи, укрепил Москву рвом и деревянными стенами (так как в это время князь находился в Киеве, по-видимому, непосредственное наблюдение за работами вёл его сын Андрей Боголюбский).
_________________________________________________________________________________________________
Анализируя данный фрагмент, не мог не отметить один момент - кто ж такие были кучковичи, что владели регионом размером с Погорынье? Да еще и город имели свой? То что град основан Юрием явное вранье, опровергаемое первым названием (Кучково) то есть град был родовой и назывался либо Кучка (проще говоря - Гора) либо Кучково по прозвищу рода владетелей.
И после этого Сергей пишет, что боярства не было не служилого)))) хехехехеехех
Но это к слову))
Далее, Зачем-то Юра забрал детей убитого им (непонятно за что) боярина (читай князя вятического) Кучки и даже выдал своего сына-наследника(!!!!) за дочь убитого им по пьяни боярина(!!!) не слабые ходы? Шекспир нервно курит даже не в сторонке, а на обочине жизни - Гамлет выброшен как лохотрон!
А потом Андрей уже как законный владетель Москвы и округи строит укрпеления города...

История эта несколько напоминает другую, более правдивую и честную - про Мстислава Удалого, Тьмутараканского и Редедю. так же потом забрал детей, также выдал дочь за сына Редеди...
Есть и иные аналогии.
--
есть еще одна история.
о князе Владимире Святославиче Красно Солнышко он же Креститель.
его матерью называется ключница Малуша.
само по себе имя это очень показательно - имеется очевидная связь с Малом - древлянским князем.
вероятно так могли (Малушей) назвать дочь князя, которая была увезена вместе с братом Добрыней в Киев.
не так важно был ли Добрыня ее братом и сыном Мала.
куда важнее, что из наверняка огромного числа детей Святослава от рабынь и наложниц он признал и более того, послал праивть в Новгород (по сути первый-второй город Руси) именно этого - рабичича.
Я усматриваю в этой ситуации иное зерно, а именно, взяв себе девушку в жены (ну или как это назвать, когда сын официально признан и вкючен в наследование?) Святослав под мудрым роководством матери получил легитимность над всеми древлянскими землями и в этом смысле Владимир - уже законный наследник и полянского и древлянского племенных союзов.
Аналогично поступил и сам Владимир убив Рогволда и прихватив Рогнеду.
очевидно здесь мы сталкиваемся не с некими извращениями личностей русских правителей, а с устойчивым методов получения и закрепления власти над племенем-народом.
и он прост.
сначала убить хозяина, потом взять в жены для себя или сына своего дочь павшего. смешав кровь.
в случае с сыном редеди прецедент не сработал, вопрос почему? а может это просто легенда?
Cообщения Кержак
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
АзиятДата: Четверг, 11.02.2010, 14:53 | Сообщение # 3
Полусотник
Группа: Ушкуйники
Сообщений: 860
Награды: 0
Репутация: 411
Статус: Offline
Quote (кержак)
в случае с сыном редеди прецедент не сработал, вопрос почему?

да потому, что сын редеди, а не дочь. Сын убитого - сложный случай, тут хоть дочь за него отдавай с большим приданым, а кто убийца папы он помнить будет. И сможет действовать. А вот взять дочь /убитогопобежденного, тут все прощею - женщина в то время, как правило, не имела возможности активно действовать, ибо баба - никто за ней не пойдет. Нет, были конечно исключения, но на то они и исключения.


"Слово, удержанное тобой, - раб твой; слово, вырвавшееся у тебя, - господин твой." Хафиз Ширази
Cообщения Азият
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
КержакДата: Четверг, 11.02.2010, 14:59 | Сообщение # 4
Группа: Удаленные





Первое летописное упоминание о Москве связано с именем Юрия Долгорукого. Он же считается и строителем первого городского укрепления на месте Москвы. Поэтому за Юрием Долгоруким прочно укрепилась репутация основателя Москвы, и уже в советское время князю Юрию Долгорукому был поставлен памятник на одной из центральных площадей столицы.
Но вопрос об основателе Москвы на самом деле не такой простой. Некоторые историки, например, считают, что строительство первого укрепления осуществлял не сам Юрий Долгорукий, а его сын, Андрей Боголюбский.
Много неясного и в вопросе о том, как и когда Москва оказалась под властью Юрия Долгорукого. Легенда, дошедшая до нас в редакции XVII в., говорит о том, что ранее Юрия Москвой владел Кучка (или Кучко). Однако достоверность многих эпизодов из этой легенды подвергается сомнению.
Целью этой работы является сопоставление взглядов разных историков на события, связанные с началом Москвы. На основании этого сопоставления высказывается собственная версия этих событий.

2. Летописные источники и предания о начале Москвы
Первые летописные упоминания о Москве относятся к 1147 и 1156 гг. Под 1147 г. Ипатьевская летопись сообщает о встрече в Москве князей Юрия Долгорукого и Святослава Ольговича. Под 1156 г. в Тверской летописи помещено известие о строительстве "града Москвы".
К сожалению, ни из первого, ни из второго сообщения нельзя сделать однозначного вывода о дате возникновения города Москвы. В известии 1147 г. Москва не называется городом. Что касается сообщения 1156 г., то оно дошло до нас в позднем (XVI в.) летописном сборнике. Строительство Москвы приписывается в этом сборнике Юрию Долгорукому, который в 1156 г. был на Юге. Поэтому многие историки оспаривают дату, указанную в летописи. Как отмечал еще в конце прошлого века С.Ф.Платонов, "из двух наиболее ранних известий о Москве одно настолько неопределенно, что само по себе не доказывает существования города Москвы в 1147 году, а другое, хотя и очень определенно, но не может быть принято за доказательство того, что город Москва был основан в 1156 году".

Из сообщения Ипатьевской летописи можно сделать вывод, что Москва в 1147 г. уже существовала. Но так как данное известие не называет Москву городом, большинство историков считает Москву этого времени селом. Принадлежало это село, очевидно, ростово-суздальскому князю Юрию Долгорукому, который звал Святослава: "Приди ко мне, брате, в Москов".
Согласно легенде, записанной в XVII в., прежде Юрия Москвой владел боярин Степан Иванович Кучка (или Кучко). Юрий Долгорукий велел казнить его за какую-то дерзость, Москву забрал себе, сыновей Кучки отправил в столицу княжества, а на дочери женил своего сына Андрея (будущего князя Андрея Боголюбского).
В.Н.Татищев, ссылаясь на никому больше не известную Раскольничью летопись, утверждал, что жена Кучки была любовницей Юрия; Кучко забрал жену в свое село и хотел уйти в Киев, но Юрий, вернувшись из похода на Торжок, настиг их в Москве и убил боярина. Далее Татищев утверждал, что Юрий тут же заложил город и позвал Святослава в Москву на свадьбу Андрея и Кучковны. Этот рассказ И.Е.Забелин оценил как "чистейший вымысел".
Что касается записанной легенды о Кучке, историки отмечают, что она содержит явные ошибки, но, вероятно, опирается на древнее народное предание. То, что Москва принадлежала ранее Кучке, подтверждается летописным известием 1176 г., где Москва именуется также Кучково. Кучковичи были приближенными Андрея Боголюбского, они уговаривали его в 1155 г. вернуться на Северо-Восток, они же возглавили заговор, в результате которого князь был убит. Легенда утверждает, что причина убийства Андрея Юрьевича - месть за отца, но такое объяснение нельзя принимать всерьез. Убийство было совершено много лет спустя, в 1174 г., и связано с конфликтом между князем и боярством.
Из сообщения об убийстве Кучки в легенде делается вывод о том, что Москва - Третий Рим, так как Рим и Константинополь тоже были основаны на крови. Это обстоятельство побудило И.Е.Забелина выразить сомнение в народном происхождении эпизода об убийстве Кучки.

3. События, предшествовавшие основанию Москвы

Согласно А.Н.Насонову и В.А.Кучкину, территория Москвы еще в XI в. не входила в состав Ростово-Суздальской земли. Археологические данные свидетельствуют о том, что местность, где находится Москва, была заселена вятичами. Известно, что вятичи были подданными черниговских князей. Когда и каким образом Москва оказалась под властью суздальского князя?
А.Н.Насонов отмечал, что к 1149 г. сфера владения вятичами уже была разграничена. Он, однако, полагал, что распространение суздальской дани на вятичей, обитавших в районе р. Москвы, связано с деятельностью Мономаха в начале XII в. Но никаких аргументов в пользу этого мнения Насонов не привел.
В.А.Кучкин считает, что начало формирования суздальско-черниговского рубежа "следует отнести к 30-м годам XII в., когда Юрий и его братья начали ожесточенную борьбу с черниговскими князьями". Однако, борьба эта велась исключительно на Юге и не затрагивала пограничную область вятичей.
Для того, чтобы разобраться в этом вопросе, следует подробнее остановиться на истории Ростово-Суздальской земли и деятельности Юрия Долгорукого.

3.1. История Ростово-Суздальской земли в X - начале XII веков

В X - XI вв. Ростово-Суздальская земля была далекой окраиной Киевской Руси. Киевские князья изредка посылали туда княжить своих младших сыновей, но большую часть времени эта земля оставалась без князя. Согласно А.Н.Насонову, в X в. главный путь из Ростова на "Русь" шел через Новгород, и дань с Ростовской земли доставлялась в Киев через Новгород. Путь с верхней Волги на Смоленск стал более или менее обычным лишь к концу XI в., а "прямоезжая" дорога "сквозь вятиче" стала более или менее проторенной только в середине XII в.
Первым князем, правившим в Ростово-Суздальской земле длительное время, был Юрий Долгорукий. С него началась непрерывная цепь самостоятельных правителей суздальских и владимирских.
Юрий Долгорукий был одним из младших сыновей Владимира Всеволодовича Мономаха, впоследствии великого киевского князя. Матерью Юрия, согласно А.Яновскому, была вторая жена Мономаха, имени которой в летописях не осталось.
Согласно В.Н.Татищеву, Юрий Долгорукий родился в 1091 г. В.А.Кучкин оспаривает эту дату на основании летописного рассказа, в котором брат Юрия, Вячеслав, укорял его: "Я уже был брадат, когда ты родился". Считая, что Вячеслав мог родиться не ранее 1080 г., Кучкин делает вывод, что Юрий родился не ранее 1095 г.
Вероятно, Юрий Долгорукий родился около 1095-96 гг. Он не упоминается среди участников похода на половцев 1107 г., но в знаменитом походе 1111 г. он, согласно В.Н.Татищеву, принимал участие. В январе 1108 г., заключив с половцами мир, отец женил Юрия на дочери половецкого хана Аепы.
Тогда же, по мнению Кучкина, Юрий был послан княжить в Ростово-Суздальскую землю. С ним был послан киевский боярин Георгий Симонович; очевидно, Юрий был еще мал и нуждался в дядьке-воспитателе, который первое время фактически правил от его имени.
О деятельности Юрия Долгорукого в Ростово-Суздальской земле летописи сообщают крайне мало. Гораздо подробнее описаны его войны, особенно в южном направлении.
В 1120 г. Юрий возглавил успешный поход на Волжскую Булгарию. Это единственное его деяние при жизни отца, которое попало в летописи. В 1125 г. он участвовал в похоронах отца в Киеве, после чего вернулся в свою волость.
В период правления Юрия Долгорукого фактической столицей Ростово-Суздальской земли стал Суздаль. Историки по-разному оценивают время, когда это произошло, и причины переноса столицы.
Возвышение Суздаля, согласно А.Н.Насонову, началось еще в XI в., свидетельство чему - термин "Суздальская земля". При Юрии Долгоруком этот процесс ускорился. Несомненно, что в конце своего правления Юрий жил в Суздале. В Суздале и пригородах строились великолепные храмы, Ростов же так украшен не был.
Возможно, главная причина возвышения Суздаля в том, что этот город был центром плодородного Ополья. Согласно А.Н.Насонову, Ополье интенсивно заселялось славянами в XI-XII вв. Колонизация в этот период шла не только с запада, но и с юга, страдавшего от половецких набегов и княжеских усобиц. Благодаря этому процессу, Ростов, старый центр славянской колонизации, стал уступать новому центру - Суздалю.

3.2. Деятельность Юрия Долгорукого в 1132-39 гг.

Историки считают 1132 г., когда умер великий киевский князь Мстислав Владимирович, началом периода раздробленности и феодальных войн. Первое событие, возвестившее о начале усобиц, непосредственно связано с деятельностью Юрия Долгорукого: он выгнал из Переяславля своего племянника Всеволода Мстиславича, посаженного туда великим князем киевским Ярополком Владимировичем, старшим братом Юрия.
Мотивы этого поступка Юрия вполне понятны. Он имел шанс стать великим князем киевским при сохранении старого порядка, по которому братья по очереди занимали уделы в порядке их старшинства, продвигаясь к Киеву (т.н. "лествичное" восхождение). Занятие Переяславля племянником вперед дяди могло стать прелюдией к такому же занятию им Киева. Этого-то Юрий и не желал допустить.
В результате сыновья Мономаха вступили в конфликт со своими племянниками Мстиславичами. Последние объединились с черниговскими князьями Ольговичами и Давидовичами. Вспыхнула междоусобная война.
В то время как Юрий вместе с братьями Ярополком и Андреем обороняли Киев и Переяславль от Ольговичей, Давидовичей и Мстиславичей, новгородский князь Всеволод Мстиславич по просьбе своего брата Изяслава организовал два похода на Ростов.
В первом походе Мстиславичи с новгородцами дошли по Волге до устья р. Дубны и вернулись: новгородцы отказались воевать с сыном Мономаха. Возвращение войска вызвало на новгородском вече бурные споры. Сторонники войны возобладали, а лидеры меньшинства были сброшены в Волхов.
Зимой новгородцы вновь вторглись в Ростово-Суздальскую землю, дошли почти до Переяславля-Залесского, но были разбиты 26 января 1135 г. на Ждановой горе ростово-суздальским ополчением.
Война на Юге окончилась примирением. Юрий уступил Переяслвль младшему брату Андрею (сохранив за собой Остерский Городец) и вернулся в Суздаль. В 1136 г. Всеволод Ольгович вновь начал войну на Юге. Юрий пришел на помощь братьям, но война оказалась неудачной для Мономашичей: в январе 1137 г. Ярополк заключил со Святославичами мир, отдав им Курск. Юрий вернулся на Северо-Восток. Но в 1138 г. ему вновь пришлось помочь Ярополку в борьбе с непокорным черниговским князем.
В том же 1138 г. Юрий Долгорукий добился серьезного успеха в борьбе с Новгородом. Он применил экономическую блокаду, вследствие которой новгородцы остались без хлеба. В результате в апреле 1138 г. новгородцы выслали Святослава Ольговича (который сменил в 1136 г. Всеволода Мстиславича) и взяли на княжение сына Юрия, Ростислава.
Важным направлением деятельности Юрия в 30-40-е годы было строительство городов-укреплений. Согласно В.А.Кучкину, "война 1134-35 гг. показала незащищенность владений Юрия Долгорукого на западе. В последующее время суздальский князь приступил к строительству здесь крепостей." Первым, по-видимому, был построен город Кснятин в устье Нерли Волжской. Летопись относит строительство этого города к 1134 г., но А.Н.Насонов и В.А.Кучкин датируют строительство Кснятина 1135 г., когда Юрий возвратился с Юга.

3.3. Деятельность Юрия Долгорукого в 1139-46 гг.
Ярополк Владимирович умер 18 февраля 1139 г. Киевский стол занял следующий сын Мономаха, Вячеслав. Но уже 5 марта Всеволод Ольгович выгнал его из Киева и сам стал великим князем. Единственный, кто попытался воспротивиться этому, был Юрий Долгорукий. Он поехал в Смоленск к племяннику Ростиславу Мстиславичу и начал собирать войска для похода на Киев. Но новгородцы, к которым он обратился, отказались дать войско, и Ростислав Юрьевич вынужден был уйти из Новгорода. В результате Юрий Долгорукий начал войну не со Всеволодом, а с Новгородом: он захватил Торжок. Согласно В.Н.Татищеву, новгородцы после этого вернули Ростислава, но вскоре выгнали вновь и взяли Святослава Ольговича.
В 1140 г. новгородцы снова выгнали Святослава Ольговича, затем отказались от Святослава Всеволодовича, сына великого князя. Разгневанный Всеволод решил оставить Новгород без князя. Кроме того, Новгород вновь подвергся экономической блокаде: судя по всему, не только Суздаль, но и другие княжества прекратили с ним торговлю; мало этого, везде задерживали новгородских купцов. Новгородцы терпели девять месяцев и, наконец, обратились к Юрию Долгорукому. Ростислав Юрьевич в 1141 г. вновь стал новгородским князем. Узнав об этом, Всеволод Ольгович согласился послать в Новгород своего шурина Святополка Мстиславича, и новгородцы приняли его, а Ростислава вновь выслали. Но, согласно летописям, Всеволод при этом сильно разгневался на Юрия и захватил Остерский Городок, а также все имущество Юрия на Юге. Вскоре его братья Игорь и Святослав вторглись в Суздальскую землю.
В.Н.Татищев утверждал, что Ольговичи получили помощь от своего дяди, рязанского князя, не приняв во внимание, что их дядя, Ярослав Святославич, умер за 12 лет до описываемых событий. Согласно Н.М.Карамзину, Игорь и Святослав вступили в союз с Давидовичами. Киевская летопись приписала вторжение в Суздальскую землю великому князю, что, по мнению Карамзина, несправедливо.
Ольговичи могли напасть на область Юрия Долгорукого либо из Рязанского княжества, либо из земли вятичей. Но вятичами владел сам Всеволод Ольгович. Логично предположить, что великий князь, разгневанный на Юрия, оказал братьям помощь.

3.4. Деятельность Юрия Долгорукого в 1146-47 гг.

В 1143 г. Изяслав Мстиславич приезжал к Юрию Долгорукому, чтобы договориться о совместной борьбе со Всеволодом Ольговичем. Но договориться не удалось, так как оба хотели получить великое княжение для себя.
В 1146 г. умер великий князь киевский Всеволод Ольгович. Он завещал киевский стол своему брату Игорю, но вскоре Изяслав Мстиславич захватил Киев и пленил Игоря. Игоря предали не только киевляне, но и его двоюродные братья, Давидовичи, и племянник Святослав Всеволодович. Верность плененному князю сохранил лишь его младший брат Святослав Ольгович.
Юрий Долгорукий не мог смириться с нарушением старшинства и должен был начать активную борьбу за Киев. Таким образом, Юрий Владимирович и Святослав Ольгович стали естественными союзниками.
Теснимый великим князем и Давидовичами, Святослав Ольгович обратился за помощью к суздальскому князю. Юрий собрал войско и двинулся на помощь троюродному брату. Но, дойдя до Козельска, узнал, что рязанский князь Ростислав Ярославич, подстрекаемый великим князем, вторгся в Суздалькую землю. Юрий был вынужден вернуться, послав Святославу Ольговичу лишь своего сына Ивана с ополчением белозерцев.
Против рязанского князя Юрий Долгорукий послал сыновей Ростислава и Андрея. Именно в связи с этими событиями впервые упомянуто в летописях имя Андрея Юрьевича. Поход Юрьевичей был успешным: им удалось выгнать Ростислава Ярославича из Рязани. Рязанским князем стал союзник Юрия Владимир Святославич.
В начале 1147 г. Юрий Долгорукий начал войну с Новгородом: захватил Торжок и область по реке Мсте. Одновременно он поручил Святославу Ольговичу воевать с другим союзником великого князя, Ростиславом Мстиславичем Смоленским. Ольгович выполнил задание, опустошив землю племени голядь в верховьях Протвы. Завершив успешно зимнюю кампанию, союзники встретились в начале апреля в Москве.

4. Приобретение Москвы Юрием Долгоруким
4.1. Юрий Долгорукий, Кучка и Андрей Боголюбский
Итак, в 1147 г. Москва уже принадлежала Юрию Долгорукому. Когда и при каких обстоятельствах суздальский князь завладел этой вятичской территорией? Для того, чтобы разобраться в этом, следует поставить вопросы о личности прежнего владельца Москвы и о причинах женитьбы Андрея Юрьевича на дочери Кучки.
Браки князей и их сыновей (особенно старших) носили политический характер; Юрий Долгорукий и Андрей Боголюбский были достаточно активны и честолюбивы, так что брак Андрея не мог быть исключением. Легенда называет Кучку боярином. Какова же была политическая выгода от женитьбы Андрея на дочери боярина (тем более, казненного боярина)?
По мнению М.Н.Тихомирова, Кучко был вятичским старшиной или князьком. В этом случае нетрудно понять смысл женитьбы Андрея на Кучковне: благодаря этому браку Юрий Долгорукий мог стать владельцем Москвы и прилегающих территорий. С этой гипотезой плохо согласуется эпизод с убийством Кучки Юрием Долгоруким. Как отмечалось выше, И.Е.Забелин выражал сомнение в реальности этого эпизода.
Причины, по которым Юрий Долгорукий хотел приобрести Москву, вполне понятны. Москва была перекрестком важных дорог: на север - в Ростов, на восток - в Суздаль, на юго-восток - в Рязань, на юг - в страну вятичей и Северскую землю, на запад - в Смоленск. Москва была нужна суздальскому князю как пограничный пункт по отношению сразу к трем соседям: Смоленскому, Рязанскому и Черниговскому княжествам. Помимо этого, Москва в силу своего географического положения часто играла в последующие годы роль сборного пункта для военных походов.
Роль московского пункта должна была усилиться в связи с переносом столицы в Суздаль. Из Суздаля в Смоленск целесообразнее было выбирать путь не по Волге, как из Ростова, а по Клязьме, оттуда волоком в Яузу, затем по Москве-реке. Еще один фактор, обусловивший внимание к Москве, связан с экономической блокадой Новгорода: для того, чтобы не пропустить в Новгород рязанский хлеб, нужно было контролировать дорогу Рязань-Новгород, которая шла через Москву.
Нельзя не поставить вопрос о роли Андрея Боголюбского в описываемых событиях. Ум этого князя, его последующая деятельность заставляют предполагать, что решение о Москве Юрий Долгорукий принимал не без совета со своим выдающимся сыном.

4.2. Время перехода

Когда же Москва могла перейти к Юрию Долгорукому?
М.П.Погодин считал, что Андрей Боголюбский женился около 1135 г. Этот вывод он сделал на основании того, что в 1159 г. Андрей выдал свою дочь замуж за вщижского князя Святослава Владимировича и послал зятю в помощь своего сына Изяслава с войском.
Аргументация М.П.Погодина не противоречит, однако, предположению, что женитьба Андрея произошла позже 1135 г. Следует иметь в виду, что княжеские сыновья могли выполнять ответственные поручения в очень юном возрасте (например, Мономах писал, что он с тринадцати лет в походах), в раннем же возрасте князья могли женить и выдавать замуж своих детей. Поэтому нельзя считать невероятным для женитьбы Андрея даже начало 40-х гг.

Подойдем теперь к вопросу с другой стороны.
Распространение власти суздальского князя на северные земли вятичей не могло не обострить конфликт с Всеволодом Ольговичем, который никому не желал уступать вятичей. Юрий Долгорукий, правда, почти постоянно враждовал с этим князем. Но именно в начале 40-х гг., после того, как Всеволод стал великим князем киевским, вражда эта вышла на новый уровень.
Как отмечалось выше, в 1141 г., когда сын Юрия Долгорукого стал новгородским князем, Всеволод Ольгович сильно разгневался на Юрия и захватил Остерский Городок, а его братья Игорь и Святослав вторглись в Суздальскую землю.
Только ли вокняжение Юрьева сына в Новгороде вызвало такой гнев Всеволода Ольговича? Нельзя ли предположить, что именно в это время Юрий занял район Москвы, то есть область, которую Всеволод считал своей? Может быть, именно в отместку за захват его земли великий князь захватил в свою очередь Городок, принадлежащий Юрию?
Итак, предполагается, что переход Москвы под власть Суздаля и женитьба Андрея Юрьевича на Кучковне относятся к 1141 г. Таким образом, в 1159 г. старшим детям Андрея Боголюбского могло быть 16-17 лет: вполне достаточный возраст для замужества и похода на Вщиж.
Можно далее предположить, что Кучко был убит не Юрием Долгоруким, а Ольговичами - за измену. Набег Ольговичей в народной памяти не сохранился, и казнь стали приписывать грозному суздальскому князю.
По иронии истории именно Святослава Ольговича принимал в Москве Юрий Долгорукий в 1147 г. Нетрудно предположить, что, принимая Святослава в Москве, Юрий преследовал еще одну цель: зафиксировать факт перехода Москвы в его владение.

5. События, связанные со строительством "града Москвы"
5.1. Деятельность Юрия Долгорукого в 1149-55 гг.

Летом 1149 г. Юрий Долгорукий, собрав войско и получив помощь от половцев, двинулся на Юг. В течение двух с половиной лет он вел войну на Юге с Изяславом Мстиславичем; дважды захватывал Киев и дважды изгонялся из него. Все это время рядом с ним был его сын Андрей; не раз он проявлял храбрость и талант военноначальника. Проявил он и другое качество: несколько раз по просьбе Изяслава он пытался примирить его с отцом. Примирения не получилось; оба князя стремились завладеть Киевом, оба не доверяли друг другу и не напрасно: оба легко нарушали свои клятвы.
Изяславу Мстиславичу удалось привлечь на свою сторону старшего дядю Вячеслава Владимировича, чьи права до этого он постоянно игнорировал. Дядя и племянник формально стали соправителями в Киеве, и борьба Юрия утратила правоту: ему пришлось бороться против старшего брата.
В 1151 г. Юрий Долгорукий потерпел поражение и был вынужден заключить договор, по которому он обязался вернуться в Суздальскую землю, оставив в Переяславле одного из сыновей, который должен быть под властью великого князя. Юрий посадил в Переяславле Глеба. Андрей в это время был уже старшим сыном Юрия, так как Ростислав умер весной 1151 г. Андрей вполне мог претендовать на Переяславль, но он стремился к себе на Северо-Восток и уговаривал отца: "Теперь нам нечего делать в Русской земле, уйдем за тепло". Но Юрий Долгорукий, несмотря на уговоры сына и собственную клятву, остался в Остерском Городке, отпустив Андрея в Суздальскую землю. Впрочем, Изяслав Мстиславич вскоре осадил его в Городке и заставил все-таки покинуть "Русскую землю".
В 1152 г. Изяслав Мстиславич разорил и сжег оплот Юрия на Юге, Остерский Городок. В ответ Юрий Долгорукий вновь двинул войска на Юг. Ю.А.Лимонов считает, что "ростовский князь стремился спасти своего союзника Владимира Галицкого, потерпевшего в этот момент страшное поражение от Изяслава Мстиславича... Добившись ухода войск Изяслава из пределов Галицкого княжества, ростовский князь ... вернулся в Суздаль".
Конец 1152 г., весь 1153 г. и начало 1154 г. Юрий Долгорукий проводит в Суздальской земле. Считается, что это был период интенсивного строительства. По мнению Ю.А.Лимонова, строительство городов было вызвано опасностью вторжения после поражения на Юге.
В литературе распространено мнение о чрезвычайно широкой градостроительной деятельности Юрия Долгорукого. В.А.Кучкин считает, что это мнение сильно преувеличено. Достоверно можно говорить лишь об основании им Юрьева-Польского и Дмитрова, а также о переносе на новое место Переяславля-Залесского. Юрьев-Польский был основан не позднее 1151 г. Дмитров был заложен осенью 1154 г. в честь рождения младшего сына Юрия, будущего князя Всеволода Большое Гнездо, который имел христианское имя Дмитрий.
Юрию Долгорукому приписывается также строительство Перемышля на р. Моче, Звенигорода на р. Москве, Кидекши на р. Нерли Клязьминской, Микулина на р. Шоше и Городца на Волге. Однако никаких данных об основании или даже укреплении этих городов Юрием нет. В Кидекше Юрий Долгорукий построил церковь и княжеский дворец. Городец на Волге был основан, по мнению В.А.Кучкина, Андреем Боголюбским.
В 1154 г. Юрий Долгорукий выступил в новый поход на Юг, но из-за конского падежа и малочисленности союзных половцев был вынужден вернуться. 13 ноября 1154 г. в Киеве умер Изяслав Мстиславич, 8 декабря на его место прибыл Ростислав Мстиславич. Юрий как раз готовился к новому походу, смерть главного врага стала удобным предлогом. Но к тому времени, как Юрий достиг Смоленска, ситуация в корне изменилась: Вячеслав Владимирович умер, а Ростислава Мстиславича выгнал из Киева Изяслав Давидович. Получив поддержку Ростислава Мстиславича и своего верного союзника Святослава Ольговича, Юрий Долгорукий смог без боя выгнать Давидовича из Киева и 20 марта занял киевский стол.

5.2. Уход Андрея Владимировича на Северо-Восток

Заняв Киев, Юрий Долгорукий посадил своих старших сыновей в городах вокруг столицы. Андрей получил Вышгород, ближайший пригород Киева: вероятно, для того, чтобы быть всегда под рукой у отца. Но вскоре он совершил поступок, который, как утверждает Ю.А.Лимонов, не имеет прецендентов в истории Древней Руси: князь тайно, ночью, "без отней воли" покинул Вышгород и вернулся в Суздальскую землю.
М.П.Погодин отмечал, что "Юрию неприятно было лишиться такого помощника", но "по крайней мере Летописи не говорят о следствиях его неудовольствия". Погодин считал также, что "Андрей не нарушил нисколько его прав, не прикасаясь к Ростову и Суздалю".
В.А.Кучкин также считает, что Андрей не претендовал при жизни отца на верховную власть в Суздальской земле. По мнению Кучкина Владимир был выделен в удел Андрею еще до 1151 г. Из летописи известно, что Юрий Долгорукий заставил ростовцев и суздальцев присягнуть его младшим сыновьям, но не сказано, когда это произошло. Кучкин полагает, что Юрий сделал это уже после самовольного ухода Андрея.
Н.И.Костомаров, исходя из факта единодушного избрания Андрея ростово-суздальским князем в 1157 г., писал: "Мы не знаем, что делал Андрей до смерти отца, но, без сомнения, он в это время вел себя так, что угодил всей земле". Ю.А.Лимонов также считает, что Андрей в течение двух лет не сидел сложа руки. В частности, по мнению Лимонова, Андрей закончил строительство церкви св. Спаса в Переяславле-Залесском, начатое отцом. Этот факт должен свидетельствовать о том, что Андрей распоряжался на территории, которая формально не входила в его владения. Однако И.Я.Фроянов отмечает, что это утверждение Лимонова основано на небрежном прочтении летописи, так как там "недвусмысленно сказано, что Андрей совершил пожертвования и закончил строительство св. Спаса в Переяславле Залесском после смерти Юрия Долгорукого."
И все-таки Костомаров и Лимонов, по-видимому, ближе к истине. Не для того Андрей покинул отца, чтобы тихо сидеть в маленьком Владимире. Да и мог ли он предвидеть, что отец так скоро умрет?! Его деятельная натура не могла позволить ему прозябать.
Можно думать, что Андрей активно занимался делами Суздальской земли и тогда, когда отец был рядом. По образному выражению Лимонова, "сын был постоянной нянькой при своем еще нестаром отце". Следует обратить внимание на то, что Юрий Долгорукий правил в Суздальской земле более 40 лет. А основное строительство городов и церквей пришлось на последнее десятилетие, из которого половину времени князь провел на Юге. Можно предположить, что резкий всплеск строительной активности связан с деятельностью не столько самого Юрия, сколько его сына, который к этому времени вырос и стал фактическим соправителем отца.
Если принять такое предположение, то легко понять, почему Андрей мог властвовать в Суздальской земле еще при жизни отца. Разумеется, править он мог только от имени Юрия Долгорукого как его наместник. Поэтому собственно о деятельности Андрея в 1155-57 г. ничего не известно.

5.3. Строительство Москвы
Как отмечалось выше, в Тверской летописи под 1156 г. записано, что Юрий Долгорукий заложил город Москву. Историки давно обратили внимание на противоречие: в 1156 г. Юрий Долгорукий княжил в Киеве. В.А.Кучкин считает, что "в первой половине 1156 г. Юрий посетил Ростово-Суздальское княжество, назначил там себе преемников и заложил град Москву". Сомнительно, однако, чтобы такая поездка осталась незамеченной летописцами.
Большинство историков подвергают сомнению либо дату, либо содержание записи. Так, Ю.А.Лимонов полагает, что Москва была построена раньше 1156 г. Считая, что именно в 1152-54 гг. была необходимость укрепить южную границу Суздальской земли, и учитывая, что для начала строительства города не подходили зима, поздняя осень и ранняя весна, Лимонов относит закладку "града Москвы" к середине 1153 г.
А.Н.Насонов предполагал, что "непосредственно строил укрепления не сам Юрий, а сын его Андрей". Такого же мнения придерживается и Б.А.Рыбаков. Этот взгляд можно считать вполне обоснованным.
Действительно, в 1156 г. Андрей Боголюбский еще не был законным властителем Суздальской земли, и ему необходимо было действовать от имени своего отца. Женатый на дочери бывшего владельца этих мест, он мог рассматривать Москву как свою волость. Можно думать, что Андрей укреплял ее и в последующие годы. Не случайно после его смерти, когда возникла война между Ростовом и Владимиром, москвичи однозначно поддержали владимирцев.

6. Заключение
Далек от нас XII век. Но именно тогда, восемь с половиной веков назад, возник город, которому суждено было стать столицей великого государства. Город, в котором мы живем.
Не так важно, что мы не знаем точной даты основания Москвы. Все же у нас есть достаточно оснований утверждать, что город был построен в середине XII века. Так что 1147 год - дата первого упоминания о Москве - закономерно считается датой ее основания. Хотя мы понимаем, что эта дата условная.
Оправдан интерес к личности людей, стоявших у истоков нашего города. Мы привыкли называть основателем Москвы Юрия Долгорукого. Этот князь, безусловно, сыграл немаловажную роль в превращении Москвы в город. Но нельзя забывать о других людях, которые также внесли существенный вклад в основание Москвы, и, прежде всего, о Кучке и об Андрее Боголюбском.
К сожалению, мы практически ничего не знаем о Кучке. Но, думается, что человек, чьим именем первоначально называлась Москва, достоин того, чтобы память о нем была увековечена.
О личности Юрия Долгорукого и Андрея Боголюбского в истории Руси историки продолжают спорить. Эти князья стояли у истоков не только Москвы, но и нового государственного образования, возникшего в Северо-Восточной Руси и давшего начало Российскому государству.
Юрий Долгорукий был фактически первым князем Ростово-Суздальской земли. Но он значительную часть жизни посвятил борьбе за обладание киевским столом и, по-видимому, не очень любил доставшийся ему удел. В отличие от отца Андрей Боголюбский стремился в первую очередь быть правителем Ростово-Суздальской земли, которую он явно предпочитал всем остальным, в том числе и Киеву. Недаром Н.И.Костомаров назвал его "первым великорусским князем".
Об Андрее Боголюбском написано много. Но его роль в основании Москвы исследована недостаточно.
Середина XII в. на Руси была временем княжеских усобиц. Не случайно и первое упоминание о Москве оказалось связано с усобицами - со встречей двух союзников по междоусобной войне. После убийства Андрея Боголюбского война пришла и в Ростово-Суздальсую землю. И снова в связи с усобицами несколько раз в летописи упоминается Москва.
Но прошло совсем немного времени, и Москва стала не только центром Русской земли, но и символом ее единства. Таким символом она является и сейчас. И мы с гордостью повторяем слова поэта: "Москва... как много в этом звуке для сердца русского слилось!"

Литература
Забелин И.Е. История города Москвы. М., 1995, стр. 1-47.
Карамзин Н.М. История государства Российского. М., 1988. Кн. 1, Т. 1-2.
Костомаров Н.И. Господство дома Св. Владимира. М., 1993, стр. 39-100.
Кучкин В.А. Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в X-XIV вв. М., 1984, с. 3-103.
Лимонов Ю.А. Владимиро-Суздальская Русь. Очерки социально-политической истории. Л., 1987.
Насонов А.Н. "Русская земля" и образование территории древнерусского государства. М., 1951, стр. 173-191.
Платонов С.Ф. Сочинения. Т. 1. Статьи по русской истории (1883-1912). Спб, 1912, стр. 76-83.
Погодин М. Князь Андрей Юрьевич Боголюбский. М., 1850.
Рыбаков Б.А. Мир истории. М., 1984, стр. 293-306.
Татищев В.Н. Собрание сочинений. М., 1995. Часть 2. Т. 2, 3.
Тихомиров М.Н. Древняя Москва XII-XV вв. М., 1992, стр. 5-182.
Фроянов И.А. Древняя Русь. М.-Спб., 1995, стр. 576-697.
Яновский А. Юрий Долгорукий. М., 1955.

Cообщения Кержак
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
КержакДата: Четверг, 11.02.2010, 15:15 | Сообщение # 5
Группа: Удаленные





Интересно, что уже после написания своего поста по причинам женитьбы Андрея на Кучковне нашлась вот эта статья, в которй в принципе отстаивается таже позиция...

И еще одна немаловажная мысль.
Андрей Боголюбский - истинный новатор, вот кто мог бы понять широту замыслов ГГ!
Этот князь внутренне отказался от обычной для рюриковичей гонки за ВКК и прочно осел в Залесье.
Именно эта его новация в корне изменило расклады на Руси.
Если бы его не убили, кто знает какая бы нас ждала реальность...
вот вам реальный попаданец))))
-----
справка по этимологии слова - Кучка (по Фасмеру)
сваливать в кучу, сжимать, кучки - созвездие Плеяд, укр - скирда, родств лит - шишки, холм, вост-лит - дубинка.
возводиться Трубачевым к кука - искривленное, загнутое, крюк.
Cообщения Кержак
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
КержакДата: Суббота, 13.02.2010, 17:11 | Сообщение # 6
Группа: Удаленные





ВСЕВОЛОД БОЛЬШОЕ ГНЕЗДО
ВСЕВОЛОД БОЛЬШОЕ ГНЕЗДО, Великий князь Владимиро-Суздальский. (Княжил с 1176 по 1212 год) Младший сын Юрия Долгорукого, внук Владимира Мономаха. Когда Всеволоду было восемь лет, правящий во Владимиро-Суздальской земле его брат Андрей Боголюбский начал проводить политику укрепления самодержавной власти и изгнал из пределов княжества всех своих братьев. Андрей был сыном Юрия Долгорукого от жены-половчанки, Всеволод был сыном от жены греческой царицы. Вместе с матерью маленький Всеволод вынужден уехать в Грецию, где был радушно принят императором. Возвратившись на Русь, юный Всеволод участвует вместе с другими князьями в штурме и разграблении Киева, учиненном его братом Андреем. Выступая на стороне Андрея, Всеволод, чуть позже, на пять недель становится киевским князем, но был свергнут.

Во время княжеских усобиц княжил в подаренном ему братом Михаилом Городце Остерском, жил, изгнанный в Чернигов. После смерти Андрея Боголюбского Всеволод принимает участие в споре за престол Владимиро-Суздальской земли и вскоре двадцатитрехлетний князь утверждает свою власть. В межкняжеском споре решался вопрос не только, кто станет управителем в волости, но и какой город - прежняя столица Ростов или новая Владимир - станет столицей. Победил Всеволод и поддержавшие его владимирцы, таким образом, линия Андрея Боголюбского была продолжена. У победы Владимира над Ростовом было еще такое следствие, как ослабление значения вече и усиление роли князя, как единоличного правителя, так как вечевые традиции были сильнее в проигравшем Ростове и слабее во Владимире.

Другим начинанием Всеволода на столе князя Владимиро-Суздальского в русле политики Андрея стало изгнание Всеволодом из пределов княжества своих племянников. В 1180 году Всеволод узнал, что рязанский князь тяготеет в своей политике к киевскому князю, в то время как обещал быть младшим товарищем князю Владимиро-Суздальскому. Всеволод изгоняет из Рязани зятя киевского князя Святослава и заковывает в оковы его сына. Святослав киевский, узнав об этом, выступает в поход на Владимир, оскорбленный еще и тем, что оказывал раньше покровительство Всеволоду, давал ему приют у себя в городах и помогал в борьбе за власть во Владимире. Два русских войска сошлись у Переяславля и приготовились к битве. Южные дружины отличались своим натиском в чистом поле, поэтому осторожный Всеволод выбрал оборонительную тактику - выбрал место, укрепленное природой, построил дополнительно полевые укрепления, где и поставил войска. Не решившись нападать, киевские дружины простояли две недели и повернули назад.
Через два года князья заключили мир, Владимир отпустил сына Святослава, тот, в свою очередь, признал Рязань Владимиро-Суздальской вотчиной. В будущем, в 1194 году, Святослав киевский уже спрашивает разрешение у Всеволода покарать Рязань и, получив отказ, отменяет поход. После смерти Святослава, Всеволод посылает в Киев своих бояр, которые сажают там на княжение лояльного к Владимиро-Cуздальской земле князя. Однако последовавший союз киевского князя и галицких князей обеспокоил Всеволода, и он пытается разжечь распри внутри нового союза. Всеволод претендует на часть городов в южных землях, которые киевский князь уже отдал галицкому. Опасаясь недовольства могущественного Всеволода, киевский князь выпрашивает назад у галицкого князя город Торчевск, описав ему серьезность положения. Торчевск передают Всеволоду, который сразу отдает его сыну киевского князя. Почувствовав себя обманутым, галицкий князь Роман начинает войну с Киевом, чего и добивался Всеволод. Поддерживая сначала Киев, потом Галицкого Романа, Всеволод устраняет мощного конкурента Владимиро-Суздальской земле на Юге. Под действиями галицкого князя и владимиро-суздальского, Киев окончательно теряет свое значение первого города Руси.

Всеволод подчинил себе также Новгород Великий, используя военную силу. Два раза в 1178 и 1187 годах Всеволод ходил на Новгород, сжигал город Торжок, собирая большую добычу и пленных. Новгород был вынужден подчиниться и взять себе на княжение указанного Всеволодом князя. В 1195 году Новгородцы вновь ослушались и выгнали князя, однако уже через два года они были вынуждены ехать к Всеволоду во Владимир мириться и вернулись назад со старым князем. С этого момента Всеволод стал распоряжаться в Новгороде полновластно, как раньше распоряжался Мономах. О власти Всеволода говорит тот факт, что он своей волей дал городу нового архиепископа - важного чина городского самоуправления. Новгородцы смогли вернуть себе прежнюю вечевую и боярскую самостоятельность только за год до смерти Всеволода, когда князь стал немощен из-за старости и болезни.

Во внешней политике Всеволод проявлял осмотрительность, вместе с тем совершил несколько удачных военных походов. Всеволод разгромил камских болгар, называемых, видимо, за пристрастие к торговле, также серебряными болгарами. В походе Всеволода на болгар участвовали несколько русских князей, в частности своего сына прислал киевский князь. Союзники часть пути прошли по Волге на судах, часть - пешим строем. Неподалеку от болгарского Великого города Всеволод встретил противника, который, по выяснении, оказался половецкой ордой, также желавшей воевать болгар и ставшей под командование Всеволоду. Половцы в то время были «домашней» напастью Руси. С одной стороны практически ежегодно половецкие воины разоряли южнорусские города, угоняя пленных, скот и грабя добро. Русские союзные армии также регулярно совершали глубокие рейды в половецкие степи, беря половцев в плен, угоняя на Русь табуны коней и верблюдов. После удачных рейдов, русские и половцы часто менялись пленниками, или выкупали их друг у друга. Вместе с тем, русские князья брали себе в жены половецких княжон, Андрей Боголюбский, брат Всеволода, например, имел ярко выраженные степные черты. Русские князья также использовали половецкие отряды для выяснения внутрирусских споров за право сидеть в том или ином городе.
Великий Князь Всеволод Большое Гнездо старался, по возможности, не подвергать свою территорию опасностям. Половцы были у Всеволода как на службе, так и были в страхе - князь периодически выезжал в степь и жег половецкие станы. Военная мощь Всеволода была так велика, что в летописи про него сказано, что его дружина могла расплескать веслами Волгу, а шлемами вычерпать Дон. Немецкий император Барбаросса согласился помочь Галицкому князю, только узнав, что тот родной племянник Всеволода. Всеволод занимался градостроительством, укреплением и украшением городов. При нем был построен город Остер, вокруг Владимира, Суздаля и Переяславля Залесского возведены новые крепости. В самом Владимире Всеволодом построен прекрасный Дмитровский собор.

Княгинин монастырь, Суздальские укрепления, Дмитровский собор, построенные Всеволодом и Марией

Всеволод получил свое прозвище Большое Гнездо из-за своего многочисленного потомства. Супругой князя была осетинская княжна Мария, родившая Всеволоду восьмерых сыновей и четырех дочерей. Мария была благочестивой и мудрой женщиной, с детства воспитанной в христианском духе. Мария много времени уделяла помощи слабым и бедным, она основала во Владимире монастырь, получивший в последствии название Княгинин и стоящий по сей день. Последние годы своей жизни Мария сильно болела, но проявляла несказанное терпение в страданиях. Перед смертью Мария постриглась в монахини, удалилась в построенный ею монастырь и умерла через несколько дней. Она завещала своим детям жить в мире между собой, так как усобица губит княжество. Марию сравнивали по мудрости и благочестию с великими царицами византийскими и княгиней Ольгой. После смерти Марии пятидесятилетний Всеволод недолго был женат вторым браком, в котором имел трех дочерей. Многочисленное потомство свое князь Всеволод с детства укреплял в княжеском звании. В возрасте четырех-пяти лет сыновья Всеволода проходили старинный обряд первого срезания волос и посажения на коня. На эти церемонии Всеволод приглашал всех подвластных ему князей, высокопоставленных бояр, епископов, простых граждан. Всеволод устраивал роскошные пиры, на которых одарял присутствующих золотом, конями, одеждами и мехами. Дети Всеволода позже образовали династии князей владимирских и московских, внук Всеволода Александр Невский является одним из выдающихся государственных деятелей на Руси и причислен также Церковью к лику святых.
----
Мы видим, что именно в Залесской Руси шел процесс созидания Новой, Единой, Государственной и Монархической, Христианской Руси-России.
Именно там острее всего велась борьба с боярством, раздирающим Русь на части и с княжеским засильем-раздробленностью.
именно там был сформирован новый вектор политики - на ВОсток - в Булгар, который нашел свою окончательную реализацию лишь спустя 400 лет - при Иване Грозном.
Вообще было бы интересно закинуть попаданца в ближники к Андрею или лучше к Всеволоду))) и чутко переиграть все)))
к слову - Всеволод был женат на аланской княжне (осетин как этноним в ту эпоху анахронизм) ясы-асы или аланы, единственно корректные термины.

Фактически мы можем говорить о том, что ГГ "Отрока" может пытаться реализовать аналогичный сценарий уже для Новой Руси))) Основанной на берегах Балтики.
Cообщения Кержак
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
КержакДата: Суббота, 13.02.2010, 17:53 | Сообщение # 7
Группа: Удаленные





Владимиро-Суздальское княжество - крупнейшее феодальное государственное образование в Северо-Восточной Руси 10-13 вв., в междуречье Оки и Волги. (См. историческую карту «Русь в 12 - начале 13 вв.»)

До 10 в. почти весь этот район был занят финно-угорским племенем меря. Колонизация края словенами новгородскими и кривичами, начавшаяся в конце 10 в., привела к обрусению мери и формированию здесь великорусской народности. Волга связывала край с Болгарией Волжско-Камской и странами Востока, с путём "из варяг в греки", Киевской Русью и Новгородом. В 10-11 вв. здесь выросли города Ростов, Белозерск, Ярославль, Муром, Суздаль.

Центром земли был Ростов. Первоначально связь Ростовского края с Киевской Русью выражалась в уплате дани великим киевским князьям.
Мы видим, что тенденция к единодержавию явно просматривалась.
ее сторонниками можно назвать новые города (без веча, к слову и Москва затем именно такой город) и дворянство - помещиков-дружинников.
им оппонировало боярство и удельные князья Рюриковичи с Юга Руси.
в связи с чем говорить о некой новизне не служилого боярства в 12 веке считаю просто не корректным (оно было традиционным, а не новым))).
вывод. ГГ чтобы не столкнуться с подобными проблемами в НГ надо не допускать создания крупного удельного боярства так же как и самуправления городов. власть должна быть едина. вопрос только как обеспечить баланс сил в обществе...

По разделу Киевской земли между сыновьями Ярослава Мудрого (См. схему «Династия Рюриковичей») (1054) Ростовская земля досталась Всеволоду Ярославичу. (См. схему «Династия Рюриковичей») В это время возвышается Суздаль, куда Владимир Мономах (См. схему «Династия Рюриковичей») с переходом края в 1093 г. в его владение, сажал князьями своих сыновей - Ярополка, затем Юрия.

В 1108 г. Владимир Мономах основал мощную крепость на р. Клязьма - Владимир. Юрий Долгорукий укреплял княжество и оборонял его от болгар. При нём началась упорная борьба княжеской власти с местной боярской знатью. В ходе этой борьбы выросли новые княжеские города и крепости (Кснятин в устье р. Нерль - 1134, Переяславль и Юрьев - 1152, Дмитров - 1154, укрепление Москвы - 1156). Новые города, населённые зависимым от князя военным и торгово-ремесленным людом, становятся прочной опорой княжеской власти.

Сын Юрия - Андрей Боголюбский продолжал политический курс отца на усиление княжеской власти и лидирующее положение Владимиро-Суздальского княжества в Русской земле. (См. схему «Владимиро-Суздальское княжество».)

Не желая конкуренции своей власти со стороны крупных боярских семей, Андрей оставил Суздаль, и перенес столицу во Владимир, где вотчинное землевладение было развито слабо.

При Андрее выдвинулось много преданных князю младших дружинников ("милостьники князя", "дворяне"), получавших от него в условное владение (на условиях поместья земли и полностью поддерживающих политику князя.

В княжеских городах, особенно во Владимире, умножилось торгово-ремесленное население, также поддерживающее сильную княжескую власть, которая обеспечивала им «спокойную» торговлю.

Андрей Боголюбский вел трудную борьбу за приоритет Владимира и в церковных делах, пытаясь организовать независимую от Киева митрополию. Духовенство Владимира усиленно создавало местные "святыни" и прокламировало особое "покровительство неба" делам князя -"самовластца".

Однако в условиях господства феодальной раздробленности на Руси, относительной слабости городов и экономических связей между княжествами объединительная политика Андрея Боголюбского не могла привести к прочным результатам: в 1174 г. он пал жертвой боярского заговора.

Убийство Андрея Боголюбского послужило поводом к широкому антифеодальному народному восстанию, продолжавшемуся 5 дней. Боярская знать при поддержке рязанского князя Глеба хотела утвердить на владимирском престоле угодных ей князей, однако братья Андрея – Михаил (умер 1176 г.) и сменивший его Всеволод Большое Гнездо одержали верх.

Тонкий дипломат и искусный политик, Всеволод продолжал политическую линию отца и брата, успешно борясь с сепаратизмом местной знати. В Южной Руси Всеволод усиливал своё влияние с помощью дипломатических интриг, вмешиваясь во внутренние дела князей, и ссорил их между собой, что привело к новому разгрому Киева (1203 г.). Общерусский авторитет Всеволода отражён в "Слове о полку Игореве". Летописцы называли его "великим", князья - "господином"; его волю исполнял и киевский митрополит.

Итак, князья Северо-Восточной Руси - Юрий Долгорукий, Андрей Боголюбский, Всеволод Большое Гнездо - проводили одну и ту же политику: утверждали свою личную власть внутри своего княжества; укрепляли, возвышали своё княжество; распространяли свою власть на другие русские земли.

Во Владимиро-Суздальском княжестве стала складываться своя политическая традиция - единовластие.

В 1211 г. Всеволод созвал совещание представителей от всех городов княжества, которое утвердило передачу княжения его сыну Юрию. Но после смерти Всеволода ростовское боярство и киевский князь Мстислав Удалой посадили на престол старшего брата Юрия - Константина.

Константин поделил Владимиро-Суздальское княжество между братьями;
образовались княжества Ростовское, Ярославское, Переяславское. После смерти Константина (1218 г.) Юрий вернулся на княжение, восстановил своё господствующее положение и авторитет княжества. Он нанёс крупное поражение болгарам (1220 г.) и основал в устье р. Оки Нижний Новгород (1221 г.). Было восстановлено владимирское влияние и в Новгороде Великом, где брат Юрия Ярослав вёл активную оборону Северо-Западной Руси от усиливающийся католической экспансии.

Перенесение политического центра Руси во Владимир сыграло большую роль в последующем образовании великорусской народности и русской нации. В Северо-Восточной Руси впервые была начата борьба за объединение Руси под главенством князей владимирской династии.

Мы видим, что тенденция к единодержавию явно просматривалась.
ее сторонниками можно назвать новые города (без веча, к слову и Москва затем именно такой город) и дворянство - помещиков-дружинников.
им оппонировало боярство и удельные князья Рюриковичи с Юга Руси.
в связи с чем говорить о некой новизне не служилого боярства в 12 веке считаю просто не корректным (оно было традиционным, а не новым))).
вывод. ГГ чтобы не столкнуться с подобными проблемами в НГ надо не допускать создания крупного удельного боярства так же как и самуправления городов. власть должна быть едина. вопрос только как обеспечить баланс сил в обществе...
Cообщения Кержак
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
КержакДата: Среда, 17.02.2010, 21:40 | Сообщение # 8
Группа: Удаленные





Фрагмент статьи Воронина. Андрей Боголюбский и Лука Хризоверг
(Из истории русско-византийских отношений XII в.)
полный текст по адресу
http://www.sedmitza.ru/text/49467.html

XII столетие в истории Руси ознаменовано быстрым и блистательным расцветом культуры и искусства, связанным с ростом старых и новых городов, с подъемом политической роли городского населения. На той же исторической почве рождается сознание гибельности феодального дробления страны, нашедшее наиболее яркое выражение в «Слове о полку Игореве», где прозвучал призыв к объединению русских сил перед лицом половецкой опасности. Но еще до появления «Слова» эти тенденции проявились в политической борьбе Владимиро-Суздальского княжества, где при Андрее Боголюбском (1157—1174) складывается союз крепнущей княжеской власти и горожан и ведется целеустремленная борьба за общерусский приоритет Владимирской земли, за подчинение владимирским мономашичам других русских княжеств, за превращение столицы княжества — Владимира — в общерусский политический центр.

Сильнейшим средством в этой борьбе могла бы стать церковь, могущественная феодальная организация, в руках которой были сосредоточены и все средства пропаганды: многочисленные покрывавшие Русь храмы, искусство, литература. Простирая свою духовную власть через рубежи феодальных княжеств в границах «всея Руси», церковь могла бы содействовать ее сплочению. Вспомним характеристику подобных возможностей католической церкви, данную Ф. Энгельсом: «Европейский мир, фактически лишенный внутреннего единства, был объединен христианством против общего внешнего врага, сарацин. . . Это теологическое объединение было не только идеальным. Оно в действительности существовало не только в лице папы, своего монархического центра, но прежде всего в организованной на феодальных и иерархических началах церкви, которая в каждой стране владела приблизительно третьей частью всей земли и составляла поэтому крупную силу в феодальной организации. Церковь с ее феодальным землевладением служила реальной связью между различными странами; феодальная организация церкви освящала религией светский феодальный государственный строй»[1]. Однако нити церковной субординации прочно связывали русскую церковь с ее верховным зарубежным главой — византийским патриархом — и его агентом на Руси — митрополитом-греком в Киеве. Последний стремился сделать управление русской церковью средством реализации имперской политики на Руси. Будучи почти независимым от местной княжеской власти, он вмешивался в русские междукняжеские отношения в интересах Византии. Разветвленная система церковного аппарата — от константинопольского патриарха, через киевского митрополита, епископов в русских княжествах и подчиненное им местное духовенство — пронизывала всю русскую жизнь вплоть до личного быта человека. Митрополит-грек, сидя в Киеве, всегда знал течение дел в любом отдаленном углу Русской земли и мог оказать свое влияние на его ход.

Поэтому уже в XI в. стала ясной необходимость ослабления этой зависимости. Ярослав Мудрый добился поставления в митрополиты русского — Илариона. Его знаменитое «Слово о законе и благодати» с предельной силой выражало патриотическую гордость Русской землей и ее величием, мысль о ее равенстве с Византией и ее праве на независимость. Однако русский на митрополичьем престоле был единичной удачей, а затем там неизменно появлялся византиец. В беспринципности и лживости церковников-греков на Руси убедились давно — «суть бо греци льстиви и до сего дня», а о черниговском епископе Антонии сказано еще острее: «се же молвяше им, лесть тая в собе — бяше бо родом гречин»[2].

Стремление к освобождению русской церкви от греческой опеки усилилось в XII в., когда греческие происки осложняли и запутывали политическую борьбу, направляя ее развитие в интересах византийского императора, который и теперь, в условиях приближавшегося ослабления Империи, еще продолжал рассматривать Русь как имперскую провинцию. И естественно, что особую тревогу и внимание Византии вызывали ясно обнаружившиеся в XII в. тенденции преодоления феодальной раздробленности и борьба за усиление и преобладание той или иной династии на Руси.

Позиция русской церкви по отношению к усилению княжеской власти была очень противоречивой и двойственной. Церковь была, с одной стороны, заинтересована в могущественном покровительстве, способном защитить ее владения от разорительных феодальных усобиц и опасности народных восстаний. С другой стороны, будучи связана с верховной властью своего главы — константинопольского патриарха, она являлась проводником византийской политики, направленной против объединения и усиления русских княжеств, с неизбежностью порождавших стремление к национализации церкви и освобождению ее от греческой «игемонии». Для достижения этого нужно было установить порядок, при котором русский митрополит ставился бы собором русских епископов. Такую попытку предпринял Изяслав Мстиславич киевский, которому удалось добиться избрания на митрополичью кафедру своего ставленника Климента Смолятича; но с захватом Киева Юрием Долгоруким он был смещен и вновь заменен греком — Константином I. «Греки ценили в эту эпоху византийского митрополита дороже, чем даже вспомогательные войска, в которых они так нуждались»[3].

Андрей Боголюбский не уступал Изяславу Мстиславичу ни в решительности, ни в энергии. Но он ясно оценивал из опыта своего участия в борьбе отца за Киев силу сопротивления его политическим планам не только в самой Владимирской земле и даже не только на Руси, но и за ее пределами. Византия зорко следила за событиями, развивавшимися на далеком Северо-Востоке Европы, и росшей здесь силой, способной нарушить и порвать грекофильскую политическую линию Юрия Долгорукого. «Империя, — замечает М. Д. Приселков, — только в дроблении сил нового сильнейшего Ростово-Суздальского княжества в это время и в ближайшие годы видела свою основную задачу»[4]. К тому же византийский император Мануил, этот «политический фантаст XII в.»[5], мечтавший о восстановлении могущества Римской империи, вынашивал и планы более непосредственной связи Руси с Ромейской империей: предполагая подчинить своей власти Венгрию, Мануил рассчитывал, что это сольет Русь с территорией его державы[6]. Все это осложняло положение, делая насущным и вопрос о самостоятельности русской церкви. Давний опыт Ярослава Мудрого и попытка Изяслава с поставлением Клима Смолятича показывали, что нужно продолжать эту борьбу, чтобы, освободив церковь от византийской опеки, поставить ее на службу русским политическим целям.

Проведенное нами исследование ряда церковно-литературных произведений Владимирской Руси 60-х годов XII в. раскрывает интенсивную, руководимую самим князем Андреем работу владимирских писателей, труд которых был направлен на создание своих владимирских святынь, на приурочение к Владимирской земле главных христианских культов, на аргументацию древности христианства на Северо-Востоке. Крупной фигурой в этой церковно-литературной работе был вышгородский выходец поп Микула, ставший духовником и советником князя Андрея и главой капитула владимирского Успенского собора. Так создается культ Владимирской иконы богоматери, пропаганде которого посвящено специальное «Сказание» о ее чудесах, составленное Микулой[7]. Богоматери посвящаются новые белокаменные храмы стольного Владимира и Боголюбовского замка[8]. Учреждается без санкции митрополита и патриарха новый владимирский праздник Покрова богоматери, прокламирующий ее особый патронат Владимирской земле и ее князю. Связанные с новым культом произведения говорят о его реальных политических целях — защите союза князя и горожан («князь, город и люди») и их борьбе против «тьмы разделения нашего». Здесь подвергается антигреческой обработке и переосмыслению известное по житию Андрея Юродивого «влахернское чудо»[9]. В связи с победой над болгарами (1164 г.) во Владимире устанавливается княжеско-воинский праздник Спаса 1 августа, в «Сказании» о котором, составленном при непосредственном участии Андрея Боголюбского, прокламируется мысль о его равенстве с императором Мануилом Комнином[10]. Наконец, организованное князем и церковниками в 1160 г. «открытие мощей» епископа ростовского Леонтия дает повод для создания в его «Житии» (первой редакции) мифа о христианизации Северо-Восточной Руси в конце X в., о первых греческих епископах[11]. В этой связи возникает также легендарная летописная версия об основании Владимира не Владимиром Мономахом, а Владимиром Святославичем[12]. Все эти новые культы и святыни, а также церковно-политические сочинения были призваны дать религиозную санкцию политическим мероприятиям Андрея, аргументировать права его княжества на церковную независимость, облечь ореолом «небесного покровительства» Владимир и Владимирскую землю, которые претендовали на то, чтобы перенять руководящую роль «матери градов русских» — Киева.

Если можно охарактеризовать работу владимирских писателей и оценить идейные цели их произведений, то самый ход церковно-политической борьбы за самостоятельность владимирской церкви крайне скудно и противоречиво освещен источниками. Сопоставление сведений о ней в летописях свидетельствует о специальной цензурной чистке текстов, откуда изымались все сведения об основной фигуре этой борьбы — епископе Федоре, или Федорце, ставленнике князя Андрея на владимирскую кафедру. О его деятельности мы, в сущности, узнаем лишь из пространного и злобного повествования о его казни, занесенного под разными годами в летописные своды Севера и Юга, что ясно свидетельствует об интерполяции этого текста. Видимо, в связи с этой редакционной обработкой летописей оказался запутанным и вопрос о греческих ставленниках на Ростово-Суздальскую епископию — Несторе и Леоне. Ипатьевская летопись совершенно ничего не знает о епископе Несторе и борьбе с ним Андрея, она рассказывает только о Леоне, ничего не сообщая также и о Федоре вплоть до рассказа о его казни[13]. Лаврентьевская же летопись говорит о Несторе и Леоне и об их конкуренции, связывая спор о постах с Леоном[14]. Видимо, следом редакционного просмотра летописи является и отсутствие каких-либо записей под 1162—1163 гг., предшествующих тексту 1164 г., знакомящему нас уже с итогами происходившего в предыдущие годы. В этом суммарном тексте случайно сохранилось упоминание о «владыке Федоре», который переспорил Леона в диспуте о постах[15]. Здесь редактор, очевидно, усомнился, кто этот Федор, и, вероятно, принял его за киевского митрополита Федора, занимавшего престол в течение десяти месяцев[16].

Уже эти самые общие наблюдения над источниками о церковных делах 60-х годов, скудость и противоречивость их данных сами по себе говорят об остроте и необычности происходившего, которое либо получало разное освещение, либо просто замалчивалось.

Неясность картины событий 60-х годов и их связи долгое время поддерживалась тем, что единственный важнейший греческий документ, освещающий церковно-политическую борьбу этой поры, — грамота константинопольского патриарха Луки Хризоверга к Андрею Боголюбскому — не подвергался должной исторической критике. Грамота дошла до нас лишь в русском переводе в двух редакциях — краткой, видимо, близкой к подлиннику, известной по списку в сборнике XVII в. Кирилло-Белозерского монастыря[17], и пространной, помещенной под 1160 г. в Никоновской летописи[18]. Эта последняя редакция, где обозначено имя ростовского епископа Нестора, содержала множество неясностей и противоречий и вызывала различные оценки виднейших историков русской церкви — Макария, Е. Голубинского, М. Д. Приселкова[19], и только П. Соколов дал правильное толкование источника[20]. Исследователь доказал, что грамота Хризоверга говорит о деле не Нестора, а Леона, что имя Нестора произвольно внесено позднейшим переписчиком. Это позволило датировать грамоту не 1160г., как полагал А. С. Павлов[21], a 1168 г.[22] Датировка грамоты не ранее 1164 г. подтверждается также и тем, что она упоминает «церкви многи», построенные князем Андреем во Владимире: к 1160 г. здесь только заканчивался Успенский собор, две же другие церкви — Спасская на новом дворе Андрея и Положения риз на Золотых воротах — построены лишь в 1164 г. Эти новые определения времени и самого сюжета грамоты, а также раскрытие путаницы, внесенной Никоновской летописью в изложение дела Федора (появление двух Федоров и пр.), позволили П. Соколову восстановить с большей или меньшей бесспорностью основные факты и ход церковно-политической борьбы 60-х годов[23]. В дальнейшем изложении мы и придерживаемся этих выводов, дополняя, а в ряде случаев отклоняя некоторые из них.

Уже на другой год после прихода Андрея на Север, в 1156 г., митрополит проявляет особое внимание к судьбам местной церкви. Об этом говорит глухая летописная запись: «на ту же зиму иде епископ Нестер в Русь и лишиша и епископьи»[24]. Летопись не уточняет причин низложения Нестора. Летом этого года митрополичий престол занял новый митрополит — грек Константин, торжественно встреченный и чествованный Юрием Долгоруким[25]. Возможно, что Константин вызвал Нестора в Киев и поставил ему в вину его нерадивость в церковном строительстве, его уклонение от присутствия на соборе 1147 г., избравшем Клима Смолятича, а также то, что он не поспешил на поклон к новому митрополиту[26]. Никоновская летопись добавляет, что Нестор «от своих домашних оклеветан бысть. ..и в запрещении бысть»[27]. Если это не домысел позднего сводчика, то можно думать, что уже грек Нестор испытал гонение Андрея, которому подвергся позднее и его преемник грек Леон. Далее мы ничего не знаем о судьбе Нестора; возможно, что он оставался на покое в Суздальской земле. Во всяком случае он был жив в 1158 г., когда на епископскую кафедру был прислан очередной грек — Леон, которого суздальцы обвиняли, что он «не по правде поставися Суждалю, Нестеру пискупу Суждальскому живу сущю, перехватив Нестеров стол»[28]. Назначение нового епископа-грека показывало, что патриарх и император стремились поставить Ростовскую епископию под особо близкий надзор и теснее связать ее с митрополичьим центром. Е. Голубинский не без основания заметил, что «была одна епархия, которую вследствие ее особых обстоятельств грекам удавалось замещать особенно часто, так что они считали ее как бы своей епархией, и которую они, если верить известиям, до некоторой степени сделали епархией полугреческой. Это епархия Ростовская»[29].

Между низложением Нестора и назначением Леона в 1156—1158 гг. епископская кафедра оставалась незамещенной, и возможно, что в этот период у Андрея и складывается мысль об организации во Владимирской земле независимой от митрополита епископии или особой митрополии[30]. Во всяком случае в 1158 г. он закладывает во Владимире новый обширный городской Успенский собор. Возможно, что уже в это время он наметил своего кандидата на владимирскую кафедру — некоего Федора. Это был не монах, а мирянин, «сестричич», т. е. сын сестры близкого к Юрию Долгорукому и Андрею киевского боярина Петра Бориславича[31].

Естественно, что появление нового митрополичьего ставленника грека Леона осложняло обстановку, и уже на другой год, в 1159 г., он был изгнан. По словам летописи, Андрей якобы не имел к этому отношения: епископ был удален решением городского веча («выгнаша Ростовци и Суждальци Леона епископа, зане умножил церковь, грабяй попы»)[32]. Едва ли можно думать, что Леон «обложил попов тяжкими поборами на постройку новых церквей»[33]. Известно, что он не принимал никакого участия в церковном строительстве во Владимирской земле, так что выражение «умножил церковь» (или «церкви») говорит о другом. Суть этого обвинения, видимо, можно раскрыть, исходя из более поздней аналогии. Так, назначенный в 1485 г. на архиепископство в Новгород Геннадий Гонзов, стремясь поднять и упрочить поступление архиепископской подати с церквей, провел в Новгороде и Пскове скрупулезную перепись всех церквей с их приделами и престолами, чтобы ни один из престолов не избежал обложения. Псковичам это напомнило татарское «число», они «не дашася в волю его», а стригольник Захар рассылал послания, обличавшие корыстолюбие Геннадия[34]. Вероятно, и Леон произвел подобную операцию — учет каждого придела, которых некоторые церкви имели несколько, чем явно «умножил» количество облагаемых епископской податью объектов, ударив не только по низшему духовенству, но и по его пастве, поборы с которой возрастали. Возможно, что непосредственной причиной алчности Леона было то, что он занял кафедру при помощи «мзды» митрополиту и теперь стремился скорее возместить немалые расходы, что и вызвало сопротивление «ростовцев и суздальцев». Видимо, действительно их протест принял довольно широкие масштабы, подняв и низшее духовенство, и горожан. «Подобно тому как в настоящее время буржуазия требует gouvernement а bon marche, дешевого правительства, точно так же и средневековые бюргеры требовали прежде всего eglise a bon marche, дешевой церкви»[35]. Этим движением, очевидно, и воспользовался Андрей, изгнавший Леона. Конечно, это был лишь повод для освобождения от надзора греческого агента.

Cообщения Кержак
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
curserДата: Четверг, 01.04.2010, 18:42 | Сообщение # 9
Группа: Удаленные





ПЕТР БОРИСЛАВИЧ - боярин ВКК Изяслава Мстиславича . После смерти последнего (1154) находился на службе у его сына Мстислава Изяславича . Из знатного боярского рода: в Ипат. лет. под 1152 упоминается "Бориславль двор" как хорошо известный киевлянам. В Никоновской летописи «сестричем» (племянником по сестре), а у В. Н. Татищева - братом ПБ назван епископ ростовский Феодор (Феодорец) . Татищев называет ПБ киевским тысяцким. В 1152 ПБ выступает послом Изяслава Мстиславича перед галицким князем Владимиром (Владимирко) Володаричем . Под 1169 (1170) в летописи говорится, что Мстислав Изяславич "отпустил" ПБ "от себе" из-за того, что холопы ПБ "покрале коне Мьстиславли" и поверх тавр Мстислава проставили тавра ПБ .В отместку ПБ клевещет на него князю Давыду Ростиславичу. В Никоновской летописи и у Татищева под этим же годом в рассказе о захвате и разгроме Киева коалицией рус. князей под предводительством сына владимиро-суздальского князя Андрея Юрьевича — Мстислава
сообщается, что Киев был взят благодаря измене киевских бояр, среди которых был и ПБ : "Пришедшим же им и ставъшим около града Киева, и снимахуся полки, и биахуся крепко зело. Окаяннии же боаре киевъстии, Петр Бориславич, и Нестер Жирославич, и Яков Дигеневич, начаша коромолити и тайно съсылатися со князем Мстиславом Андреевичем и со иными князи, како предати им град Киев..." (Никоновская летопись) .
Ещё в в 1868 К. Н. Бестужев-Рюмин , анализируя состав Ипат. лет., высказал предположение, что "княжение Изяслава Мстиславича, быть может вместе с событиями, непосредственно следующими за его смертью, описаны одним лицом" . В 1878 И. П. Хрущов предположил что этим лицом является ПБ .Дальнейшее развитие предположения о летописце Изяслава Мстиславича и о боярине ПБ получили в работах Б. А. Рыбакова.
Для нас ПБ может быть интересен как непосредственный участник событий ,возможно автор и проводник политической линии Изяслава .


Сообщение отредактировал curser - Четверг, 01.04.2010, 19:08
Cообщения curser
Красницкий Евгений. Форум. Новые сообщения.
Красницкий Евгений. Форум сайта » 5. Академия (Реальная история) » События и Персоналии 12 век » Политики и политика Руси 12 века (12 век как он есть в персоналиях)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Люди
Лиса Ридеры Гильдия Модераторов Сообщество на Мейле Гильдия Волонтеров База
данных Женская гильдия Литературная Гильдия Гильдия Печатников и Оформителей Слобода Гильдия Мастеров Гильдия Градостроителей Гильдия Академиков Гильдия Библиотекарей Гильдия Экономистов Гильдия Фильмотекарей Клубы
по интересам Клубы
по интересам
Домовой,


© 2021





Хостинг от uCoz | Карта сайта